Интернет-библиотека NemaloKnig.info: читай-качай!

Пикуль Валентин Саввич - книги автора

 Название  Серия  Жанр
обложка книги Автограф под облаками Автограф под облаками

«…Не было тогда альпинистов, не было и той техники, с какою ныне мастера спорта штурмуют вертикальные утесы. Петр Телушкин – всего-навсего кровельщик! – понимал, что рискует головой, и прежде, чем лезть, кумекал – что и как? Внутри, оказывается, были стропила из дерева, а в самой обшивке шпица открывались наружу два люка-окошка, через которые можно выбраться на поверхность шпица. Но сам-то шпиц имел форму иглы, которая, чем выше, тем более сужалась, и там, на смертельной высоте, уже не было изнутри стропил, не было и окошечек – вот и достигай вершины как хочешь и как умеешь…»

Через тернии – к звездам Проза, Историческая проза  
обложка книги Барбаросса Барбаросса

Сталинград – это не просто город на Волге , символ нашей Победы. Это еще и главный военно-политический фактор Второй мировой войны; его влияние сказалось на всем ходе истории человечества. Героической и трагической Сталинградской битве посвящен роман-размышление «Барбаросса» – первый том последней, незавершенной дилогии «Площадь Павших борцов» Валентина Пикуля. Написать второй том автор не успел – здоровье оказалось подорванным многолетней работой на износ. Валентин Саввич честно признавался, что не считает себя вправе приглашать читателей в «окопы Сталинграда», ибо сам в них не бывал. Но как сын героя Сталинграда, как писатель-историк и участник войны (соловецкий юнга) он не мог пройти мимо грандиозных событий на великой русской реке.

Проза, Историческая проза  
обложка книги Баязет Баязет

«Баязет» – одно из масштабнейших произведений отечественной исторической прозы. Книга, являющая собой своеобразную «художественную хронику» драматичного и славного эпизода истории русско-турецкой войны 1877—1878 гг. – осады крепости Баязет.

Книга положена в основу сериала, недавно триумфально прошедшего по телевидению. Однако даже самая лучшая экранизация все-таки не в силах передать талант и глубину оригинала – романа В. Пикуля…

Проза, Историческая проза  
обложка книги Битва железных канцлеров Битва железных канцлеров

В романе «Битва железных канцлеров» отражена картина сложных дипломатических отношений России в период острейших европейских политических кризисов 50 – 70-х годов XIX века. Роман определяется писателем как «сугубо» политический: «Без прикрас. Без вымысла. Без лирики. Роман из истории отечественной дипломатии». Русскому дипломату Горчакову в качестве достойного антипода противостоит немецкий рейхсканцлер Отто Бисмарк.

Проза, Историческая проза  
Битва «Железных канцлеров» (рассказ) Проза, Историческая проза  
обложка книги Богатство Богатство Проза, Историческая проза  
«Бонавентуре» — добрая удача Проза, Историческая проза  
Букет для Аделины Проза, Историческая проза  
обложка книги Был город, которого не было Был город, которого не было

«…Процесс проходил в 1927 году в городе Семипалатинске, в столице дикого степного раздолья. За сотни верст шли по доброй воле свидетели. Толпами двигались из деревень, чтобы посмотреть на легендарного «зверя». Театр имени Луначарского не мог вместить всех людей, и многие свидетели ждали вызова в суд на улице. Вся наша страна следила за этим процессом, газеты публиковали подробные стенограммы речей. На митингах люди требовали для Анненкова самой лютой казни – без суда и следствия.

Прокурор сам поседел от ужаса, пока вел этот процесс…»

Тайный советник Проза, Историческая проза  
Быть главным на ярмарке Проза, Историческая проза  
обложка книги Быть тебе Остроградским! Быть тебе Остроградским!

«…Остроградский сразу выявлял в аудитории двух-трех человек, будущих “Декартов” и “Пифагоров”, для них и читал лекции, остальных же именовал “казаками”, к познанию математики неспособными. Одному из таких “казаков” Михаил Васильевич поставил самый высший балл на экзамене.

– Чему дивишься? – сказал он ему. – Ты в интегралах был неучем, таковым и помрешь, я это знаю. Но я ставлю тебе “двенадцать”, ибо твои идиотские рассуждения неожиданно навели меня на одну мысль, о какой мне самому никогда бы и не додуматься… Так что, братец, от дураков тоже польза бывает!…»

Через тернии – к звездам Проза, Историческая проза  
В гостях у имама Шамиля Проза, Историческая проза  
В ногайских степях Проза, Историческая проза  
обложка книги В трауре по живому мужу В трауре по живому мужу

«…Недавно мне попались материалы для биографии Карла Брюллова, снова – в который раз! – я проглядел петит примечаний, объяснявших главную причину, почему великий живописец расстался с Эмилией Тимм после первой же ночи. Раньше об этом долго и стыдливо умалчивали, но и теперь, как видите, о страшной драме великого маэстро сообщают лишь в комментариях, которые, как правило, редко читают. Я не стану говорить о причинах развода Брюллова, но история разрушения семьи Брюллова невольно заставила меня вспомнить, что был в Петербурге старый дворянский дом, в котором случилось нечто похожее…

Речь пойдет о семье Энгельгардтов…»

Тайный советник Проза, Историческая проза  
«Вечный мир» Яна Собеского Проза, Историческая проза  
Виват контесс д'Орлов Проза, Историческая проза  
Воин, метеору подобный Проза, Историческая проза  
Вольное общество китоловов Проза, Историческая проза  
Вольный казак Ашинов Проза, Историческая проза  
Восемнадцать штыковых ран Проза, Историческая проза  
Выстрел в отеле «Кломзер» Проза, Историческая проза  
Генерал на белом коне Проза, Историческая проза  
Генерал от истории Проза, Историческая проза  
обложка книги Герой своего времени Герой своего времени

«…По мнению современников, ни один из портретов не передавал подлинной внешности Бестужева-Марлинского. «Это был мужчина довольно высокого роста и плотного телосложения, брюнет с небольшими сверкающими карими глазами и самым приятным, добродушным выражением лица». На большом пальце правой руки Бестужев носил массивное серебряное кольцо, какое носили и черкесы, – с его помощью взводились тугие курки пистолетов. Писатель Полевой прислал ссыльному поэту белую пуховую шляпу, которая по тем временам являлась верным признаком карбонария… Таков был облик!…»

, Через тернии – к звездам Проза, Историческая проза  
Господа, прошу к барьеру! Проза, Историческая проза  
Граф полусахалинский Проза, Историческая проза  
Дама из «Готского альманаха» Проза, Историческая проза  
обложка книги Два портрета неизвестных Два портрета неизвестных

«…Я желал бы поведать вам здесь о Жукове то, что известно мне о нем, а более всего он известен своею любовью…

У нас как-то принято более рассуждать об идеологии декабристов, но любовь остается в стороне, словно довесок к буханке хлеба насущного. Может быть, именно по этой причине мы, идеологически очень крепко подкованные, небрежно отмахиваемся от большой любви – чистой, непорочной, лучезарной и возвышающей человека даже среди его немыслимых страданий…»

Через тернии – к звездам Проза, Историческая проза  
Две картины Проза, Историческая проза  
обложка книги Двое из одной деревни Двое из одной деревни

«…Дорожный тракт был всегда в оживлении, одни в Москву, иные в Питер ехали, – вот они и жили, кормясь с путников. Упаси Бог, не подумайте, что Лукин с Байковым проезжих грабили, – нет, они имели кормление с невообразимой гигантской лужи, которая (со времен царя Алексея Тишайшего) кисла и пузырилась как раз посреди тракта, давно закваканная лягушками. Так что, сами понимаете, все кареты или коляски прочно застревали посреди этой лужи, и, бывало, даже шестерка лошадей часами билась в грязи по самое брюхо, не в силах вытащить карету из ветхозаветной российской слякоти…»

Через тернии – к звездам Проза, Историческая проза  
Дворянин Костромской Проза, Историческая проза  
обложка книги Демидовы Демидовы

«…Демидов рано стал почетным членом Академии наук, и в 1831 году, “желая содействовать к преуспеянию наук, словесности и промышленности”, он обязался при жизни своей и четверть века посмертно жервовать на премии по пять тысяч рублей писателям, историкам, экономистам, ученым или путешественникам, кои обогатили своими трудами кладезь народной мудрости. При этом он поставил условие, чтобы в соискании Демидовской премии сами академики не смели участвовать:

– Знаю я эту публику… сам академик! Дай им волю, так они начнут раздавать мои премии один другому, а наши Гоголи и Пушкины получат от них по фигу с маслом…»

Через тернии – к звездам Проза, Историческая проза  
обложка книги День именин Петра и Павла День именин Петра и Павла

«…Пушкин соскочил с подоконника, но был он уже какой-то не такой, каким пришел сегодня к Демуту.

Провел он ладонью по лицу, словно смахивая нечаянную тоску, и протянул Нащокину свой опустевший бокал:

– Плесни мне, цыган! Если у вас осталось…

А над Петербургом плавилась ужасная жара. Над манежами и плацами висла белая мучнистая пыль. Вдали пересыпалась копытная дробь кавалерии, без песен ехавшей на Марсово поле…

И был самый разгар дня – дня 29 июня 1833 года…»

Через тернии – к звездам Проза, Историческая проза  
Деньги тоже стреляют Проза, Историческая проза  
Добрый скальпель Буяльского Проза, Историческая проза  
Досуги любителя муз Проза, Историческая проза  
Душистая симфония жизни Проза, Историческая проза  
«Железная башка» после Полтавы Проза, Историческая проза  
Железные четки Проза, Историческая проза  
обложка книги Железные четки Железные четки

«…Не будем наивно думать, что в монахи шли только глубоко верующие люди. Напротив, за стенами русских монастырей зачастую укрывались ищущие сытости вольнодумцы, потерпевшие крушение надежд и жизненные невзгоды, под благовест церковных колоколов люди погребали несчастную любовь. Убежденный атеист, Иакинф Бичурин затаил свою натуру под видом смиренника, отрешенного от земных страстей, ловко скрывая свое безбожие…»

Через тернии – к звездам Проза, Историческая проза  
обложка книги Желтухинская республика Желтухинская республика

«…Гулять тоже умели. Являлся из тайги босяк с мешком за плечами, а в том мешке ничего путного – ничего, кроме чистого золота. Конечно, сразу нанимал солдата с барабаном, парня с гармошкой, а еврея со скрипкой. После чего гулял, выстилая улицы города голубым бархатом, а бабы плясали вокруг него и взмахивали платочками, взвизгивая от удовольствия. Обычно старатели являлись в Благовещенск под осень, а весною, пропившись вдребезги, никому не нужные, снова нищие, они удалялись обратно в тайгу. Но редко кто из них возвращался: то ли тигр заел, то ли на хунхузов нарвался, то ли умер от голода в колодце своего глубокого шурфа, уже не в силах из него выбраться…»

, Тайный советник Проза, Историческая проза  
Жизнь генерала-рыцаря Проза, Историческая проза  
обложка книги Жирная, грязная и продажная Жирная, грязная и продажная Проза, Историческая проза  
обложка книги Завещание Альфреда Нобеля Завещание Альфреда Нобеля

«…Наши бабушки и дедушки давно повымерли, а то бы они рассказали, что во времена их юности вся провинция ужинала при свете ламп, заправленных керосином от Нобеля, что окраины русских городов были обставлены гигантскими баками с горючим, а баки украшались броской и лаконичной надписью: «НОБЕЛЬ». Однако наш герой – Альфред Эммануилович Нобель – не стал пачкаться нефтью: его трагический путь пролегал среди чудовищных взрывов, которые потрясали мир ужасом и ненавистью людей лично к нему…»

, Тайный советник Проза, Историческая проза  
обложка книги Закройных дел мастерица Закройных дел мастерица

«…Много лет подряд, когда бы я ни касался материалов о быте Москвы начала прошлого века, мне всюду встречалось это имя – Надежда Петровна Ламанова; о ней писали как о человеке, довольно-таки известном в жизни России. Сначала я пропускал это имя через фильтр своей памяти как имя личности, которая ничего героического в нашей истории не совершила. Что мне с того, что с Ламановой «соперничали великолепно вышколенные мастерицы города Лиона – Лямина, Анаис и другие чародеи женских нарядов». Но вот прошло много лет, мое мнение об этой женщине обогатилось, и теперь я, напротив, уже сам стал выискивать ее имя – везде, где можно. В самом деле, к этой женщине стоит присмотреться…»

, Тайный советник Проза, Историческая проза  
Закрытие русской «лавочки» Проза, Историческая проза  
обложка книги Зато Париж был спасен Зато Париж был спасен

«…Немецкие генералы погнали солдат в атаку «густыми толпами, со знаменами и пением». Немцы пишут: «Перед нами как бы разверзся ад… Врага не видно. Только огонь тысяч винтовок, пулеметов и артиллерии». Это был день полного разгрома прусской армии, а те из немцев, кто умел бегать, побили в этот день все рекорды. В летопись русской военной славы вписалась новая страница под названием ГУМБИНЕН!…»

, Тайный советник Проза, Историческая проза  
обложка книги Звезды над болотом Звезды над болотом

«Звезды над болотом» — это короткий роман, объемом 6 авторских листов. Основой для написания книги стали письма ссыльных каракозовцев (конец 60-х годов прошлого века). Политическая ссылка на заре народовольчества — само по себе явление очень интересное. На подлинных материалах базируется достоверное повествование о жизни северной провинции, о том, как в дикой полярной глуши, в городе Пинеге, на границе с тундрой, вдруг вспыхивают проблески новых отношений между людьми.

Проза, Историческая проза  
обложка книги Зина – дочь барабанщика Зина – дочь барабанщика

«…Если гравер делает чей-либо портрет, размещая на чистых полях гравюры посторонние изображения, такие лаконичные вставки называются «заметками». В 1878 году наш знаменитый гравер Иван Пожалостин резал на стали портрет поэта Некрасова (по оригиналу Крамского, со скрещенными на груди руками), а в «заметках» он разместил образы Белинского и… Зины; первого уже давно не было на свете, а второй еще предстояло жить да жить.

Не дай-то Бог вам, читатель, такой жизни…»

Тайный советник Проза, Историческая проза  
Из Одессы через Суэцкий канал Проза, Историческая проза  
Из пантеона славы Проза, Историческая проза  
обложка книги Из тупика Из тупика

В романе отражен сложный период нашей истории, связанный с созданием Мурманской железной дороги и формированием флотилии Северного Ледовитого океана, из которого позже родился героический Северный флот. Русский крейсер «Аскольд» начал боевую службу в Дарданелльской операции, а вошел в революцию кораблем Северной флотилии. Большая часть романа посвящена борьбе с интервентами на Мурмане, в Архангельске, в Карелии.

Проза, Историческая проза  
обложка книги Известный гражданин Плюшкин Известный гражданин Плюшкин

«…Далеко ушел Федя Плюшкин, даже до Порховского уезда, и однажды вернулся с таким барышом, что сам не поверил. Уже в старости, известный не только в России, но даже в Европе, Федор Михайлович переживал тогдашнюю выручку:

– Семьдесят семь копеек… кто бы мог подумать? Маменька как увидела, так и села. Вот праздник-то был! Поели мы сытно, а потом комедию даром смотрели… Это ли не жизнь?

Торговля – дело наживное, только знай, чего покупателю требуется, и через три годочка коробейник Федя Плюшкин имел уже сто рублей…»

, Тайный советник Проза, Историческая проза  
обложка книги Интервью, мысли, записи Интервью, мысли, записи Документальная литература, Биографии и Мемуары  
История одного скелета Проза, Историческая проза  
обложка книги Каждому свое Каждому свое

…Генерал Моро.

Герой, вставший под знамена русской армии, одержавшей блистательную победу, – для нас…

Предатель, покинувший Наполеона и присоединившийся к его врагам, – для своих современников…

Почему блестящий французский полководец внезапно перешел на сторону врага?

Мотивы и мотивации этого скандального и великолепного поступка оживают под гениальным пером В.Пикуля…

Проза, Историческая проза  
Как попасть в энциклопедию? Проза, Историческая проза  
Как сдавались столицы Проза, Историческая проза  
Каламбур Николаевич Проза, Историческая проза  
Калиостро — друг бедных Проза, Историческая проза  
обложка книги Каторга Каторга

Роман «Каторга» остается злободневным и сейчас, ибо и в наши дни не утихают разговоры об островах Курильской гряды.

Проза, Историческая проза  
обложка книги Каторга. Богатство Каторга. Богатство

В том включены романы Валентина Пикуля «Каторга» и «Богатство», освещающие малоизвестные страницы истории русско-японской войны 1904–1905 годов. Роман «Каторга» остается злободневным и сейчас, ибо и в наши дни не утихают разговоры об островах Курильской гряды. В романе «Богатство» открываются новые страницы отечественной истории, отражены колоритные личности и уникальная природа Камчатки.

Проза, Историческая проза  
обложка книги Клиника доктора Захарьина Клиника доктора Захарьина

«…Русская медицина имела двух корифеев-клиницистов: С. П. Боткина – в Петербурге и Г. А. Захарьина – в Москве; они не пытались соперничать друг с другом, но зато, как это часто и бывает, враждовали их ученики, настаивавшие на том, что в России существуют две клинические школы Боткин и Захарьин – врачи необыкновенные, их диагнозы чеканны, как латинские афоризмы. С ними нельзя спорить – можно лишь восхищаться ими даже в тех случаях, когда они ошибались. Кто же в жизни не ошибается? Только те, кто ничего не делает…»

, Тайный советник Проза, Историческая проза  
Конная артиллерия марш-марш! Проза, Историческая проза  
Коринна в России Проза, Историческая проза  
Король русской рифмы Проза, Историческая проза  
обложка книги Крейсера Крейсера

Роман «Крейсера» – о мужестве наших моряков в Русско-японской войне 1904—1905 годов. Он был приурочен автором к трагической годовщине Цусимского сражения. За роман «Крейсера» писатель был удостоен Государственной премии РСФСР имени М. Горького.

Проза, Историческая проза  
КРЕЙСЕРА (РОМАН ИЗ ЖИЗНИ ЮНОГО МИЧМАНА) Проза, Историческая проза  
обложка книги Крейсера. Ступай и не греши. Звезды над болотом Крейсера. Ступай и не греши. Звезды над болотом

Данный том открывает произведение, связанное с одной из любимых тем В.С. Пикуля — темой истории Дальнего Востока. Роман «Крейсера» — о мужест-ве наших моряков в Русско-японской войне 1904–1905 годов. Он был приурочен автором к трагической годовщине Цусимского сражения. За роман «Крейсера» писатель был удостоен Государственной премии РСФСР имени М. Горького. «Ступай и не греши» — короткий роман, в основу которого положено нашумевшее в 1890-е годы дело об убийстве симферопольской мещанкой Ольгой Палем своего любовника. Завершает том небольшой роман «Звезды над болотом». Его основой стали письма каракозовцев — политических ссыльных конца 1860-х. На подлинных материалах базируется достоверное повествование о жизни северной провинции, о том, как в дикой полярной глуши, в городе Пинеге, на границе с тундрой, вдруг вспыхивают проблески новых отношений между людьми.

Проза, Историческая проза  
Кровь, слезы и лавры Проза, Историческая проза  
обложка книги Куда делась наша тарелка Куда делась наша тарелка

«…Много лет я выискивал и находил в своей библиотеке сведения о роковых пожарах в России, уничтожавших целые города и сохранившихся в народной памяти. Сейчас, насколько мне известно, самые страшные пожары случаются в универмагах, а раньше немало жертв огонь похищал в театрах или балаганах. Но я хочу рассказать об одном лишь пожаре, о котором почти все знают, но, быть может, не всем известны его подробности…»

Через тернии – к звездам Проза, Историческая проза  
обложка книги Лейтенант Ильин был Лейтенант Ильин был

«…На синих воротниках матросов Российского флота издавна три белые полоски – в знак побед при Гангуте, Чесме и Синопе. В 1770 году русская эскадра под кейзер-флагом Алексея Орлова заперла флот султана турецкого в Чесменской бухте…

С этого и начинается рассказ о лейтенанте Ильине…»

, Через тернии – к звездам Проза, Историческая проза  
обложка книги Мальчики с бантиками Мальчики с бантиками

«Мальчики с бантиками» – автобиографическая повесть о жизни обитателей Соловецких островов в стенах Школы юнг, где автор выступает в роли главного героя под именем Савки Огурцова.

Проза, Историческая проза, Документальная литература, Биографии и Мемуары  
«Меланхолия» полковника Богданова Проза, Историческая проза  
Мешая дело с бездельем Проза, Историческая проза  
Михаил Константинович Сидоров Проза, Историческая проза  
Мичман флота в отставке Проза, Историческая проза  
обложка книги Моонзунд Моонзунд

Роман «Моонзунд» посвящен героическим действиям русских моряков на Балтике против германского флота в канун Октябрьской революции. Однако, по определению В.С. Пикуля, это не только исторический и политический, но и любовный роман.

Проза, Историческая проза  
Музы города Арзамаса Проза, Историческая проза  
Мясоедов, сын Мясоедова Проза, Историческая проза  
обложка книги Мясоедов, сын Мясоедова Мясоедов, сын Мясоедова

«…Я позволю себе сослаться на записки Н. А. Киселева, сына пейзажиста, который в Ване Мясоедове встретил ребенка, не желавшего признавать слово «нельзя». На каждое «нельзя» он отвечал гнусным, противным воем. В нем сразу же «стали выявляться его отрицательные стороны, чего так боялась моя мать. Он оказался абсолютно невоспитанным. Ни в малейшей степени ему не были знакомы самые примитивные правила поведения». Сколько ни билась с ним добрейшая Софья Матвеевна, ничего не получалось, и у нее скоро опустились руки:

– Исчадие ада! Что из него выйдет – подумать страшно…»

Тайный советник Проза, Историческая проза  
обложка книги На задворках Великой империи. Книга вторая: Белая ворона На задворках Великой империи. Книга вторая: Белая ворона

«На задворках Великой империи» – один из ранних романов В.С. Пикуля. Это панорамное повествование о жизни провинциального российского города в вымышленной, но вполне узнаваемой Уренской губернии в начале XX века. Произведение написано в духе сатиры М.Е. Салтыкова-Щедрина, одного из любимых авторов Валентина Саввича. Замысел романа и образ главного героя – князя Сергея Яковлевича Мышецкого – возник у писателя в результате длительного и внимательного изучения архивных документов Государственной думы.

Проза, Историческая проза  
обложка книги На задворках Великой империи. Книга первая: Плевелы На задворках Великой империи. Книга первая: Плевелы

«На задворках Великой империи» – один из ранних романов В.С. Пикуля. Это панорамное повествование о жизни провинциального российского города в вымышленной, но вполне узнаваемой Уренской губернии в начале XX века. Произведение написано в духе сатиры М.Е. Салтыкова-Щедрина, одного из любимых авторов Валентина Саввича. Замысел романа и образ главного героя – князя Сергея Яковлевича Мышецкого – возник у писателя в результате длительного и внимательного изучения архивных документов Государственной думы.

Проза, Историческая проза  
обложка книги Наша милая, милая Уленька Наша милая, милая Уленька

«…Шестерка вздыбленных лошадей, влекущих колесницу Победы над пропастью, стала для Клодта его первым и вдохновенным порывом к всемирной известности и широкой славе. Так знать лошадь, как изучил ее Клодт, не знал никто, он был способен точно и совершенно изобразить ее прекрасное тело в любом ракурсе, самом неожиданном, даже с точки зрения человека, попавшего под копыта в момент кавалерийской атаки…»

, Через тернии – к звездам Проза, Историческая проза  
обложка книги «Не говори с тоской: их нет…» «Не говори с тоской: их нет…»

«…Издавна укоренилось представление о смолянках как о лилейных созданиях, взращенных в тепличных условиях закрытых дортуаров, а в обыденной жизни ни к чему не годных! Между тем если проследить жизненные пути смолянок, то средь них сыщем немало писательниц и общественниц, профессоров и ученых, одна из смолянок в прошлом веке даже погибла во время опытов со взрывчатыми веществами… Кто же такая Елена Александровна Дрейер, в браке Чижова?

Сразу даю документальный ответ: она старший лейтенант Советской Армии, она кавалер трех боевых орденов…

Странно ли?…»

Тайный советник Проза, Историческая проза  
обложка книги Не от крапивного семени Не от крапивного семени

«…Впервые в зале русского суда услышали хрипловатый, чуть пришептывающий голос Плевако, произносившего слова присяги: «Творить суд по чистой совести, безо всякого в чью-либо пользу лицемерия и поступать во всем соответственно званию…» Звание адвокат (присяжного поверенного) появилось лишь в 1864 году, а до этого Русь тщетно искала справедливости у стряпчих и ходатаев, которых народ окрестил «крапивным семенем». Это было страшное неистребимое племя крючкотворцев и взяточников, а крапива, как известно, отлично приживается на заброшенных пустырях, ее сочная зелень благоденствует в тени гнилых заборов, наливается соками на помойках и кучах мусора…

– Но я не от крапивного семени! – говорил Плевако…»

, Тайный советник Проза, Историческая проза  
Нептун с Березины Проза, Историческая проза  
обложка книги Нечистая сила Нечистая сила

«Нечистая сила». Книга, которую сам Валентин Пикуль назвал «главной удачей в своей литературной биографии».

Повесть о жизни и гибели одной из неоднозначнейших фигур российской истории – Григория Распутина – перерастает под пером Пикуля в масштабное и увлекательное повествование о самом парадоксальном, наверное, для нашей страны периоде – кратком перерыве между Февральской и Октябрьской революциями…

Проза, Историческая проза  
Николаевские Монте-Кристо Проза, Историческая проза  
Ничего, синьор, ничего, синьорита! Проза, Историческая проза  
обложка книги Обворожительная кельнерша Обворожительная кельнерша

«…За спиною лейтенанта вдруг жестко прошуршали кружева:

– Что угодно господину лейтенанту?

Кемпке обернулся: перед ним стояла красавица кельнерша с выпуклой грудью. Губы ее трепетно улыбались, а глаза (ах, какие это были глаза!) оставались слегка печальны.

– Кофе, – сказал Кемпке. – С коньяком, конечно. И прошу подать корзиночку марципан, если это не затруднит вас.

– Для немецких доблестных офицеров, – последовал приятный ответ, – у нас имеются и марципаны. А для грязных русских свиней была только селедка с огурцами да водка с пивом.

– О! – воскликнул Кемпке. – Фрейлейн сердита на русских?…»

Тайный советник Проза, Историческая проза  
Одинокий в своем одиночестве Проза, Историческая проза  
обложка книги Океанский патруль. Книга 1 Океанский патруль. Книга 1

«Океанский патруль» — первый роман Валентина Пикуля — посвящен событиям Великой Отечественной войны на Северном театре военных действий. В центре внимания автора — героические дела моряков Северного флота, действия разведчиков в тылу врага. Это и повествование о тех, кто любит и ждет моряков на берегу.

Проза, Историческая проза  
обложка книги Океанский патруль. Книга 2 Океанский патруль. Книга 2

Вторая книга романа «Океанский патруль» — «Ветер с океана» посвящена наступлению советских войск в Заполярье в 1944 году, действиям торпедных катеров по обеспечению десантных операций.

Проза, Историческая проза  
обложка книги Океанский патруль. Том 1. Аскольдовцы Океанский патруль. Том 1. Аскольдовцы

«Океанский патруль» – первый роман Валентина Пикуля – посвящен событиям Великой Отечественной войны на северном театре военных действий. В центре внимания автора – героические дела моряков Северного флота, действия разведчиков в тылу врага. Это повествование и о тех, кто любит и ждет моряков на берегу.

Океанский патруль Проза, Историческая проза, О войне  
обложка книги Океанский патруль. Том 2. Ветер с океана Океанский патруль. Том 2. Ветер с океана

Вторая книга романа «Океанский патруль» – «Ветер с океана» – посвящена наступлению советских войск в Заполярье в 1944 году, действиям торпедных катеров по обеспечению десантных операций.

Океанский патруль Проза, Историческая проза, О войне  
Опасная дорога в Кабул Проза, Историческая проза  
обложка книги Опасная дорога в Кабул Опасная дорога в Кабул

«…Русские газеты хранили об этом выстреле молчание!

Л. Г. Сенявин известил графа Василия Перовского, оренбургского генерал-губернатора: “Причина самоубийства до сих пор загадка, и боюсь, что она загадкою и останется…” Напророчил он верно: сколько ни гадали потом историки, но так и не дознались о причинах самоубийства Виткевича – на самом всплеске гребня его удивительной карьеры. И почему он прежде, чем поднес пистолет к виску, уничтожил все бумаги, привезенные из Кабула и прочтенные Перовским в Оренбурге?…»

Через тернии – к звездам Проза, Историческая проза  
От дедушки Соколова до внука Петрова Проза, Историческая проза  
обложка книги «Ошибка» доктора Боткина «Ошибка» доктора Боткина

«…Ни врачи тогда, ни историки позже так и не выяснили пути-дороги, по которым чума вторглась в пределы благословенной Астраханской губернии. Совсем недавно отгремела война России с Турцией, и они думали, что чуму занесли казаки, сражавшиеся под Карсом, а под Карсом она объявилась среди турецких солдат, занесенная ими из Месопотамии; другие утверждали, что чума приплыла по волнам Каспийского моря из Персии, где не так давно она как следует погостила в городе Реште…»

Тайный советник Проза, Историческая проза  
обложка книги Памяти Якова Карловича Памяти Якова Карловича

«…Смолоду я питал почтение к академику Якову Карловичу Гроту, о котором сегодня и хочу рассказать…

Иногда я думаю: как один человек, никем не подгоняемый, достаточно обеспеченный, не раз отвлекаемый службою, успел так много сделать? Почему мы, беззаботно болтающие и постыдно хвастающие своими мнимыми успехами, разучились работать?

Так пусть эта миниатюра станет скромной данью благодарности к человеку, о котором у нас не принято вспоминать…»

Тайный советник Проза, Историческая проза  
Париж на три часа Проза, Историческая проза  
Пасхальный барон Пасхин Проза, Историческая проза  
обложка книги Пень генерала Драгомирова Пень генерала Драгомирова

«…Когда речь заходит о храбрости русского воина, я сразу вспоминаю генерала Драгомирова, и чем больше развивается военная наука о боевой психологии солдата, тем чаще наши историки возвращаются к этому имени… Генерал от инфантерии, начальник Академии Генштаба, почетный член университетов Москвы и Киева, военных академий Франции и Швеции, автор лучшего учебника русской полевой тактики – этот человек неотделим от нашей славной военной истории…»

, Тайный советник Проза, Историческая проза  
обложка книги Первый листригон Балаклавы Первый листригон Балаклавы

«В молодости, настроенный романтично, я впервые встретился с легендарным Ламбро Качиони в книге Николая Врангеля «Венок мертвым». Автор, назвав этого человека «свирепым», ничего более о нем не сказал, опубликовав два портрета – самого Ламбро Дмитриевича и его жены, красивой левантинки, которую тот добыл при абордаже турецкого корабля, а уж потом влюбился в нее…»

, Кровь, слезы и лавры Проза, Историческая проза, Короткие рассказы  
обложка книги Пером и шпагой Пером и шпагой

Из истории секретной дипломатии в период той войны, которая получила название войны Семилетней; о подвигах и славе российских войск, дошедших в битвах до Берлина, столицы курфюршества Бранденбургского; а также достоверная повесть о днях и делах знатного шевалье де Еона, который 48 лет прожил мужчиной, а 34 года считался женщиной, и в мундире и в кружевах сумел прославить себя, одинаково доблестно владея пером и шпагой…

Проза, Историческая проза  
обложка книги Пером и шпагой. Битва железных канцлеров Пером и шпагой. Битва железных канцлеров

«Пером и шпагой».

Одно из самых значительных произведений в творческом наследии В.Пикуля. Роман, который был признан классикой отечественной исторической прозы.

Один из интереснейших и неоднозначнейших моментов российской истории XVIII в. — участие России в Семилетней войне — обращается под гениальным пером Пикуля в сложную, многогранную и бесконечно увлекательную мозаику придворных и политических интриг, стратегических находок и прежде всего — шпионажа и «секретной дипломатии».


«Битва железных канцлеров»

В этом романе отражена картина сложных русско-германских отношений в пору тяжелейших европейских политических кризисов 50-70-х годов XIX века, когда канцлерами с разных сторон были князь Алексей Михайлович Горчаков и Отто Бисмарк.

Проза, Историческая проза  
обложка книги Письмо студента Мамонтова Письмо студента Мамонтова

«…Открывались тяжкие крепостные ворота, изнутри форта шибало промозглым холодом ознобленного камня. По витой лестнице прибывший поднимался наверх, снимал пальтишко и, толкнув двери, попадал в просторное помещение, где его встречали. Встречали смехом, новостями, шутками, расспросами, шампанским. Это были чумологи, а форт «Александр I» был «чумным фортом»: именно здесь, вблизи столицы, русские врачи, добровольные узники форта, давали бой той заразе, что расползалась по земному шару…»

, Тайный советник Проза, Историческая проза  
Площадь павших борцов

Последний роман выдающегося писателя, посвященный легендарной битве под Сталинградом. В повествовании нашли отражение малоизвестные и неизвестные читателю события и документы, сыгравшие важную роль в историческом сражении на Волге.

Проза, Историческая проза  
Под золотым дождем Проза, Историческая проза  
обложка книги Полет и капризы гения Полет и капризы гения

«…Иван Трофимович Дурнов был художник маленький, но человек добросовестный. Он понимал, что нельзя править и дописывать начатое гением. Портрет остался незавершенным шедевром…

В таких портретах таится особая прелесть. Как много надо было сказать! И как много еще не сказано! В таких случаях мы додумаем портрет сами…»

, Через тернии – к звездам Проза, Историческая проза  
Полет шмеля над морем Проза, Историческая проза  
обложка книги Портрет из русского музея Портрет из русского музея

«…С чеканным стуком падала туфля на каменные плиты храма Шатель, а холодные своды при этом гулко резонировали. Обнаженная высокая женщина с перстнями на пальцах рук и ног всходила на шаткое ложе, как на заклание.

Изгиб ее спины был удивителен, как и вся она. В этой женщине – все приметы времени, в котором она жила. Современники писали: «Худощавое стальное тело, странно напоминающее кузнечика. Очарование ядовитое, красота на грани уродства, странное обаяние!»

И вот, когда я увидел ее впервые, я мучительно обомлел:

– Кто она? Откуда пришла к нам? И почему она здесь?…»

, Тайный советник Проза, Историческая проза  
обложка книги Посмертное издание Посмертное издание

«…На далеком отшибе, в губернии Пензенской (Боже, какая это была глушь!), жил да был помещик Семен Смагин, владелец шестисот душ. Когда Емельян Пугачев появился в его усадьбе, Смагина сразу повесили, а жена его с детками малыми в стог сена забилась, и там сидели тихо-тихо, пока “царь-батюшка” не убрался в края другие…

Вареньке было в ту пору лишь полтора годика…»

, Через тернии – к звездам Проза, Историческая проза  
Потомок Владимира Мономаха Проза, Историческая проза  
Потопи меня или будь проклят! Проза, Историческая проза  
Приговорен только к расстрелу Проза, Историческая проза  
Проезжая мимо Любани Проза, Историческая проза  
Проклятая доггер-банка Проза, Историческая проза  
обложка книги Проклятая Доггер-банка Проклятая Доггер-банка

«…старый моряк продолжал:

– Неужели вы думаете, что русский флот, всегда славный традициями гуманизма, мог бы на Доггер-банке расстреливать флотилию безоружных рыбаков? Да никогда! Все было не так, как пишут. Традиции хороши, когда они подкрепляют добрые дела, но безобразно, если ложь существует только в силу сложившейся традиции… Хотите, я вам расскажу сейчас то, чего не знает никто?…»

Тайный советник Проза, Историческая проза  
обложка книги Псы господни Псы господни

Россия, истерзанная безумным Иваном Грозным, измученная опричниной…

Испания, выжженная кострами инквизиции - опоры трона Филиппа II…

Страшное время религиозной истерии и болезненного распутства, бесконечных войн, казней - и, как ни странно, неподдельного, чистого, высокого экстаза тех, кому еще только предстоит стать мучениками за Веру - не важно, православную или католическую…

"Псы господни". Не издававшийся при жизни роман гения отечественной исторической прозы В.Пикуля!

Проза, Историческая проза  
обложка книги Пулковский меридиан Пулковский меридиан

«…– Отец, – отвечал Вилли, – мне еще здорово повезло… Но французы так обнаглели, что завтра их можно ожидать даже в нашей тихой Альтоне… я должен бежать!

– Куда?

– Только в Россию, ибо только эта страна способна дать мне покой, только она может устрашить Наполеона…

Так Вильгельм Струве, сын альтонского учителя, оказался в России, где и стал называться Василием Яковлевичем.

В его судьбе еще ничего не было решено…»

Через тернии – к звездам Проза, Историческая проза  
обложка книги «Радуйся, благодатная…» «Радуйся, благодатная…»

«…Человечество издревле пыталось разрешить сложную проблему: как отличить порядочную женщину от продажной, тем более что все женщины носят одинаковые одежды, а на лбу у них не написано – кто она такая? Когда-то проституток заставляли носить золотой аксельбант над левой грудью, как бы точно указывая – ее сердце принадлежит всем. … А наша героиня никогда аксельбантов не нашивала. Зато она столь яростно вцепилась в аксельбанты одного известного придурка, почему и заняла соответствующее место в российской истории. Приступим!…»

Через тернии – к звездам Проза, Историческая проза  
Расстановка столбов Проза, Историческая проза  
обложка книги Реквием каравану PQ-17 Реквием каравану PQ-17

Книга Валентина Пикуля «Реквием каравану PQ-17» посвящена одному из драматических эпизодов Второй мировой войны – гибели союзного каравана в северных широтах. Это произведение, которое сам автор назвал документальной трагедией, можно уверенно назвать визитной карточкой писателя. Валентин Пикуль проявил себя в этой книге как литератор-документалист, не лакирующий действительность, а ищущий истину.

Проза, Историческая проза, О войне  
обложка книги Реквием каравану PQ-17. Мальчики с бантиками Реквием каравану PQ-17. Мальчики с бантиками

«Реквием каравану РО-1 7».

Роман, который критики называют «визитной карточкой В.Пикуля» и «небольшой книжкой, впитавшей и себя автора целиком, как гражданина, литератора, историка, документалиста, военного моряка, участника Великой Отечественной войны».

История гибели каравана союзников в полярных широтах обретает пол пером Пикуля масштаб и высоту трагедии — и завораживает читателя своей подлинностью…

Проза, Историческая проза, О войне  
Реквием последней любви Проза, Историческая проза  
обложка книги Реквием последней любви. Миниатюры Реквием последней любви. Миниатюры

Исторические миниатюры Валентина Пикуля — уникальное явление в современной отечественной литературе, ярко демонстрирующее непревзойденный талант писателя. Каждая из миниатюр, по словам автора, «тоже исторический роман, только спрессованный до малого количества». Миниатюры, включенные в настоящее издание, представляют собой галерею блистательных портретов женщин и других колоритных личностей, оставивших свой след в истории XVI — начала XX в.

Проза, Историческая проза  
Решительные с «Решительного» Проза, Историческая проза  
обложка книги Ржевский самородок Ржевский самородок

«Экспедиция Заготовления Государственных Бумаг…

Все четыре слова пишутся с больших букв, дабы никто не сомневался в государственной важности подобного учреждения. По сути дела, эта организация образовалась в те давние времена, когда в России возник насущный вопрос – о замене металлических монет бумажными ассигнациями…»

Кровь, слезы и лавры Проза, Историческая проза,  
обложка книги Ртутный король России Ртутный король России

«…Были у нас разные короли – чайные Боткины, железочугунные Мальцевы, мануфактурные Морозовы, игольные Гиршманы, булочные Филипповы, стекольные Бахметевы, сахарные Бродские, фарфоровые Кузнецовы, гастрономические Елисеевы и прочие. А наш герой всколыхнул в сонных недрах земли тяжкие и ленивые облака ртути – вредной и всем нам очень нужной…»

Тайный советник Проза, Историческая проза  
обложка книги Сандуновские бани Сандуновские бани

«…Сандуновский переулок, ныне уничтоженный, хранил семейную тайну Сандуновских бань, поныне процветающих.

Загадка истории! Кому из них, мужу или жене, в лучшую пору их жизни пришла в голову такая мысль – вложить деньги в создание бань? Не будем гадать. Бани были оформлены комфортабельно, а чтобы с ними не возиться, супруги отдавали их в аренду купчихе Ломакиной. Эта серьезная дама, своей славы не имевшая, взяла от Сандуновых не только баню, но даже их фамилию, уже прославленную, почему и бани в Сандуновском переулке остались в истории Москвы Сандуновскими…»

Через тернии – к звездам Проза, Историческая проза  
обложка книги Свет маяка Свет маяка

В сборник вошли повести, рассказы, очерки, посвященные морю и морякам. Молодой читатель познакомится с работами русских классиков и советских мастеров художественной прозы, охватывающими значительный период истории отечественного флота.

Проза, Советская классическая проза, Приключения, Морские приключения  
Свеча жизни Егорова Проза, Историческая проза  
Секрет русской стали Проза, Историческая проза  
Секретная миссия Нарбонна Проза, Историческая проза  
Синусоида жизни человеческой Проза, Историческая проза  
Слава нашему атаману! Проза, Историческая проза  
обложка книги Слово и дело Слово и дело

Шедевр B.C. Пикуля. Масштабный, умный, увлекательный роман об одном из загадочнейших периодов российской истории — эпохе правления императрицы Анны Иоанновны. Перед читателем буквально оживает удивительный мир дворцовых переворотов и придворных интриг, всевластия печально известной Тайной канцелярии — и яростного противостояния русского дворянства и всемогущего фаворита императрицы — Бирона...

Проза, Историческая проза  
обложка книги Слово и дело. Книга 1. Царица престрашного зраку Слово и дело. Книга 1. Царица престрашного зраку

Шедевр B. C. Пикуля. Масштабный, умный, увлекательный роман об одном из загадочнейших периодов российской истории — эпохе правления императрицы Анны Иоанновны. Перед читателем буквально оживает удивительный мир дворцовых переворотов и придворных интриг, всевластия печально известной Тайной канцелярии — и яростного противостояния русского дворянства и всемогущего фаворита императрицы — Бирона…

Слово и дело Проза, Историческая проза  
обложка книги Слово и дело. Книга 2. Мои любезные конфиденты Слово и дело. Книга 2. Мои любезные конфиденты

Шедевр B. C. Пикуля. Масштабный, умный, увлекательный роман об одном из загадочнейших периодов российской истории — эпохе правления императрицы Анны Иоанновны. Перед читателем буквально оживает удивительный мир дворцовых переворотов и придворных интриг, всевластия печально известной Тайной канцелярии — и яростного противостояния русского дворянства и всемогущего фаворита императрицы — Бирона…

Слово и дело Проза, Историческая проза  
Солдат Василий Михайлов Проза, Историческая проза  
обложка книги Старая история с новым концом Старая история с новым концом

«…Мою память тревожат старые – еще детские – воспоминания о «стратегической» ошибке британского Адмиралтейства, которую лучше назвать политической диверсией.

Сам хлебнувший морской воды и многое заново переосмысливший, теперь я могу судить о событиях прошлого с гораздо большими подозрениями…

Итак, читатель, я приглашаю тебя в жаркие дни лета 1914 года, когда молодой Уинстон Черчилль занимал в Уайтхолле руководящий пост первого лорда Адмиралтейства…»

Тайный советник Проза, Историческая проза  
Старые гусиные перья Проза, Историческая проза  
Судьба баловня судьбы Проза, Историческая проза  
Сын Аракчеева — враг Аракчеева Проза, Историческая проза  
Сын «Пиковой дамы» Проза, Историческая проза  
обложка книги Тайный советник Тайный советник

Исторические миниатюры Валентина Пикуля – уникальное явление в современной отечественной литературе, ярко демонстрирующее непревзойденный талант писателя. Каждая из миниатюр, по словам автора, «тоже исторический роман, только спрессованный до малого количества».

, Тайный советник Проза, Историческая проза  
обложка книги Тайный советник (Исторические миниатюры) Тайный советник (Исторические миниатюры)

Исторические миниатюры Валентина Пикуля — уникальное явление в современной отечественной литературе, ярко демонстрирующее непревзойденный талант писателя. Каждая из миниатюр, по словам автора, «тоже исторический роман, только спрессованный до малого количества».

Миниатюры, включенные в настоящее издание, представляют собой галерею портретов ярких исторических личностей XIX - начала XX веков.

Проза, Историческая проза  
Тепло русской печки Проза, Историческая проза  
Трагедия «Русского Макарта» Проза, Историческая проза  
обложка книги Три возраста Окини-сан Три возраста Окини-сан

В центре романа «Три возраста Окини-сан» — драматическая судьба Владимира Коковцева, прошедшего путь от мичмана до адмирала российского флота. Писатель проводит своего героя через ряд исторических событий — русско-японскую и первую мировую войны, Февральскую и Октябрьскую революции, показывает сложную политическую обстановку на Дальнем Востоке, где столкнулись интересы России, Англии, Японии. Русско-японская война. Самая горькая и самая славная страница российской истории начала XX века. Самая горькая — потому что Российская империя никогда не знала войны, ведущейся столь нелепо и неумело... Самая славная — потому что офицерыи солдаты, ставшие «скромными героями» этой войны, творили чудеса мужества и отваги... Перед вами, наверное, лучшая из существующих книг о русско-японской войне. Книга многогранна и увлекательна, блестяще умная — и безукоризненно точная...

Проза, Историческая проза  
Трудолюбивый и рачительный муж Проза, Историческая проза  
Удаляющаяся с бала Проза, Историческая проза  
Ужин у директора государственного банка Проза, Историческая проза  
обложка книги Ужин у директора государственного банка Ужин у директора государственного банка

«…Существовал опасный для Франции Тройственный союз, и Парижу хотелось перекроить альянс прусско-российский во франко-российский. Так что Гатчина с ее притихшим замком немало будоражила воображение дипломатов Европы, и хотя Александр III редко бывал трезвым, но его слова, произнесенные даже в пьяном состоянии, имели большой вес в политике мировых держав. Россия есть Россия – с ней всем следует считаться!…»

Тайный советник Проза, Историческая проза  
обложка книги Фаворит Фаворит

роман «Фаворит» — многоплановое произведение, в котором поднят огромный пласт исторической действительности, дано широкое полотно жизни России второй половины XVIII века. Автор изображает эпоху через призму действий главного героя — светлейшего князя Григория Александровича Потемкина-Таврического, фаворита Екатерины II; человека сложного, во многом противоречивого, но, безусловно, талантливого и умного, решительно вторгавшегося в государственные дела и видевшего свой долг в служении России.

Проза, Историческая проза  
Фаворит (Книга 1, Книга 2)

Роман `Фаворит` – многоплановое произведение, в котором поднят огромный пласт исторической действительности, дано широкое полотно жизни России второй половины XVIII века. Автор изображает эпоху через призму действий главного героя – светлейшего князя Григория Александровича Потемкина – Таврического, фаворита Екатерины II; человека сложного, во многом противоречивого, но, безусловно, талантливого и умного, решительно вторгавшегося в государственные дела и видевшего свой долг в служении России.

Проза, Историческая проза, Любовные романы, Исторические любовные романы  
обложка книги Фаворит. Том 1. Его императрица Фаворит. Том 1. Его императрица

Роман «Фаворит» – многоплановое произведение, в котором поднят огромный пласт исторической действительности, дано широкое полотно жизни России второй половины XVIII века. Автор изображает эпоху через призму Действий главного героя – светлейшего князя Григория Александровича Потемкина-Таврического, фаворита Екатерины II; человека сложного, во многом противоречивого, но, безусловно, талантливого и умного, решительно вторгавшегося в государственные дела и видевшего свой долг в служении России.

Фаворит Проза, Историческая проза  
обложка книги Фаворит. Том 2. Его Таврида Фаворит. Том 2. Его Таврида

Роман «Фаворит» – многоплановое произведение, в котором поднят огромный пласт исторической действительности, дано широкое полотно жизни России второй половины XVIII века. Автор изображает эпоху через призму Действий главного героя – светлейшего князя Григория Александровича Потемкина-Таврического, фаворита Екатерины II; человека сложного, во многом противоречивого, но, безусловно, талантливого и умного, решительно вторгавшегося в государственные дела и видевшего свой долг в служении России.

Фаворит Проза, Историческая проза  
Хива, отвори ворота! Проза, Историческая проза  
Человек известных форм Проза, Историческая проза  
Человек, переставший улыбаться Проза, Историческая проза  
Через тернии — к звездам Проза, Историческая проза  
обложка книги Через тернии – к звездам. Исторические миниатюры Через тернии – к звездам. Исторические миниатюры

Исторические миниатюры Валентина Пикуля – уникальное явление в современной отечественной литературе, ярко демонстрирующее непревзойденный талант писателя. Каждая из миниатюр, по словам автора, “то же исторический роман, только спрессованный до малого количества”.

Миниатюры, включенные в настоящее издание, представляют собой галерею портретов ярких исторических личностей XIX веков.

Проза, Историческая проза  
обложка книги Честь имею Честь имею

«Честь имею». Один из самых известных исторических романов В.Пикуля. Вот уже несколько десятилетий читателя буквально завораживают приключения офицера Российского Генерального штаба, ставшего профессиональным разведчиком и свидетелем политических и дипломатических интриг, которые привели к Первой мировой войне.

Проза, Историческая проза, Приключения, Исторические приключения, О войне,  
Что держала в руках Венера Проза, Историческая проза  
Шарман, шарман, шарман! Проза, Историческая проза  
Шедевры села Рузаевки Проза, Историческая проза  
обложка книги Янычары Янычары Проза, Историческая проза  

Поиск книг, авторов и серий книг от Яндекса:

Схожие по жанру новинки месяца

  •  Невеста без места
     Сапункова Наталья Александровна
     Проза, Историческая проза, Любовные романы, Исторические любовные романы

    И не думала, не гадала княженка Велья, младшая дочь князя Велеслава, что давно она просватана по неосторожности батюшкиной в дальние земли, в проклятый род. И придется ей уехать навстречу неведомой судьбе, через леса дремучие на чужбину, в город Карияр, чтобы стать там женой одного из четырех княжичей. И все они вроде хороши, а не лучше того незнакомца, кому уже отдала она свое сердце темной купальской ночью. И верно ли, что настоящая любовь сильнее любых невзгод?..

  •  Невеста без места
     Сапункова Наталья Александровна
     Проза, Историческая проза, Любовные романы, Исторические любовные романы

    И не думала, не гадала княженка Велья, младшая дочь князя Велеслава, что давно она просватана по неосторожности батюшкиной в дальние земли, в проклятый род. И придется ей уехать навстречу неведомой судьбе, через леса дремучие на чужбину, в город Карияр, чтобы стать там женой одного из четырех княжичей. И все они вроде хороши, а не лучше того незнакомца, кому уже отдала она свое сердце темной купальской ночью. И верно ли, что настоящая любовь сильнее любых невзгод?..

  •  Дочь капитана Блада
     Искандерова Нелли
     Приключения, Исторические приключения

    Начало 18 века, царствование Анны Стюарт. В доме Джеймса Брэдфорда, губернатора острова Нью-Провиденс, полным ходом идёт подготовка к торжеству. На шестнадцатилетие мисс Брэдфорд (в действительности – внебрачной дочери Питера Блада) прибыли даже столичные гости. Вот только юная Арабелла куда более похожа на сорванца, чем на отпрыска родной сестры герцога Мальборо. Чтобы устроить её судьбу, губернатор решает отправиться в Лондон. Все планы нарушает внезапная атака испанской флотилии. Остров разорён, сам полковник погиб, а Арабелла попадает в руки капитана одного из кораблей. Охваченная ужасом девушка готовится совершить самоубийство

  •  Куркуль
     Бутченко Максим
     Проза, Историческая проза

    Це було насправді. Федот Шевченко не з покладистих і зручних для нової влади людей, на відміну від Петра, старшого брата, який підлизується до радянських колективістів. Підлість Петра ще й у тому, що він давно хоче відвоювати собі Сашу — дружину Федота. Разом з односельцями молодший брат агресивно й уперто не приймає колективізацію, але повстання селян жорстоко придушують узимку 1930 року. Сім’ю силою розкуркулюють, підступно випитавши в дитини, де батьки ховають харчі, і вивозять у Карелію разом із Петром-підлабузником. Остання смертельна сутичка братів неминуча.


  •  Чигиринський сотник
     Кононович Леонід
     Приключения, Исторические приключения

    Леоніда Кононовича звикли вважати основоположником кримінального жанру в українській літературі, але його новий роман «Чигиринський сотник» — щось зовсім інше. Це гостросюжетна оповідь про маленького козака, що немов зринув із надр стародавньої легенди, безтурботного мандрівника в нетрях язичеської демонології, і в той самий час — теперішній лицарський роман, «козацьке фентезі», де національна традиція перегукується із чужоземними містичними практиками, а чудове багатство мови сполучається з бойовою динамікою історичної саги Це по-справжньому екстремальне читання, несподіваний і гострий погляд на наше минуле й «український мир».

  •  Записки офицера Красной армии
     Песецкий Сергей Михайлович
     Фантастика, Юмористическая фантастика, Юмор, Юмористическая проза, Проза, О войне,

    Роман «Записки офицера Красной Армии» — это альтернативный советскому и современному официальному взгляд на события в Западной Беларуси. В гротескной форме в жанре сатиры автор от имени младшего офицера-красноармейца описывает события с момента пересечения советско-польской границы 17 сентября 1939 года до начала зачисток НКВД на Виленщине в 1945 году.

 Жанры книг


 На хлебушек библиотекарю