Книги жанра «Биографии и Мемуары» на букву «O»

num: 0 1 2 3 5 7 9
en: A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
ru: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

 Название  Автор  Серия
обложка книги On the Brink: Inside the Race to Stop the Collapse of the Global Financial System On the Brink: Inside the Race to Stop the Collapse of the Global Financial System
Amazon.com Review

When Hank Paulson, the former CEO of Goldman Sachs, was appointed in 2006 to become the nation's next Secretary of the Treasury, he knew that his move from Wall Street to Washington would be daunting and challenging.

But Paulson had no idea that a year later, he would find himself at the very epicenter of the world's most cataclysmic financial crisis since the Great Depression. Major institutions including Bear Stearns, Fannie Mae, Freddie Mac, Lehman Brothers, AIG, Merrill Lynch, and Citigroup, among others-all steeped in rich, longstanding tradition-literally teetered at the edge of collapse. Panic ensnared international markets. Worst of all, the credit crisis spread to all parts of the U.S. economy and grew more ominous with each passing day, destroying jobs across America and undermining the financial security millions of families had spent their lifetimes building.

This was truly a once-in-a-lifetime economic nightmare. Events no one had thought possible were happening in quick succession, and people all over the globe were terrified that the continuing downward spiral would bring unprecedented chaos. All eyes turned to the United States Treasury Secretary to avert the disaster.

This, then, is Hank Paulson's first-person account. From the man who was in the very middle of this perfect economic storm, On the Brink is Paulson's fast-paced retelling of the key decisions that had to be made with lightning speed. Paulson puts the reader in the room for all the intense moments as he addressed urgent market conditions, weighed critical decisions, and debated policy and economic considerations with of all the notable players-including the CEOs of top Wall Street firms as well as Ben Bernanke, Timothy Geithner, Sheila Bair, Nancy Pelosi, Barney Frank, presidential candidates Barack Obama and John McCain, and then-President George W. Bush.

More than an account about numbers and credit risks gone bad, On the Brink is an extraordinary story about people and politics-all brought together during the world's impending financial Armageddon.

Paulson Henry M  
обложка книги One Bullet Away One Bullet Away

A former captain in the Marines’ First Recon Battalion, who fought in Afghanistan and Iraq, reveals how the Corps trains its elite and offers a point-blank account of twenty-first-century battle.

If the Marines are “the few, the proud,” Recon Marines are the fewest and the proudest. Only one Marine in a hundred qualifies for Recon, charged with working clandestinely, often behind enemy lines. Fick’s training begins with a hellish summer at Quantico, after his junior year at Dartmouth, and advances to the pinnacle—Recon—four years later, on the eve of war with Iraq. Along the way, he learns to shoot a man a mile away, stays awake for seventy-two hours straight, endures interrogation and torture at the secretive SERE course, learns to swim with Navy SEALs, masters the Eleven Principles of Leadership, and much more.

His vast skill set puts him in front of the front lines, leading twenty-two Marines into the deadliest conflict since Vietnam. He vows he will bring all his men home safely, and to do so he’ll need more than his top-flight education. He’ll need luck and an increasingly clear vision of the limitations of his superiors and the missions they assign him. Fick unveils the process that makes Marine officers such legendary leaders and shares his hard-won insights into the differences between the military ideals he learned and military practice, which can mock those ideals. One Bullet Away never shrinks from blunt truths, but it is an ultimately inspiring account of mastering the art of war.

‘The book’s enormous power derives from the quality of Fick’s writing and the intensity of his moral vision. The prose is terse, clean and unmannered, the eye misses nothing. An Afghan sunrise, an Iraqi slum, or a Marine Corps sergeant is drawn in a few words, the dialogue is sharp, and the action sequences tight and tense. Fick is especially good at conveying his own feelings in battle’.

Ben Shepard, TLS

‘There is much of worth here. The author is… thoughtful, humane and reflective and has some keen insights. He is far from the mindless ‘gung ho’ marine of the movies and would be a good man to go to war with’.

Herald on Sunday

‘A terrific account of basic training and active service… an excellent book which is timely and thought-provoking’.

Glasgow Herald

‘Harrowing… deserves close reading and serious discussion’.

The Washington Post

‘Fick’s descriptive and exacting writing… guarantees One Bullet Away a place in the war memoir hall of fame’.

USA Today

‘One can hardly imagine a finer boots-on-the-ground chronicle of this open-ended conflict, no matter how long it may last’.


One Bullet Away is a crisply written, highly readable, pacy march through the life of a combat leader. In each page, the reader can smell the cordite and see the chaos of combat, yet can also feel a tangible sense of the ethos and very essence not only of the United States Marine Corps but also of leadership, both at the military and the human level’.

RUSI Journal
Fick Nathaniel  
обложка книги One of Us One of Us

A harrowing and thorough account of the massacre that upended Norway, and the trial that helped put the country back together

On July 22, 2011, Anders Behring Breivik detonated a bomb outside government buildings in central Oslo, killing eight people. He then proceeded to a youth camp on the island of Utøya, where he killed sixty-nine more, most of them teenage members of Norway’s governing Labour Party. In One of Us, the journalist Åsne Seierstad tells the story of this terrible day and what led up to it. What made Breivik, a gifted child from an affluent neighborhood in Oslo, become a terrorist?

As in her bestseller The Bookseller of Kabul, Seierstad excels at the vivid portraiture of lives under stress. She delves deep into Breivik’s troubled childhood, showing how a hip-hop and graffiti aficionado became a right-wing activist and Internet game addict, and then an entrepreneur, Freemason, and self-styled master warrior who sought to “save Norway” from the threat of Islam and multiculturalism. She writes with equal intimacy about Breivik’s victims, tracing their political awakenings, aspirations to improve their country, and ill-fated journeys to the island. By the time Seierstad reaches Utøya, we know both the killer and those he will kill. We have also gotten to know an entire country—famously peaceful and prosperous, and utterly incapable of protecting its youth.

Seierstad Åsne  
обложка книги Ongoingness: The End of a Diary Ongoingness: The End of a Diary

A dazzling philosophical investigation of the challenge of living in the present, by a brilliant practitioner of the new essay.

In her third book, which continues to define the contours of the contemporary essay, Sarah Manguso confronts a meticulous diary that she has kept for twenty-five years. "I wanted to end each day with a record of everything that had ever happened," she explains. But this simple statement belies a terror that she might forget something, that she might miss something important. Maintaining that diary, now 800,000 words, had become, until recently, a kind of spiritual practice.

Then Manguso became pregnant and had a child, and these two Copernican events generated an amnesia that put her into a different relationship with the need to document herself amid ongoing time.

Ongoingness is a spare, meditative work that stands in stark contrast to the volubility of the diary — it is a haunting account of mortality and impermanence, of how we struggle to find clarity in the chaos of time that rushes around and over and through us.

Manguso Sarah  
обложка книги Operation Overflight Operation Overflight

In this new edition of his classic 1970 memoir about the notorious U-2 incident, pilot Francis Gary Powers reveals the full story of what actually happened in the most sensational espionage case in Cold War history. After surviving the shoot-down of his reconnaissance plane and his capture on May 1, 1960, Powers endured sixty-one days of rigorous interrogation by the KGB, a public trial, a conviction for espionage, and the start of a ten-year sentence. After nearly two years, the U.S. government obtained his release from prison in a dramatic exchange for convicted Soviet spy Rudolph Abel. The narrative is a tremendously exciting suspense story about a man who was labeled a traitor by many of his countrymen but who emerged a Cold War hero.

Gentry Curt, Powers Francis Gary  
обложка книги Otherland Otherland

Shortlisted for the Douglas Stewart prize for non fiction and the Community Relations Commission Award in NSW and the Age Non-Fiction Book of the Year.

I left too early, before tanks rolled into Moscow in 1991, and before Gorbachev was put under home arrest in a failed coup. I left before Russia and Ukraine became separate countries, before the KGB archives were opened, before the Russian version of Wheel of Fortune, before the word ‘Gulag’ appeared in textbooks. I left before Chechnya, before the mass renaming of cities and streets, before you could go into a shop and actually purchase the books of Brodsky, Pasternak and Nabokov. I left too early, I missed the whole point. I was not there when my generation was cornered by history.

Maria Tumarkin travels with her Australian-born teenage daughter, Billie, back to Russia and Ukraine to have her experience first-hand the seismic shifts of her family’s native country. For Maria the trip back is no simple stroll down memory lane. Splintered and scattered across the world, her generation has ended up inhabiting vastly different realities.

Along with exploring the political and cultural fallout of a century of turmoil, Maria wanted to bring together the worlds of her mother and daughter – the different continents, histories and experiences they encompassed. Before they set off, Maria wistfully imagined her and Billie’s hearts beating in unison as they travelled back to a past they could both understand, forging a nearly superhuman bond along the way. But, in Maria and Billie’s case, the past was not simply another country, but one that no longer existed.

Otherland is the story of a six-week trip traversing three generations, three lifetimes and three profoundly different but profoundly interconnected stories of mothers and daughters.


“For the most part her account is fascinating, even exhilarating, and there is barely a dead word in the book. Tumarkin’s viewpoint is unfailingly insightful with an overlay of pungent Russian humour.”


“The literary beauty of Otherland is essentially textual: multiple layers of memory and reflection, intertwining historical commentary, cultural and literary criticism, and personal reminiscence. It is at once a roadtrip of anecdotes peppered with yearning and longing as well as a politico-cultural window on a huge part of 20th century history.”

Sydney Morning Herald
Tumarkin Maria  

Поиск книг, авторов и серий книг от Яндекса:

Новинки! Свежие поступления книг жанра «Биографии и Мемуары»

  •  Война в толпе
     Корчинский Дмитро
     Проза, Контркультура, Документальная литература, Биографии и Мемуары

    В1990 Дмитрий Корчинский стал одним из инициаторов создания Украинской межпартийной ассамблеи — прародителя право-радикальной партии УНА-УНСО. В следующем году он уже возглавлял военизированное крыло этой организации — УНСО.

    Из интервью Дмитро Корчинского порталу ЗАКС.Ру 6 октября 2009

    .....В РФ русские националисты сажаются по российской статье. Это самая дискриминированная часть общества: те люди, которые сознают себя русскими. Мы категорически заинтересованы в том, чтобы русский народ победил в этой борьбе, чтобы он победил Кремль. Но, к сожалению, Кремлю удается поражать не только наши жизни, но и наш разум.

    Многие русские люди являются патриотами Кремля. Можно ли себе представить, чтобы куры могли быть патриотами птицефабрики? Русские люди могут быть патриотами Кремля, хотя из них делают точно такие же тушки, используют точно так же, как кур на птицефабрике. Люди, которые не хотят с этим мириться, не считают себя ни курицами, ни петухами, естественно, должны сопротивляться. Вся наша поддержка именно этим людям. Я абсолютно уверен в их победе и успехе. И еще хочу сказать, что пока мы живы — мы будем делать в Украине все для того, чтобы не только наша организация, но и вся Украина была именно той базой, с которой можно действовать эффективно. И будем надеяться, что в конце концов эта страшная кремлевская диктатура будет поражена и русский народ возьмет именно то, чего он достоин...

  •  Анна Иоанновна, ее личность, интимная жизнь и правление
     Веретьев Н Ю
     Документальная литература, Биографии и Мемуары

    Период царствования императрицы Анны Иоанновны является одним из самых печальных на протяжении тысячелетней истории Руси. С восшествием на престол этого последнего отпрыска бояр Романовых по прямой линии начинается продолжительный период развала российской государственности. При ней так называемый «немецкий период», то есть эпоха временщиков и фаворитов иноземного происхождения, достигает высшей точки своего развития. Поэтому для историков это время наиболее увлекательно.

    Издание 1913 года, текст приведен к современной орфографии.

  •  Александр III, его личность, интимная жизнь и правление
     Колосов А
     Документальная литература, Биографии и Мемуары

    Всякое проявление народной воли шло коренным образом вразрез с деспотическими замашками и тираническими замыслами Александра III, и он поклялся кровью и железом искоренить всё, что было в России свободного, смелого, самостоятельного и мыслящего. Он хотел властвовать неограниченно, подобно древнеазиатским деспотам, над телами и душами своего стомиллионного народа, и для этого ему было необходимо раньше всего искоренить крамолу, вырвав жестокою рукою из среды русского народа всю лучшую, интеллигентную и мыслящую часть его.

    Издание 1902 года, текст приведён к современной орфографии.

  •  Павел. Его семейная жизнь, фавориты и убийство
     Каратов Ф В
     Документальная литература, Биографии и Мемуары

    Характер наследника Павла Петровича сформировали чрезмерная опека со стороны бабушки, отчуждение от матери и влияние воспитателей. Павел был в детстве со всеми задатками будущего хорошего человека. Он был умён, откровенен, добродушен, прилежен, старателен, но дурное воспитание сделало из него хитрого, замкнутого, мрачного, строгого и деспотичного человека. Павел так и не простил матери гибели своего отца Петра III после дворцового переворота, в результате которого Екатерина взошла на престол.

    В 1797 году после смерти Екатерины II Павел был провозглашен императором и самодержцем всероссийским. При этом император считал, что управлять необходимо исключительно железной рукой. Суровое, даже жестокое, соблюдение дисциплины и порядка казалось Павлу необходимым для того, чтобы обезопасить себя от заговоров, которых он стал чрезвычайно бояться.

    Глубокая, закоренелая ненависть ко всему, что учреждено Екатериною, делало его порывы ещё вреднее и опаснее. Взойдя на престол он с раздраженной злобой стал коверкать всё, и гражданскую и военную часть, и внешние отношения государства. А страсть к экзерцициям и запальчивая взыскательность за малейшие ошибки во фрунте, восстановили против него войско и дворянство.

    Это недовольство в итоге вылилось в заговор. Почему погиб властелин величайшей державы в свете, человек с хорошими способностями, хорошо образованный и с благородными побуждениями? Потому что первым качеством государя должно быть умение управлять своими страстями, и тогда только он может управлять другими. Никто не мог бы преуспеть в этом убийстве, если бы не было на то общего молчаливого согласия всей столицы, общего желания всей России.

    Издание 1902 года, текст приведен к современной орфографии.

  •  Орест Кипренский
     Алленова Ольга
     Документальная литература, Биографии и Мемуары,

    Орест Кипренский по многим позициям удерживает в русском искусстве титул первого: первый романтик, первый живописец и первый портретист собственно XIX столетия, первый мастер карандашного портрета. Это первенство сопряжено с единственностью, неповторимостью и одновременно художественным совершенством, которое и в его время, и долго потом оставалось непревзойденным.

  •  Ураган. Последние юнкера
     Ларионов Виктор Александрович, Ильвов Борис Яковлевич
     Проза, Историческая проза, Документальная литература, Биографии и Мемуары, О войне

    Издательство «Вече» представляет новую серию художественной прозы «Белогвардейский роман», объединившую произведения авторов, которые в подавляющем большинстве принимали участие в Гражданской войне 1917–1922 гг. на стороне Белого движения.

    В данную книгу вошли произведения двух боевых офицеров, ветеранов знаменитого Ледяного похода Добровольческой армии генерала Корнилова.

    Роман «Ураган» капитана 2-го ранга Бориса Ильвова повествует о судьбах его современников, сошедшихся в военном противостоянии тех лет.

    Не менее силен напряженностью сюжета и накалом страстей роман капитана-артиллериста Виктора Ларионова «Последние юнкера», посвященный последнему походу Вооруженных сил Юга России на Москву.

Новинки месяца жанра «Биографии и Мемуары»

 Жанры книг

 На хлебушек библиотекарю