Книги жанра «Биографии и Мемуары» на букву «2»

num: 0 1 2 3 5 7 9
en: A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
ru: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

 
 Название  Автор  Серия
обложка книги 20 великих бизнесменов. Люди, опередившие свое время 20 великих бизнесменов. Люди, опередившие свое время

В этой подарочной книге представлены портреты 20 человек, совершивших революции в современном бизнесе и вошедших в историю благодаря своим феноменальным успехам. Истории Стива Джобса, Уоррена Баффетта, Джека Уэлча, Говарда Шульца, Марка Цукерберга, Руперта Мердока и других предпринимателей – это примеры того, что значит быть успешным современным бизнесменом, как стать лидером в новой для себя отрасли и всегда быть впереди конкурентов, как построить всемирно известный и долговечный бренд и покорять все новые и новые вершины.

В богато иллюстрированном полноцветном издании рассказаны истории великих бизнесменов, отмечены основные вехи их жизни и карьеры. Книга построена так, что читателю легко будет сравнивать самые интересные моменты биографий и практические уроки знаменитых предпринимателей.

Для широкого круга читателей.

Апанасик Валерий  
обложка книги 20 лет дипломатической борьбы 20 лет дипломатической борьбы

В книге, на документальной основе, освещаются события, предшествовавшие началу Второй мировой войны, свидетелем которых стала французская журналистка Женевьева Табуи. После присоединения Австрии к Германии сбылись её предсказания, что следующей жертвой Гитлера станет Чехословакия. В 1942 г., уже в США, она издает книгу «Они называли ее Кассандрой». После войны Ж. Табуи вернулась в Париж, в 1948 г. была награждена орденом Почетного Легиона. Книга в высшей степени интересна всем, кто занимается изучением истории Европы между двумя мировыми войнами, а также любознательным читателям всех возрастов.

Табуи Женевьева  
обложка книги 20 писем к другу 20 писем к другу

«Двадцать писем к другу» Светланы Иосифовны Аллилуевой (но в сущности, к тем, кто прочтет и поймет ее) — это скорее всего не письма, но воспоминания об отце и Отце народов — Иосифе Сталине.

Аллилуева Светлана Иосифовна  
обложка книги 20000 миль под парусами 20000 миль под парусами

Мемуары Д. Лухманова — капитана советского учебного барка «Товарищ». Под командованием Д. Лухманова «Товарищ» совершил переход из Мурманска до берегов Южной Америки в 1926 году. Об этом плавании и рассказывается в книге.

Сохранена орфография печатного оригинала, в некоторых местах сделаны необходимые комментарии. Обозначение кавычек заменено на современные («елочки»). В печатном оригинале открывающие кавычки «лапки», закрывающие — прямые.

Лухманов Д  
обложка книги 23 главных разведчика России 23 главных разведчика России

В книге собраны портреты руководителей советской и российской политической разведки, начиная с первого начальника иностранного отдела ВЧК и кончая нынешним директором СВР. Кем были эти люди, которые в разное время возглавляли ведомство на Лубянке? Какие качества помогли им добраться до должности главного разведчика страны? Среди них есть такие известные персонажи, как Владимир Крючков или Евгений Примаков, и те, чьи достижения и провалы ведомы только профессионалам. За судьбами начальников разведки – поворотные события в жизни нашей страны и в мире.

Во второй части книги писатель и телевизионный ведущий Леонид Млечин открывает новые страницы драматической истории разведки и рассказывает о судьбах людей, которые достаточно случайно оказались связанными с разведкой. Они стали знаменитыми, но в их истории еще множество загадок. Почему, например, провалилась группа Рихарда Зорге и почему он сам на допросах в японской тюрьме рассказал все, что знал? За что казнили танцовщицу Мату Хари и полковника царской армии Мясоедова? Какова подлинная история Штирлица? Почему убили советского резидента в Китае?..

Книга также выходила под названием «История внешней разведки. Карьеры и судьбы».

Млечин Леонид Михайлович  
обложка книги 25 главных разведчиков России 25 главных разведчиков России

В книге собраны портреты 25 руководителей советской и российской политической разведки, начиная с первого начальника иностранного отдела ВЧК и заканчивая нынешним директором СВР.

Среди них есть такие известные персонажи, как Артур Артузов, Павел Судоплатов, Владимир Крючков, Леонид Шебаршин и Евгений Примаков, так и те, чьи достижения и провалы ведомы только профессионалам.

Кем были эти люди, которые в разное время возглавляли ведомство на Лубянке? Какие качества помогли им добраться до должности главного разведчика страны?

За судьбами начальников разведки – поворотные события в жизни нашей страны и в мире.

Млечин Леонид Михайлович  
обложка книги 26 главных разведчиков России 26 главных разведчиков России

В книге собраны портреты 26 руководителей советской и российской политической разведки, начиная с первого начальника иностранного отдела ВЧК и заканчивая нынешним директором СВР.

Среди них есть такие известные персонажи, как Артур Артузов, Павел Судоплатов, Владимир Крючков, Леонид Шебаршин и Евгений Примаков, так и те, чьи достижения и провалы ведомы только профессионалам.

Кем были эти люди, которые в разное время возглавляли ведомство на Лубянке? Какие качества помогли им добраться до должности главного разведчика страны?

За судьбами начальников разведки — поворотные события в жизни нашей страны и в мире.

Млечин Леонид Михайлович  
2-У-2 Соболев Леонид Сергеевич  
 

Поиск книг, авторов и серий книг от Яндекса:

Новинки! Свежие поступления книг жанра «Биографии и Мемуары»

  •  Мир Чарльза Диккенса
     Уилсон Энгус
     Документальная литература, Биографии и Мемуары

    Книга посвящена жизни и творчеству Чарльза Диккенса (1812–1870).

    «Мир Чарльза Диккенса» — работа, где каждая строка говорит об огромной осведомленности ее автора, о тщательном изучении всех новейших материалов, понадобившихся Э. Уилсону для наиболее объективного освоения сложной и противоречивой личности Ч. Диккенса. Очевидно и прекрасное знакомство с его творческим наследием. Уилсон действительно знает каждую строчку в романах своего учителя, а в данном случае той «натуры», с которой он пишет портрет. Отличие этой работы не только в том, что она сочетает в себе глубоко продуманный психологический портрет Диккенса с богато документированной монографией о его жизни и творчестве. Особенность книги Э. Уилсона в том, что это, как верно определили англичане, высказывание «мастера современного романа о величайшем из английских романистов прошлого».

  •  Айгу! Они не едят личинок шелкопряда!
     Ерохина Анастасия
     Документальная литература, Биографии и Мемуары, Публицистика

    Книга «Айгу! Они не едят личинок шелкопряда!» знакомит читателя с жизнью и бытом людей в странах Юго-Восточной Азии. Автор совместно с мужем в течение четырёхсот дней путешествовали по Корее, Малайзии, Таиланду, Камбодже, Индонезии и Вьетнаму, осознанно сменив комфортную жизнь московских менеджеров среднего звена на скромное существование с небольшим бюджетом. Большая часть произведения посвящена волонтёрству в путешествии — увлекательному, но к сожалению, мало известному в России явлению. В этой книге нет описаний отдыха в шикарных отелях и поездок на экскурсии с русскоговорящим гидом, но есть масса увлекательного: работа на фермах за жильё и еду, жизнь в азиатской глубинке, подозрительная еда, странные люди и даже извержение вулкана. И, конечно, самая настоящая дружба.

    Блог автора: http://yerofea.livejournal.com/

  •  Chickenhawk: Back in the World
     Mason Robert
     Документальная литература, Биографии и Мемуары

    Here is the triumphant sequel to Robert Mason’s bestselling account of his service as a chopper pilot in Vietnam. Chickenawk: Back in the World is a moving, no-holds-barred post-Vietnam memoir that reveals the war’s shattering legacy in the heart and mind of a returning vet.

    When Robert Mason’s first book was published in 1983, it was hailed as one of the finest personal evocations of Vietnam ever to appear in print. In fact, Chickenhawk is still in print, a book that continues to serve as a testament for an entire generation. But not even Mason’s splendid debut will prepare you for the authority of Chickenhawk: Back in the World, his harrowing quest to find “the most significant thing I lost in that war—peace.”

    Although Mason’s return was at first promising—after leaving active combat duty he began instructing future helicopter pilots—it quickly spiraled downward: into bouts of panic and increasingly heavy drinking, adulterous love affairs, jobs he could never keep. At the spiral’s bottom lay an epic ocean voyage in a small boat. Destination: Colombia; cargo: marijuana: payoff: capture and a twenty-month prison term.

    Mason recounts these events and his gradual healing from the wounds of Vietnam with caustic honesty, in powerful prose that conveys both the texture of despair and the hope that kept him going as he tied to maneuver through his own personal minefield. Above all, he writes with a bitter wisdom that makes this book an anthem for all those vets who lost a piece of themselves in Southeast Asia—and have spent a long, hard time trying to get it back.

  •  Гитлер в Вене. Портрет диктатора в юности
     Хаманн Бригитта
     Документальная литература, Биографии и Мемуары

    ÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷

    Бригитта Хаманн (1940–2016) — учёный и автор многих биографий исторических персонажей, вершивших судьбы Австрии и всего мира. Материалы для книги об Адольфе Гитлере и его пребывании в Вене в 1907–13 гг. писательница собирала почти двадцать лет, скрупулёзно исследуя источники и обнаружив целый ряд неизвестных документов. Как утверждает Хаманн, сам характер диктатора сложился именно в годы полунищенских мытарств в столице Австро-Венгрии. В среде музыкантов, поэтов и художников, прославивших Вену начала века, не нашлось места бездарному и завистливому провинциалу Гитлеру. Зато он усвоил здесь ненависть ко всему инородному и неистовое желание объединиться под немецким знаменем, страсть к демагогии и жажду управлять общественным сознанием.

    ÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷


Новинки месяца жанра «Биографии и Мемуары»

  •  Записки из тайника
     Пеньковский Олег Владимирович, Гибни Фрэнк
     Документальная литература, Биографии и Мемуары,

    Когда весной 1963 г. в Москве Олегу Пеньковскому был вынесен смертный приговор, мало кто в Советском Союзе, да и за его пределами, осознавал масштаб деятельности этого человека, который по собственной воле стал сотрудничать с западными разведслужбами. Он не считал себя предателем, поскольку был глубоко убежден, что служит прогрессу человечества.

    С апреля 1961 г. до конца 1962 г. Пеньковский снабжал Запад самой оперативной информацией о сокровеннейших политических и военных секретах Советского Союза.

    Он сообщал о конструкции новых тактических ракет, местах их базирования, протяженности Берлинской стены, о разведчиках, работающих в посольствах, дефектах последней модели военного вертолета, о размахе волнений в советских промышленных городах и многом другом.

    В это время был самый пик напряженности между Хрущевым и Кеннеди, и деятельность Пеньковского стала одной из самых глубоких трещин во взаимоотношениях двух государств.

    «Записки» Пеньковского представляют собой очень разноплановое и объемное произведение. Биографические заметки, материалы по структуре советской разведки, комментарии к системе организации связей с агентами, описание деятельности Госкомитета по науке и технике, где он проработал долгое время, критика существующей политической системы страны, обличение деятельности Хрущева и, наконец, просто заметки о реальной жизни советского народа.

    Истории полковника Пеньковского так и суждено было бы остаться секретным досье разведывательных и контрразведывательных ведомств трех стран, если бы не его исповедь — поразительный документ, который и составляет основную часть книги.

  •  Лев Рохлин: Сменить хозяина Кремля
     Волков Александр
     Документальная литература, Биографии и Мемуары, Публицистика

    В июле 2012 г. исполнилась очередная годовщина со дня убийства генерала Л. Я. Рохлина. Вместе с В. И. Илюхиным он создал Движение в поддержку армии и оборонного комплекса; весной 1998 года Рохлин вначале организовал военный заговор с целью свержения Ельцина, а потом пытался поднять в стране массовое протестное движение. Вскоре после этого Лев Рохлин был убит; в убийстве сразу же обвинили его жену, но обстоятельства этого дела до сих пор вызывают удивление.

    Автор этой книги Александр Волков в течение многих лет работал помощником у Л. Я. Рохлина, а затем у В. И. Илюхина. Он был свидетелем последних дней Льва Рохлина и сохранил многие материалы, касающиеся его деятельности. В книге А. Волкова последовательно разбираются обстоятельства убийства генерала Рохлина и приводятся неизвестные ранее факты и документы.

  •  Мёртвая зыбь
     Казанцев Александр Петрович, Казанцев Никита Александрович
     Документальная литература, Биографии и Мемуары

    В новом, мнемоническом романе «Фантаст» нет вымысла. Все события в нем не выдуманы и совпадения с реальными фактами и именами — не случайны. Этот роман — скорее документальный рассказ, в котором классик отечественной научной фантастики Александр Казанцев с помощью молодого соавтора Никиты Казанцева заново проживает всю свою долгую жизнь с начала XX века (книга первая «Через бури») до наших дней (книга вторая «Мертвая зыбь»). Со страниц романа читатель узнает не только о всех удачах, достижениях, ошибках, разочарованиях писателя-фантаста, но и встретится со многими выдающимися людьми, которые были спутниками его девяностопятилетнего жизненного пути. Главным же документом романа «Фантаст» будет память Очевидца и Ровесника минувшего века.

    ВСЛЕД за Стивеном Кингом и Киром Булычевым (см. книги "Как писать книги" и "Как стать фантастом", изданные в 2001 г.) о своей нелегкой жизни поспешил поведать один из старейших писателей-фантастов планеты Александр Казанцев.

    Литературная обработка воспоминаний за престарелыми старшими родственниками — вещь часто встречающаяся и давно практикуемая, но по здравом размышлении наличие соавтора не-соучастника событий предполагает либо вести повествование от второго-третьего лица, либо выводить "литсекретаря" с титульного листа за скобки. Отец и сын Казанцевы пошли другим путем — простым росчерком пера поменяли персонажу фамилию.

    Так что, перефразируя классика, "читаем про Званцева — подразумеваем Казанцева".

    Это отнюдь не мелкое обстоятельство позволило соавторам абстрагироваться от Казанцева реального и выгодно представить образ Званцева виртуального: самоучку-изобретателя без крепкого образования, ловеласа и семьянина в одном лице. Казанцев обожает плодить оксюмороны: то ли он не понимает семантические несуразицы типа "Клокочущая пустота" (название одной из последних его книг), то ли сама его жизнь доказала, что можно совмещать несовместимое как в литературе, так и в жизни.

    Несколько разных жизней Казанцева предстают перед читателем. Безоблачное детство у папы за пазухой, когда любящий отец пони из Шотландии выписывает своим чадам, а жене — собаку из Швейцарии. Помните, как Фаина Раневская начала свою биографию? "Я — дочь небогатого нефтепромышленника┘" Но недолго музыка играла. Революция 1917-го, чешский мятеж 18-го┘ Папашу Званцева мобилизовали в армию Колчака, семья свернула дела и осталась на сухарях.

    Первая книга мнемонического романа почти целиком посвящена описанию жизни сына купца-миллионера при советской власти: и из Томского технологического института выгоняли по классовому признаку, и на заводе за любую ошибку или чужое разгильдяйство спешили собак повесить именно на Казанцева.

    После института Казанцев с молодой женой на тот самый злополучный завод и уезжает (где его, еще практиканта, чуть не обвинили во вредительстве), да только неустроенный быт надоедает супруге.

    Казанцев рванул в Москву. К самому Тухачевскому пробрался, действующий макет электрической пушки показал. Маршал уши поразвесил, да и назначил Казанцева командовать экспериментальной лабораторией и создавать большую электропушку, практическая бессмысленность коей была в течение одного дня доказана консультантом-артиллеристом.

    Следующий любопытный сюжет относится к Великой Отечественной. Перед мобилизацией Казанцев "на всякий случай" переправил водительские права на свое имя, но они почти и не понадобились: вскорости после призыва уже стал командовать рембазой автомобилей, причем исключительно для удобства снабжения перебазировал ее от Серпухова — в Перловку на Ярославское шоссе, поближе к собственной даче. Изобретает электротанкетки, одна из которых ни много ни мало помогла прорвать блокаду Ленинграда.

    Никак не понятно, например, как Александр Петрович в течение десятилетий удерживал самозваный титул классика советской научной фантастики, нигде не упоминается о личной причастности к гонениям на молодых авторов, и лишь вскользь упоминается о сотрудничестве с КГБ.

    Кое-что, конечно, проскальзывает. Например, каждому высокопоставленному функционеру, что-то значившему для Казанцева, он стремился подарить свою первую книжку "Пылающий остров" с непременной ремаркой типа "В газете французских коммунистов "Юманите" уже перевод сделали┘".

    Совершенно авантюристски выглядит работа Казанцева в качестве уполномоченного ГКО (Государственного комитета обороны) на заводах Германа Геринга в Штирии, пугал австрийцев расстрелами и даже участвовал в пленении корпуса генерала Шкуро и казаков атамана Краснова, сражавшихся на стороне вермахта, но отказавшихся капитулировать. Англичанам в падлу было кормить 60 тысяч русских, вот и сдали их, как стеклотару, Красной Армии.

    По возвращении в Союз Казанцева вызвали в органы для дознания на пример выяснения количества награбленного за время командировки. Велико же было изумление следователя, когда выяснилось, что Казанцев ничегошеньки себе из драгоценностей не привез.

    Просто Казанцев, пройдя мытарства Гражданской войны, уже знал, что злато и брюлики не являются безусловным гарантом благополучия и уж тем более не спасают от ножа или пули. Чтобы выжить, хитрую голову на плечах надо иметь. (Умиляет, например, история о том, как Казанцев после войны лет десять везде "совершенно случайно" таскал с собой военный пропуск на автомобиль "с правом проезда полковника Званцева А.П. через все КП без предъявления документов").

    Первый секретарь правления Союза писателей Александр Александрович Фадеев наставлял немолодого, прошедшего войну, но выпустившего пока еще только одну-единственную книжку Александра Казанцева: "Хочу только, чтобы твое инженерное начало не кастрировало тебя и герои твои не только "били во что-то железное", но и любили, страдали, знали и горе, и радость, словом — были живыми людьми". Не выполнил Казанцев наказ старшего товарища по перу, и каждая новая книжка выходила у него все муторнее и многословнее, живых людей заменяли картонные дурилки, воплощавшие в жизнь технические идеи в духе Манилова (будь то подводный мост из США в СССР или строительство академгородка где-нибудь подо льдом). Зато с идеологической точки зрения подкопаться было невозможно: строительство всегда начинал миролюбивый Советский Союз, а злобные ястребы с Запада кидали подлянки. Если же в книге не планировалось строительства очередного мегаломанского сооружения, то добрые советские ученые с крепкими руками рубили в капусту на шахматной доске диверсантов из выдуманной страны Сшландии (романы типа "Льды возвращаются").

    Жизнь, тем более девяностопятилетнюю, пересказывать подробно не имеет смысла. Приключения тем и интересны, что происходят не каждый день. Как беллетрист Казанцев и не стремился четко описать год за годом свою жизнь. Выхватывая самые значимые, самые запомнившиеся события, мемуарист выкидывает серые и скучные фрагменты, чтобы оставшиеся части картины заиграли ярче. Зияющие лакуны в повествовании при этом смущают только читателя, но никак не самовлюбленного автора.

    Если в довоенной биографии все относительно четко и структурировано и даже можно восстанавливать хронологию жизни писателя с небольшими припусками в пару-тройку лет, то второй том представляется сплошным сумбуром, состоящим из старых фрагментов литературных записей, чужих историй и баек, "отступлений вперед" о судьбе некоторых персонажей и непременной путаницей в рассказе. То ли автор скрыть что-то хочет, то ли и вправду вся послевоенная жизнь представляется для него в виде гомогенной "Мертвой зыби".

  •  С винтовкой и пером
     Чернобаев Анатолий Александрович
     Документальная литература, Биографии и Мемуары

    В ноябре 1917 года солдаты избрали Александра Тодорского командиром корпуса. Через год, находясь на партийной и советской работе в родном Весьегонске, он написал книгу «Год – с винтовкой и плугом», получившую высокую оценку В. И. Ленина. Яркой страницей в биографию Тодорского вошла гражданская война. Вступив в 1919 году добровольцем в Красную Армию, он участвует в разгроме деникинцев на Дону, командует бригадой, разбившей антисоветские банды в Азербайджане, помогает положить конец дашнакской авантюре в Армении и выступлениям басмачей в Фергане. Книга рассказывает о жизненном пути этого замечательного человека.

    Рассчитана на массового читателя.

  •  Здесь так забавно...
     Гребенщиков Борис Борисович
     Документальная литература, Биографии и Мемуары, Юмор, Анекдоты,

    Изданный в уже далёком 1992 году сборник стихов, песенных текстов, интервью Бориса Гребенщикова, а также мнений и анекдотов о самом БГ. Издание благотворительное: деньги от продажи сборника пошли на оплату хирургической операции рок-музыканта Александра Чернецкого.

  •  Дневник русской женщины
     Дьяконова Елизавета
     Документальная литература, Биографии и Мемуары,

    Елизавета Александровна Дьяконова (1874-1902) - автор "Дневника русской женщины" и публицистических сочинений. Ее "Дневник" был назван В.В.Розановым "явлением глубоко национальным, русским", "одной из самых свежих русских книг конца XIX в.". Дневник отражает внутреннюю жизнь автора, а также дает представление о жизни молодежи, студенчества 1890-х годов. Кроме того, это знаменательный документ женского движения в России и яркое литературное произведение. Незаурядность характера и литературная одаренность автора проявились в предельной искренности самоанализа, попытке осмысления особенностей повседневной жизни того времени. Книга обращена к широкому кругу читателей.

 Жанры книг


 На хлебушек библиотекарю