Книги жанра «Современная проза» на букву «Д», страница 55

num: 0 1 2 3 4 5 6 7 8 9
en: A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
ru: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

Загрузка...

 Название  Автор  Серия
обложка книги Дурное влияние Дурное влияние

Бен и Олли — друзья не разлей вода. Они обычные мальчишки, живущие в обычном лондонском пригороде. Но однажды их мирная и скучная жизнь буквально взрывается — на их улице поселяется таинственный Карл. У него странные игры, странный язык и странные желания. И он очень, очень опасен. С Карлом весело, страшно и опасно. Но вот проблема — Бен не готов уйти на второй план, а его верному оруженосцу Олли с Карлом куда интереснее. И вся троица пускается в приключения, которые вскоре перерастают в неприятности, а затем и вовсе в борьбу не на жизнь, а на смерть. Насколько далеко зайдет Карл, прежде чем остановится? И насколько жуткими должны стать его затеи, чтобы отказаться от них?

Новая книга Уильяма Сатклиффа, непревзойденного рассказчика, остроумна и страшна одновременно. Сатклифф рассказывает о том, как будничные ситуации, в которых оказывается каждый человек, могут обернуться трагичными и волнующими приключениями. Эта книга — о первобытной борьбе за власть, лежащей в основе всех человеческих взаимоотношений, как детских, так и взрослых. «Дурное влияние» — самый глубокий из всех романов Уильяма Сатклиффа.

Сатклифф Уильям  
обложка книги Дурные мысли Дурные мысли

Перед вами — первый роман Лорана Сексика.

Произведение, по-французски легкое и изящное, иронично-озорное — и бесконечно увлекательное.

Произведение, вызывающее в памяти ассоциации с Роменом Гари (или, если угодно, Эмилем Ажаром), — но при этом совершенно оригинальное!

Сексик Лоран  
Дурные приметы (рассказ)

Мастер острого сюжета, закрученной интриги, точных, а потому и убедительных подробностей, достаточно вспомнить знаменитого «Ворошиловского стрелка» или непревзойденную криминальную сагу «Банда», Виктор Пронин великолепно владеет трудным жанром рассказа. В его рассказах есть место и для хитроумной «сыщицкой» головоломки, и для лиричного повествования о непростых отношениях между мужчиной и женщиной, и для исследования парадоксов человеческого характера. Словом, жизнь — штука непредсказуемая, ведь никогда не знаешь, что ждет тебя в любой следующий миг. Но в этом-то и самый интерес...

Пронин Виктор  
Дурочка

Светлана Василенко называет себя представительницей «настоящей женской литературы, которая за последнее десятилетие расширила границы прозы со всей свойственной женскому темпераменту эмоциональностью, прозорливостью и… жесткостью». С этим трудно спорить. И роман-житие «Дурочка», и повесть «Шамара», и рассказы написаны твердо, лаконично, но с присущей именно «зоркому полу» изобретательностью и особой пластикой. …Немая «дурочка» родилась в маленьком военном городке в семье офицера, и родители, решив избавиться от «позора», положили ребенка в колыбель и пустили по реке навстречу сиротской судьбе. Однако колдовские воды отнесли ее вспять на 30 лет, заставили пережить несколько вариантов судьбы. Сказка, притча, Евангелие, современные мотивы существуют в прозе Светланы Василенко на равных началах, прошлое как бы расшифровывает настоящее и растворяется в нем, и все это вместе создает единственную, только этому автору принадлежащую вселенную.

Василенко Светлана  
Дурочка

Почти исторический романчик с картинками быта и нравов эпохи начала падения коммунистической империи и позднего ренессанса капиталистического двадцативековья.

(На пороге Геенны Огненной и последующего Ледникового Периода Новой эры).

В основу романа положены личные наблюдения автора.

Все персонажи, однако, вымышленные.

Совпадение их с реально существующими лицами может быть только случайным.

Карельштейн Дора Львовна  
Дурочки кусочек

Душевные переживания детей не всегда замечаются взрослыми. Как нелегко быть ребенком! В рассказе очень точно показана детская психология. Девочка ищет способы приспособиться к миру взрослых, но необычный человек в любом обществе обречён на непонимание – в Тоськином случае даже со стороны матери.

Понорницкая Илга  
обложка книги Дух 69-го. Библия Скинхеда Дух 69-го. Библия Скинхеда

Книжка «Spirit of '69» рассказывает о скинхедах словами одного из них. George Marshall поставил своей целью показать образ жизни скинхедов второй половины 70-х и первой половины 80-х годов и одновременно сделать нескучную книжку для них. Она составлена на очень приличном уровне и выдержала несколько переизданий за прошедшие десять лет. И хотя она предназначена главным образом для читателей в Англии и Америке, сегодня ее считают одной из лучших скинхедовских книжек. Она была переведена на русский язык в 2002 году, перевод — почти дословный

Маршалл Джордж  
обложка книги Дух 69-го. Библия Скинхеда Дух 69-го. Библия Скинхеда

Книжка «Spirit of '69» рассказывает о скинхедах словами одного из них. George Marshall поставил своей целью показать образ жизни скинхедов второй половины 70-х и первой половины 80-х годов и одновременно сделать нескучную книжку для них. Она составлена на очень приличном уровне и выдержала несколько переизданий за прошедшие десять лет. И хотя она предназначена главным образом для читателей в Англии и Америке, сегодня ее считают одной из лучших скинхедовских книжек. Она была переведена на русский язык в 2002 году, перевод — почти дословный

Маршалл Джордж  
обложка книги Духless: Повесть о ненастоящем человеке Духless: Повесть о ненастоящем человеке

Поколению 1970-1976 годов рождения, такому многообещающему и такому перспективному. Чей старт был столь ярок и чья жизнь была столь бездарно растрачена. Да упокоятся с миром наши мечты о счастливом будущем, где все должно было быть иначе... R.I.P.


...Я не могу позволить себе, чтобы в моей машине на заднем сиденье валялась книга с названием «Комбат атакует» или «Спецназ выходит на связь». Я не смотрю «Бригаду», не люблю русский рок, у меня нет компакт-диска Сереги с «Черным бумером». Я читаю Уэльбека, Эллиса, смотрю старое кино с Марлен Дитрих. И свои первые деньги я потратил не на «бэху» четырехлетнюю, как у пацанов, а на поездку в Париж.

И меня распирает от нежности и романтики ситуации, и мне хорошо, как в детстве, когда мама укрывала меня, спящего, одеялом. И мне кажется, что весы качнулись. И та их чаша, наполненная кусочками хорошего, осколками, покоящимися где-то в глубине меня, пошла вниз, перевесив все мои гадости, казавшиеся до сегодняшней ночи доминантами. Или все это мне только кажется?

Минаев Сергей  
Духовные копи Охлобыстин Иван Иванович  
обложка книги Духовные копи Духовные копи

Нравоучительные жизнеописания отца СаввыПервые 69 бриллиантов вымышленной мудрости для посильного назидания людей, не склонных к изощренным формам порока, а напротив, тяготеющих к душевному покою.

«...Улыбка в церковном мире уместна просто потому, что Церковь - это мир людей. У людей бывают разные представления о том, что остроумно, а что нет, что достойно улыбки, а что плача. Но это спор о вкусах, а не о догматах.

...Все, заканчиваю - иначе стану их цитировать (на лекциях это я уже делаю, и каждый раз видел, что даже, казалось бы, необратимо-замоленные бороды начинают двигаться вверх к засиявшим глазам). А вы - читайте. И будьте как голуби: зернышки склевывайте, а камешки оставляйте и на автора не сетуйте. Мир Церкви - мир людей. И о. Иоанн напоминает нам об этом».

Диакон Андрей Кураев

Охлобыстин Иван Иванович  
обложка книги Духовные копи Духовные копи

Нравоучительные жизнеописания отца Саввы. Первые 69 бриллиантов вымышленной мудрости для посильного назидания людей, не склонных к изощренным формам порока, а напротив, тяготеющих к душевному покою.

«...Улыбка в церковном мире уместна просто потому, что Церковь - это мир людей. У людей бывают разные представления о том, что остроумно, а что нет, что достойно улыбки, а что плача. Но это спор о вкусах, а не о догматах.

...Все, заканчиваю - иначе стану их цитировать (на лекциях это я уже делаю, и каждый раз видел, что даже, казалось бы, необратимо-замоленные бороды начинают двигаться вверх к засиявшим глазам). А вы - читайте. И будьте как голуби: зернышки склевывайте, а камешки оставляйте и на автора не сетуйте. Мир Церкви - мир людей. И о. Иоанн напоминает нам об этом».

Диакон Андрей Кураев


В бумажную книгу «Духовные копи» (изд. Русская неделя, Тюмень, 2013) кроме 69 поучений включены материалы из проектов «Сноб» и «Русский пионер».

Охлобыстин Иван Иванович  
обложка книги Духота Духота Балл Георгий  
Душа Андреев Павел Васильевич  
обложка книги Душа баклажана Душа баклажана

«Вместо Господа Бога у нас был Он.

Вполне уютный старичок (в далеком детстве иным он и не казался), всегда готовый понять, утешить, дать мудрый совет.

«Я сижу на вишенке, не могу накушаться. Дядя Ленин говорит, надо маму слушаться».

Нестройный хор детских голосов вторил на разные лады…»

Арутюнова Каринэ  
Душа волка

Рассказ, основанный на реальной истории автора.

Антонов Максим Андреевич  
Душа светлеет в месяц ясный… Шелегов Валерий Николаевич  
обложка книги Душа убийцы и другие рассказы Душа убийцы и другие рассказы

Остросюжетные рассказы объединены в новую книгу А. Жулина. Издание за счет средств автора.

Жулин Александр  
обложка книги Душа Шуко Душа Шуко

Рассказы Ханса Кристиана Браннера, посвященные взаимоотношениям между мужчиной и женщиной и между взрослыми и детьми, создали писателю заслуженную славу мастера психологической новеллы.

Браннер Ханс Кристиан  
Душевая, или Несколько заметок о рецепции гигиены в эпоху постмодерна Кузнецов Сергей  

Поиск книг, авторов и серий книг от Яндекса:

Новинки! Свежие поступления книг жанра «Современная проза»

  •  Кімната
     Донгю Емма
     Проза, Современная проза

    Усе своє життя п’ятирічний Джек провів у Кімнаті. Для нього це цілий світ; там він народився й виріс, там він грає зі своєю Ма, читає книжки, дивиться телевізор. Кімната — справжній дім для Джека, але для його Ма це в’язниця, де протягом семи років її тримає викрадач Старий Нік. Коли він навідується до них, жінка ховає сина в шафу. І от, коли Джекові виповнилося п’ять років, мати наважується розповісти йому правду і здійснити зухвалий план втечі...

  •  Тут могла б бути ваша реклама
     Забужко Оксана Стефанівна
     Проза, Современная проза

    У нову книжку відомої української письменниці вміщено популярний роман «Польові дослідження з українського сексу», що вже став сучасною класикою (це 12-те його перевидання), та вибрані оповідання 1981–2013 років, частина яких друкується вперше. Обережно! Ненормативна лексика!

  •  Record of a Night Too Brief
     Kawakami Hiromi
     Проза, Современная проза

    The Akutagawa Prize-winning stories from one of the most highly regarded and provocative contemporary Japanese writers: part of our Japanese novella series, showcasing the best contemporary Japanese writing.

    In these three haunting and lyrical stories, three young women experience unsettling loss and romance.

    In a dreamlike adventure, one woman travels through an apparently unending night with a porcelain girlfriend, mist-monsters and villainous monkeys; a sister mourns her invisible brother whom only she can still see, while the rest of her family welcome his would-be wife into their home; and an accident with a snake leads a shop girl to discover the snake-families everyone else seems to be concealing.

    Sensual, yearning, and filled with the tricks of memory and grief, Record of a Night Too Brief is an atmospheric trio of unforgettable tales.

    Literary Awards

    • Akutagawa Prize 芥川龍之介賞 (1996)

    • Warwick Prize for Women in Translation Nominee for Longlist (2017)

  •  The Only Story
     Barnes Julian
     Проза, Современная проза

    Would you rather love the more, and suffer the more; or love the less, and suffer the less? That is, I think, finally, the only real question.

    First love has lifelong consequences, but Paul doesn’t know anything about that at nineteen. At nineteen, he’s proud of the fact his relationship flies in the face of social convention.

    As he grows older, the demands placed on Paul by love become far greater than he could possibly have foreseen.

    Tender and wise, The Only Story is a deeply moving novel by one of fiction’s greatest mappers of the human heart.

  •  Strange Weather in Tokyo
     Kawakami Hiromi
     Проза, Современная проза, Любовные романы, Современные любовные романы

    Shortlisted for the 2012 Man Asian Literary Prize, Strange Weather in Tokyo is a story of loneliness and love that defies age.

    Tsukiko, thirty-eight, works in an office and lives alone. One night, she happens to meet one of her former high school teachers, “Sensei,” in a local bar. Tsukiko had only ever called him “Sensei” (“Teacher”). He is thirty years her senior, retired, and presumably a widower. Their relationship develops from a perfunctory acknowledgment of each other as they eat and drink alone at the bar, to a hesitant intimacy which tilts awkwardly and poignantly into love.

    As Tsukiko and Sensei grow to know and love one another, time’s passing is marked by Kawakami’s gentle hints at the changing seasons: from warm sake to chilled beer, from the buds on the trees to the blooming of the cherry blossoms. Strange Weather in Tokyo is a moving, funny, and immersive tale of modern Japan and old-fashioned romance.

    Literary Awards: Man Asian Literary Prize Nominee (2012), Independent Foreign Fiction Prize Nominee (2014), Tanizaki Prize 谷崎潤一郎賞 (2001).

  •  Alma
     ézio Jean-Marie Gustave
     Проза, Современная проза

    Voici donc des histoires croisées, celle de Jérémie, en quête de Raphus cucullatus, alias l’oiseau de nausée, le dodo mauricien jadis exterminé par les humains, et celle de Dominique, alias Dodo, l’admirable hobo, né pour faire rire. Leur lieu commun est Alma, l’ancien domaine des Felsen sur l’île Maurice, que les temps modernes ont changée en Maya, la terre des illusions :

    « Dans le jardin de la Maison Blanche le soleil d’hiver passe sur mon visage, bientôt le soleil va s’éteindre, chaque soir le ciel devient jaune d’or. Je suis dans mon île, ce n’est pas l’île des méchants, les Armando, Robinet de Bosses, Escalier, ce n’est pas l’île de Missié Kestrel ou Missié Zan, Missié Hanson, Monique ou Véronique, c’est Alma, mon Alma, Alma des champs et des ruisseaux, des mares et des bois noirs, Alma dans mon cœur, Alma dans mon ventre. Tout le monde peut mourir, pikni, mais pas toi, Artémisia, pas toi. Je reste immobile dans le soleil d’or, les yeux levés vers l’intérieur de ma tête puisque je ne peux pas dormir, un jour mon âme va partir par un trou dans ma tête, pour aller au ciel où sont les étoiles. »


Новинки месяца жанра «Современная проза»

  •  Время порки (ЛП)
     Андерсон Эвангелина
     Домоводство (Дом и семья), Эротика, Секс, Проза, Современная проза

    Лаки Старр точно знала, чего хотела на Рождество — одну ночь со своим горячим, неприступным боссом. Вопрос лишь в том, как этого достичь.

  •  Тайна старого фонтана
     Фокс Виктория
     Проза, Историческая проза, Современная проза

    Когда-то своим актерским талантом и красотой Вивьен покорила Голливуд. В лице очаровательного Джио Моретти она обрела любовь, после чего пара переехала в старинное родовое поместье. Сказка, о которой мечтает каждая женщина, стала явью. Но те дни канули в прошлое, блеск славы потускнел, а пламя любви угасло… Страшное событие, произошедшее в замке, разрушило счастье Вивьен. Теперь она живет в одиночестве в старинном особняке Барбароссы, храня его секреты. Но в жизни героини появляется молодая горничная Люси. И загадка Вивьен может быть разгадана. Сможет ли она сохранить семейную тайну? А может, наконец-то пришло время избавиться от бремени прошлого?..

  •  Дім для Дома
     Амеліна Вікторія
     Проза, Современная проза

    Здається, до чужої скрині вже ніколи не підібрати ключа. Вже ніколи не відпустити штурвал винищувача. Ніколи ні пес, ні стіни не приймуть нових господарів. Але буває, чужа таємниця виявляється й твоєю також. І, можливо, героям цієї історії таки вдасться віднайти дім.

  •  Голодная гора
     дю Морье Дафна
     Проза, Современная проза

    Захватывающая семейная сага английской писательницы Дафны Дюморье (1907–1989), книги которой стали классикой готической традиции в литературе XX века. Мастер тонкого психологического портрета и виртуоз интриги, Дюморье, как никто другой, умеет держать читателя в напряжении. Недаром одним из почитателей ее таланта был кинорежиссер Альфред Хичкок, снявший по ее произведениям знаменитые кинотриллеры, среди которых «Ребекка», «Птицы», «Трактир „Ямайка“»… Роман «Голодная гора» написан в 1943 году; книга имела успех у читателей и, как многие произведения Дюморье, вскоре была экранизирована. В основу «Голодной горы» легла подлинная история ирландских предков одного из друзей Дафны Дюморье, Кристофера Паксли. Это летопись жизни пяти поколений семьи Бродрик, хозяев замка Клонмир, владевших медными шахтами Голодной горы. История их взлетов и падения. История безраздельной власти, богатства и одиночества, силы и бессилия; история ненависти и любви длиною в сто лет.

  •  Locus Solus. Антология литературного авангарда XX века
     Баллард Джеймс Грэм, Бланшо Морис, Батай Жорж, Картер Анджела, Роб-Грийе Ален, Арто Антонен, Барт Джон, Олдис Брайан, Грак Жюльен, Клоссовски Пьер, Абиш Уолтер, Акер Кэти, Кувер Роберт, Руссель Раймон, Шевийяр Эрик, Бродский Майкл
     Проза, Современная проза

    В этой книге собраны под одной обложкой произведения авторов, уже широко известных, а также тех, кто только завоевывает отечественную читательскую аудиторию. Среди них представители нового романа, сюрреализма, структурализма, постмодернизма и проч. Эти несвязные, причудливые тексты, порой нарушающие приличия и хороший вкус, дают возможность проследить историю литературного авангарда от истоков XX века до наших дней.

  •  Життя у позику. Мансарда мрій. Іскра життя
     Винничук Юрій Павлович, Ремарк Эріх Марія
     Проза, Современная проза

    Різні часи, різні люди, різні життєві обставини… Але для Ремарка і його героїв поряд завжди була війна – як передчуття, як сувора дійсність, як болючий спомин. Вона трощила долі, безжально позбавляла ілюзій, крала батьківщину, родину, надію… Але що жорстокішими були випробування, то більше цінувалися відвага й мужність, незнищенна жага до життя. І навіть у найтемніші часи не згасало полум’я самопожертви, справжньої дружби, щирого кохання…

 Жанры книг