Книги жанра «Проза» на букву «Я»

num: 0 1 2 3 4 5 6 7 8 9
en: A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
ru: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

 Название  Автор  Серия
Яма Де Мопассан Ги  
Я - сыр Кармер Роберт  
Я ем ботинок Гари Роман  
Я говорю о героизме Гари Роман  
Я, Фейербах Дорст Танкред  
Я ухожу Автор неизвестен  
Я шагала в ногу Лесюэр Меридел  
Яства земные Жид Андре  
Я помню ! Помню ! ОФаолейн Шон  
Яблоко сфинкса ОГенри  
Я не коммунист Бёлль Генрих  
Я не могу ее забыть Бёлль Генрих  
Я искал тебя, искал Шоу Ирвин  
Я родился в период духовного упадка человечества (Из автобиографических сочинений А Швейцера) Швейцер Альберт  
обложка книги Я жгу Париж Я жгу Париж

Этот роман Бруно Ясенского – прямой ответ писателя на книгу «Я жгу Москву» Поля Морана, литератора и дипломата, работавшего в СССР в составе французского посольства. Полемический заряд, который высекла эта книга, оказался, видимо, столь силен, что Бруно Ясенский написал свой роман в рекордно короткие сроки – за три месяца. Последующая же его публикация в газете «Юманите» убеждает, что полемика, предпринятая писателем, попала в цель и отвечала напряжению тогдашних политических споров.

Броская мозаика Парижа, уподобленного «заброшенной могиле Великой французской революции» с траурной лентой выцветших слов «Свобода – Равенство – Братство». Причудливый монтаж реальности и фантасмагории, пестрый калейдоскоп снимков с натуры и картин, созданных воображением. Одинокость и затерянность людей в безмолвной «толпе статистов, которую на экран парижских бульваров бросает ежевечерне испорченный проекционный аппарат Европы». В быстрой смене планов и ракурсов политический памфлет и социальная утопия, сливаясь вместе, создают новый образный сплав, цементируемый напряженным действием, которое изобилует крутыми, резкими поворотами драматического сюжета.

Ясенский Бруно  
обложка книги Я хочу знать зачем Я хочу знать зачем

Шервуд Андерсон — один из наиболее выдающихся американских новеллистов XX века.

Творчество Андерсона, писавшего в разных жанрах, неоднородно и неравноценно. Своими рассказами он внес большой вклад в прогрессивную американскую литературу. На отдельных его произведениях, в особенности романах, сказалось некоторое увлечение разного рода модернистскими тенденциями, уводившими его в сторону от реализма.

Андерсон Шервуд  
обложка книги Яйцо Яйцо Андерсон Шервуд  
обложка книги Ясность Ясность

В романе «Ясность» показана судьба обыкновенного конторского служащего Симона Полена. Уныло и однообразно тянется день за днем его жизнь. В один и тот же час он приходит на службу, садится за конторку и раскрывает книгу реестров. Симона мало заботят происходящие вокруг события, его мысли устремлены к одной цели — «выбиться в люди». Но неожиданно жизнь Симона и многих молодых людей его поколения в корне меняется — разразилась первая мировая война.

Барбюс Анри  
обложка книги Ящик для письменных принадлежностей Ящик для письменных принадлежностей

Этому роману знаменитого сербского писателя Милорада Павича присущи многозначность и нелинейная направленность повествования, свободное обращение с пространством и временем. «Инвентаризация» случайно купленного старинного ящика для письменных принадлежностей, обследование его отделений и потаенных закоулков оборачиваются раскрытием космоса человеческой души...

павич Милорад  
Я обращаюсь к выпускникам Аллен Вуди  
Я умею прыгать через лужи Маршалл Алан  
обложка книги Я здесь не для того, чтобы говорить речи Я здесь не для того, чтобы говорить речи

Габриэль Гарсиа Маркес НЕ УМЕЕТ произносить речи — и предупреждает об этом читателя.

Видимо, именно поэтому каждая речь великого колумбийца превращается в произведение искусства, где автобиография смешивается с фантазией, а философия — с публицистикой.

«Я здесь не для того, чтобы говорить речи» — название этой книги говорит само за себя.

Перед читателем — нечто, совершенно противоположное самой идее обращения к аудитории. Очень интимное, личное и завораживающее.

Итак: Габриэль Гарсиа Маркес — о времени, искусстве и о себе.

Гарсиа Маркес Габриэль  
обложка книги Я жду отца Я жду отца Воищев Юрий Тихонович  
обложка книги Яна и Ян Яна и Ян

Роман чехословацкой писательницы посвящен жизни и учебе воинов чехословацкой Народной армии. В центре внимания — взаимоотношения между молодым офицером Яном и его женой. Автор показывает всю ответственность и важность профессии кадрового офицера социалистической армии, раскрывает сложные проблемы личных взаимоотношений в семье.

Книга предназначена для широкого круга читателей.

Троянова Иржина  
Яблоня Морье Дафна Дю  
обложка книги Ягдташ Ягдташ

Вниманию читателей предлагается сборник рассказов английского писателя Гектора Хью Манро (1870), более известного под псевдонимом Саки (который на фарси означает «виночерпий», «кравчий» и, по-видимому, заимствован из поэзии Омара Хайяма). Эдвардианская Англия, в которой выпало жить автору, предстает на страницах его прозы в оболочке неуловимо тонкого юмора, то и дело приоткрывающего гротескные, абсурдные, порой даже мистические стороны внешне обыденного и благополучного бытия. Родившийся в Бирме и погибший во время Первой мировой войны во Франции, писатель испытывал особую любовь к России, в которой прожил около трех лет и которая стала местом действия многих его произведений.

Саки Реджинальд в России  
обложка книги Ялинка Ялинка Коцюбинський Михайло Михайлович  
Ято купидони Хамилтън Лоръл К  
Янко-музыкант

Родился в бедняцкой семье хилый ребенок, жил — в чем душа держится. Одна была ему на свете радость — послушать скрипку…

Сенкевич Генрик  
обложка книги Я вглядываюсь в жизнь. Книга раздумий Я вглядываюсь в жизнь. Книга раздумий

Иван Ильин — один из самых проницательных русских мыслителей. Он покинул Россию на «философском пароходе» в 1922 г., когда советским правительством из страны был изгнан весь цвет российской интеллигенции, а «возвратился» в 2005 г.: его прах был доставлен из Швейцарии в Москву и перезахоронен на кладбище Донского монастыря.

Мысли философа, искренние и пронзительно мудрые, деликатно наставляют читателя, учат его искусству жизни. Уроки Ивана Ильина — это ценные рецепты истинного проявления христианства. Свобода, любящее сердце и умение «вчувствоваться» — это и есть, по мнению писателя, главные составляющие человеческого счастья.

Настоящий сборник состоит из трех сочинений, объединенных общим внутренним замыслом: «Я вглядываюсь в жизнь. Книга раздумий», «Поющее сердце. Книга тихих созерцаний» и «Путь к очевидности».

Ильин Иван Александрович  
обложка книги ЯК СИНИЦЯ ХОТІЛА МОРЕ СПАЛИТИ ЯК СИНИЦЯ ХОТІЛА МОРЕ СПАЛИТИ Франко Іван Якович  
обложка книги ЯК ЛИСИЦЯ САМА СЕБЕ ПЕРЕХИТРИЛА ЯК ЛИСИЦЯ САМА СЕБЕ ПЕРЕХИТРИЛА Франко Іван Якович  
Ярмарка тщеславия

«Ярмарка Тщеславия» – одно из замечательных произведений классика английской литературы Уильяма Теккерея (1811 – 1863). Автор бросает в нем вызов буржуазно-демократическому английскому обществу, уличая правящие классы страны в своекорыстии, паразитизме и лицемерии.

Перевод с английского М. А. Дьяконова.

Теккерей Уильям Мейкпис  
Я ще повернусь Савченко Віктор  
обложка книги Янки из Коннектикута при дворе короля Артура Янки из Коннектикута при дворе короля Артура

В историко-фантастическом романе «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура» повествуется о приключениях американского мастера-оружейника, который переносится из XIX века в век VI.

Твен Марк  
обложка книги Ярмарок суєти Ярмарок суєти Теккерей Уильям Мейкпис  
обложка книги Явление и реальность Явление и реальность

Рассказ из авторского сборника «Игрушки судьбы» (Creatures of Circumstance, 1947).

Моэм Уильям Сомерсет Игрушки судьбы  
Ян Бибиян на Луната Пелин Елин  
Ян Бибиян (Невероятните приключения на едно хлапе) Пелин Елин  
обложка книги Я обслуживал английского короля Я обслуживал английского короля

Роман «Я обслуживал английского короля» рассказывает о коротышке-официанте, который с любопытством познает мир. Он ищет прекрасное в публичном доме, в работе официанта, который обслуживает английского короля или эфиопского императора, в эротике, в богатстве… Весь роман пропитан иронией; герой Грабала, будто гетевский Фауст, находит покой и свободу, но не счастье и снова готов пуститься во все тяжкие на поиски прекрасного.

Грабал Богумил  
обложка книги Я убил Я убил Булгаков Михаил Афанасьевич Собрание сочинений: В 8 т., Красная корона. Проза 1918-1920-х годов  
обложка книги Я и мой камин Я и мой камин

Герман Мелвилл (1819–1891) — классик американской литературы, выдающийся писатель-романтик.

В третий том Собрания сочинений вошли повести и рассказы ("Писец Бартлби", "Энкантадас, или Заколдованные острова", "Билли Бадд, фор-марсовый матрос" и др.); а также избранные стихотворения из сборников "Батальные сцены, или Война с разных точек зрения", "Джон Марр и другие матросы", "Тимолеон и другие стихотворения" и посмертно опубликованных рукописей.

Перевод И.Бернштейн, С.Сухарева, М.Лорие, С.Шик, И.Гуровой, В.Топорова, Игн. Ивановского, Д.Закса и др.

Составление и послесловие Ю.Ковалева, примечания Е.Апенко, Н.Наказнюк.

Мелвилл Герман  
обложка книги Январские ночи Январские ночи

Повесть «Январские ночи» рассказывает о соратнице В.И.Ленина, знаменитой революционерке Розалии Самойловне Землячке.

Овалов Лев Сергеевич  
обложка книги Я вспоминаю... Я вспоминаю...

Кришан Чандар – индийский писатель, писавший на урду. Окончил христианский колледж Фармана в Лахоре (1934). С 1953 генеральный секретарь Ассоциации прогрессивных писателей Индии. В рассказах обращался к актуальным проблемам индийской действительности, изображая жизнь крестьян, городской бедноты, творческой интеллигенции.

Чандар Кришан  
обложка книги Язвительный Язвительный Лесков Николай Семёнович  
обложка книги Я хочу рассказать вам Я хочу рассказать вам Лермонтов Михаил Юрьевич  
обложка книги Ясновидец Ясновидец

Перед вами юмористические рассказы знаменитого чешского писателя Карела Чапека. С чешского языка их перевел коллектив советских переводчиков-богемистов. Содержит иллюстрации Адольфа Борна.

Чапек Карел Рассказы из одного кармана  
Я(Романтика) Хвильовий Микола  
обложка книги Я и Он Я и Он

«Я и Он» — один из самых скандальных и злых романов Моравиа, который сравнивали с фильмами Федерико Феллини. Появление романа в Италии вызвало шок в общественных и литературных кругах откровенным изображением интимных переживаний героя, навеянных фрейдистскими комплексами. Однако скандальная слава романа быстро сменилась признанием неоспоримых художественных достоинств этого произведения, еще раз высветившего глубокий и в то же время ироничный подход писателя к выявлению загадочных сторон внутреннего мира человека.

Фантасмагорическая, полная соленого юмора история мужчины, фаллос которого внезапно обрел разум и зажил собственной, независимой от желаний хозяина, жизнью. Этот роман мог бы шокировать — но для этого он слишком безупречно написан. Он мог бы возмущать — но для этого он слишком забавен и остроумен.

За приключениями двух бедняг, накрепко связанных, но при этом придерживающихся принципиально разных взглядов на женщин, любовь и прочие радости жизни, читатель будет следить с неустанным интересом.

Моравиа Альберто  
обложка книги Ярмарка Ярмарка Чехов Антон Павлович  
обложка книги Я, Бабушка, Илико и Илларион Я, Бабушка, Илико и Илларион

Романы «Я, бабушка, Илико и Илларион» и «Я вижу солнце» во многом автобиографичны.

Действие происходит в деревнях, где в годы Отечественной войны из мужчин остались лишь старики. Живущий с бабушкой осиротевший мальчик Зурико растет под присмотром стариков-соседей. Оба они — острые на язык, любящие подшутить или даже разыграть друг друга, преисполнены доброты, жизненной мудрости и всегда готовы прийти на помощь бедствующим.

Думбадзе Нодар Владимирович  
обложка книги Я весь отдался Северу (сборник очерков) Я весь отдался Северу (сборник очерков)

Глядя на бородатого, лешаковатого Писахова, диву даёшься, как этот маленький человек создавал такие воистину вселенские полотна и на холсте, и на бумаге. Сама природа русского Севера, сам Север дарили и краски, и слова, привязали к себе настолько, что не мог писатель «и выехать никуда на Русь-то. И без языка, и без глаз сделаешься». Хватало острого взгляда и на то, чтобы прищучить «письмом мордобитным» чиновника и «министера», попа Сиволдая и царя. Словом, досталось всем, кто мешал жить.

На всё хватало взгляда писателя Писахова. Потому смотрел он сверху, почти с полюса, на всё смотрел верно, потому что стрелка компаса всегда направлена на Север.

Писахов Степан Григорьевич  
обложка книги Я жгу Париж Я жгу Париж

Этот роман Бруно Ясенского – прямой ответ писателя на книгу «Я жгу Москву» Поля Морана, литератора и дипломата, работавшего в СССР в составе французского посольства. Полемический заряд, который высекла эта книга, оказался, видимо, столь силен, что Бруно Ясенский написал свой роман в рекордно короткие сроки – за три месяца. Последующая же его публикация в газете «Юманите» убеждает, что полемика, предпринятая писателем, попала в цель и отвечала напряжению тогдашних политических споров.

Броская мозаика Парижа, уподобленного «заброшенной могиле Великой французской революции» с траурной лентой выцветших слов «Свобода – Равенство – Братство». Причудливый монтаж реальности и фантасмагории, пестрый калейдоскоп снимков с натуры и картин, созданных воображением. Одинокость и затерянность людей в безмолвной «толпе статистов, которую на экран парижских бульваров бросает ежевечерне испорченный проекционный аппарат Европы». В быстрой смене планов и ракурсов политический памфлет и социальная утопия, сливаясь вместе, создают новый образный сплав, цементируемый напряженным действием, которое изобилует крутыми, резкими поворотами драматического сюжета.

Ясенский Бруно  
обложка книги Якоб и индейцы Якоб и индейцы

От исторических и фольклорных сюжетов – до психологически тонких рассказов о современных нравах и притч с остро-социальным и этическим звучанием – таков диапазон прозы Бене, представленный в этом сборнике. Для рассказов Бене характерны увлекательно построенный сюжет и юмор

Бене Стивен Винсент  
Яма Мопассан Ги де Орля  
обложка книги Ясность Ясность

В романе «Ясность» показана судьба обыкновенного конторского служащего Симона Полена. Уныло и однообразно тянется день за днем его жизнь. В один и тот же час он приходит на службу, садится за конторку и раскрывает книгу реестров. Симона мало заботят происходящие вокруг события, его мысли устремлены к одной цели — «выбиться в люди». Но неожиданно жизнь Симона и многих молодых людей его поколения в корне меняется — разразилась первая мировая война.

Барбюс Анри  
обложка книги Яр Яр Есенин Сергей Александрович  
Я искал тебя, искал Шоу Ирвин  
обложка книги Ярмарка тщеславия Ярмарка тщеславия

Вершиной творчества английского писателя, журналиста и графика Уильяма Мейкписа Теккерея стал роман «Ярмарка тщеславия». Все персонажи романа – положительные и отрицательные – вовлечены, по словам автора, в «вечный круг горя и страдания». Насыщенный событиями, богатый тонкими наблюдениями быта своего времени, проникнутый иронией и сарказмом, роман «Ярмарка тщеславия» занял почетное место в списке шедевров мировой литературы.

Теккерей Уильям Мейкпис  
обложка книги Яд Яд

Талантливый норвежский писатель и драматург Александр Хьелланн (1849–1906) является ярким представителем реалистического направления в литературе Норвегии. Вслед за Ибсеном, который своей социальной драмой обновил европейский театр, Хьелланн своим социальным романом во многом определил не только лицо норвежской реалистической литературы, но и то ведущее место, которое она занимает среди других западноевропейских литератур второй половины XIX века.

Хьелланн Александр  
Ярмарка тщеславия - английский и русский параллельные тексты

Вершиной творчества английского писателя, журналиста и графика Уильяма Мейкписа Теккерея стал роман «Ярмарка тщеславия». Все персонажи романа – положительные и отрицательные – вовлечены, по словам автора, в «вечный круг горя и страдания». Насыщенный событиями, богатый тонкими наблюдениями быта своего времени, проникнутый иронией и сарказмом, роман «Ярмарка тщеславия» занял почетное место в списке шедевров мировой литературы.

Теккерей Уильям Мейкпис  
обложка книги Я приду плюнуть на ваши могилы... Я приду плюнуть на ваши могилы...

Романы, представленные в этой книге, можно с полным правом отнести к всемирно популярному жанру «романов-приключений». В этой книге мы представляем самый широкий их спектр — от классического морского романа А. Савиньона до жестокой циничной прозы Б. Виана, от традиционной робинзонады Р. Баллантайна до мистической романтики Перл Бака.

Виан Борис, Бак Перл С, Савиньон Андре, Баллантайн Роберт Майкл  
обложка книги Я вмію стрибати через калюжі Я вмію стрибати через калюжі

В автобіографічній повісті відомого австралійського прогресивного письменника Алана Маршалла «Я вмію стрибати через калюжі» перед читачем розкривається картина життя Австралії початку XX століття. Герой повісті Алан — син сміливого об’їждчика диких коней. Змалку він мріє стати таким, як батько; та з ним трапляється нещастя: після тяжкої хвороби ноги перестають служити йому, і дальші роки його дитинства і змужніння присвячені боротьбі з цією перепоною. Мужній, розумний Алан перемагає. Шкільні друзі навіть вважають його щасливчиком, бо йому вдається все, чого б він не захотів. У нього багато друзів, і читач певен, що хлопець з такою сильною волею і впертою вдачею стане справжньою людиною.

Маршалл Алан  
обложка книги Ярмарка тщеславия (litres) Ярмарка тщеславия (litres)

«Ярмарка тщеславия» – главное произведение Теккерея, в центре внимания писателя – люди лживые и порочные. Автор полагал, что в доброте нет ничего удивительного, а вот зло очень любопытно и интересно изучать. Как это ни парадоксально, именно на фоне мелочности и эгоизма персонажей Теккерея наиболее ярко и выпукло выглядят идеалы добродетели. Современники Теккерея сочли роман скандальным до неприличия, но это не помешало автору мгновенно после его выхода стать знаменитым. Писатель говорил, что его роман – без героя, в основе повествования лежит история Бекки Шарп, готовой на все, чтобы выбиться из нищеты и стать богатой, респектабельной светской дамой. Все те ухищрения, на которые идет хитроумная Бекки, чтобы добиться желаемого, и сейчас весьма в ходу. Не случайно «Ярмарка тщеславия» была и остается одним из самых популярных в мире произведений.

Теккерей Уильям Мейкпис  
обложка книги Я, верховный Я, верховный Бастос Аугусто Роа  
обложка книги Ян Собеский Ян Собеский

Каждое произведение Крашевского, прекрасного рассказчика, колоритного бытописателя и исторического романиста представляет живую, высокоправдивую характеристику, живописную летопись той поры, из которой оно было взято. Как самый внимательный, неусыпный наблюдатель, необыкновенно добросовестный при этом, Крашевский следил за жизнью решительно всех слоев общества, за его насущными потребностями, за идеями, волнующими его в данный момент, за направлением, в нем преобладающим.

Чудные, роскошные картины природы, полные истинной поэзии, хватающие за сердце сцены с бездной трагизма придают романам и повестям Крашевского еще больше прелести и увлекательности.

Крашевский положил начало польскому роману и таким образом бесспорно является его воссоздателем. В области романа он решительно не имел себе соперников в польской литературе.

Крашевский писал просто, необыкновенно доступно, и это, независимо от его выдающегося таланта, приобрело ему огромный круг читателей и польских, и иностранных.

Крашевский Юзеф Игнаций  
Яйцо птицы Сирин

Грозный пожаловал лицензию на уральский и сибирский промысел семейству купцов Строгановых, — решил посмотреть, что из этого выйдет? Не опасно ли для здоровья путешествовать в места, столь отдаленные? Остережет ли путника от туземной нечисти крест православный? Можно ли там дышать? Водится ли еда? Пьется ли вода? Нет ли невесомости? Сверху ли небо? Снизу ли земля? Восходит ли солнце из-за всей Сибири или только из-за Камня?

Вот такие были вопросы, и хотелось их прояснить.

Кравченко Сергей  
обложка книги Я, Богдан (Исповедь во славе) Я, Богдан (Исповедь во славе)

В романе "Я, Богдан" воссоздан образ выдающегося полководца и политического деятеля Богдана Хмельницкого, который возглавил освободительную войну народных масс Украины против социального и национального гнета, войну, которая увенчалась на Переяславской раде в 1654 году воссоединением Украины с Россией.

Загребельный Павел Архипович  
обложка книги Ян Берзин — командарм ГРУ Ян Берзин — командарм ГРУ

Ян Карлович Берзин — революционер и участник Гражданской войны, долгие годы возглавлявший военную разведку СССР. Книга О. Горчакова — это попытка воссоздать полнокровный образ этого, без сомнения, уникального человека. Прикоснувшись к документам и воспоминаниям, характеризующим разведчика, автор удержался от соблазна построить свое повествование как сплошную сенсацию, а попытался быть объективным.

Автор использовал не только доступные материалы по Берзину, которые можно найти в открытых источниках, но и секретные документы и воспоминания соратников и друзей Берзина.

Горчаков Овидий Карлович  
обложка книги Ярославские страдания Ярославские страдания

Пикуль Валентин  
обложка книги Ястреб гнезда Петрова Ястреб гнезда Петрова

Пикуль Валентин  
Яблоко Невтона Кудинов Иван Павлович  
обложка книги Я, Клавдий Я, Клавдий

Роберт Грейвз (1895-1985) - крупнейший английский прозаик и лирический поэт, знаток античности, творчество которого популярно во всем мире.

В первый том Собрания сочинений входит знаменитый роман "Я, Клавдий", в котором рассказывается о римском императоре Клавдии и его предшественниках. Автор с большим мастерством воссоздал события одного из наиболее драматических периодов римской истории (I в. до н. э. - I в. н. э.).

Грейвз Роберт , Собрание сочинений в 5 томах  
Яик – светлая река

Хамза Есенжанов – автор многих рассказов, повестей и романов. Его наиболее значительным произведением является роман «Яик – светлая река». Это большое эпическое полотно о становлении советской власти в Казахстане. Есенжанов, современник этих событий, использовал в романе много исторических документов и фактов. Прототипы героев его романа – реальные лица. Автор прослеживает зарождение революционного движения в самых низах народа – казахских аулах, кочевьях, зимовьях; показывает рост самосознания бывших кочевников и влияние на них передовых русских и казахских рабочих-большевиков.

Роман «Яик – светлая река» в 1968 году получил Государственную республиканскую премию имени Абая.

Есенжанов Хамза  
обложка книги Я вижу солнце Я вижу солнце

В книгу вошли два произведения известного грузинского писателя Н. В. Думбадзе (1928–1984): роман «Я вижу солнце» (1965) – о грузинском мальчике, лишившемся родителей в печально известном 37-м году, о его юности, трудной, сложной, но согретой теплом окружающих его людей, и роман «Не бойся, мама!» (1969), герой которого тоже в детстве потерял родителей и, вырастая, старается быть верным сыном родной земли честным, смелым и благородным, добрым и милосердным.

Думбадзе Нодар  
обложка книги Январские ночи Январские ночи

Повесть «Январские ночи» рассказывает о соратнице В.И.Ленина, знаменитой революционерке Розалии Самойловне Землячке.

Овалов Лев Сергеевич  
обложка книги Я побывал на Родине Я побывал на Родине

Второе издание. Воспоминания непосредственного свидетеля и участника описываемых событий.

Г. Зотов родился в 1926 году в семье русских эмигрантов в Венгрии. В 1929 году семья переехала во Францию. Далее судьба автора сложилась как складывались непростые судьбы эмигрантов в период предвоенный, второй мировой войны и после неё. Будучи воспитанным в непримиримом антикоммунистическом духе. Г. Зотов воевал на стороне немцев против коммунистической России, к концу войны оказался 8 Германии, скрывался там под вымышленной фамилией после разгрома немцев, женился на девушке из СССР, вывезенной немцами на работу в Германии и, в конце концов, оказался репатриированным в Россию, которой он не знал и в любви к которой воспитывался всю жизнь.

В предлагаемой книге автор искренне и непредвзято рассказывает о своих злоключениях в СССР, которые кончились его спасением, но потерей жены и ребёнка. Книга была задумана им как предостережение тем, кто поддавшись на уговоры коммунистических репатриаторов, вознамерится вернуться в Россию.

«…за временным, преходящим Георгий Зотов сумел разгадать исконное и непроходящее, составляющее глубинную сущность двух непримиримых противников народа и режима»

(Из послесловия издателя).

Ценные материалы по истории русской эмиграции. Эмиграция и Россия. Для славистов, историков России, библиографов.

Георгий Зотов Георгий  
обложка книги Ярлык Великого Хана Ярлык Великого Хана

В 1958 году, в Буэнос-Айресе, на средства автора, не известного в литературном мире, вышел тиражом в тысячу экземпляров исторический роман «Ярлык великого хана», повествующий о жестоких междоусобицах русских князей в пору татаро-монгольского ига, жертвой которых стал молодой князь Василий Карачевский. Впрочем, немногие из читателей, преимущественно земляков, могли вспомнить, что Каратеев уже печатался как очеркист и выпустил документальные книги о судьбе русских эмигрантов на Балканах и в Южной Америке. Аргентина (заметим, как и весь субконтинент) считалась, и, вероятно, не без оснований, некоей культурной провинцией русского зарубежья. Хотя в результате второй мировой войны, по крайней мере вне волны повторной эмиграции – из Китая и Балкан (с их центрами в Харбине и в Белграде) – выплеснулись широко, от Австралии до Южной Америки, литературными столицами по-прежнему оставались русский Париж (правда, заметно ослабевший) и русский Нью-Йорк (во многом усилившийся за его счет). Поэтому удивительно было появление в далеком Буэнос-Айресе романа М. Каратеева, вызвавшего восторженные отклики критики и читателей в тех русских диаспорах, куда он мог попасть при скромности тиража...

Каратеев Михаил Дмитриевич Русь И Орда  
обложка книги Я — легионер. Рассказы Я — легионер. Рассказы Немировский Александр Иосифович  
обложка книги Яков Тирадо Яков Тирадо

На страницах книги предстает сложный и многоликий мир средневековой истории – религиозные войны, борьба Испании с последним островком мусульманского владычества на Пиренейском полуострове – Гранадским эмиратом, драматическая судьба марранов, пытающихся сохранить и защитить от испанской инквизиции религию своих отцов…

На фоне этих исторических событий развивается сюжет романа «Испанский меч», на страницах которого мы встретимся как с вымышленными героями, так и с исторически реальными лицами.

Филипсон Людвиг  
обложка книги Яд и корона Яд и корона

Автор цикла исторических романов «Проклятые короли» – французский писатель, публицист и общественный деятель Морис Дрюон (р. 1918) никогда не позволял себе вольного обращения с фактами. Его романы отличает интригующий и захватывающий сюжет, и вместе с тем они максимально приближены к исторической правде. Согласно легенде истоки всех бед, обрушившихся на Францию, таятся в проклятии, которому Великий магистр ордена Тамплиеров подверг короля Филиппа IV Красивого, осудившего его на смерть. Охватывая период с первого десятилетия XIV века до начала Столетней войны между Францией и Англией, Дрюон описывает, как сбывается страшное проклятие на протяжении этих лет.

Дрюон Морис Проклятые короли  
обложка книги Яд Борджиа [Злой гений коварства] Яд Борджиа [Злой гений коварства]

Произведение, предлагаемое читателю, живо и ярко воссоздает быт и нравы Европы эпохи средневековья. Но великолепие исторических декораций лишь подчеркивает масштаб и значимость образов людей того времени – политиков, отцов церкви и великих гуманистов Возрождения.

Исторический роман из жизни Цезаря и Лукреции Борджиа.


Линдау Мартин Орден  
обложка книги Янычары Янычары Пикуль Валентин Саввич  
обложка книги Яд Борджиа Яд Борджиа

Произведение, предлагаемое читателю, живо и ярко воссоздает быт и нравы Европы эпохи средневековья. Но великолепие исторических декораций лишь подчеркивает масштаб и значимость образов людей того времени – политиков, отцов церкви и великих гуманистов Возрождения.

Исторический роман из жизни Цезаря и Лукреции Борджиа.


Линдау Мартин Орден  
обложка книги Я, Клавдий Я, Клавдий

В первый том Собрания сочинений входит знаменитый роман "Я, Клавдий", в котором рассказывается о римском императоре Клавдии и его предшественниках. Автор с большим мастерством воссоздал события одного из наиболее драматических периодов римской истории (I в. до н.э. - I в.н.э.)

Грейвз Роберт  
обложка книги Ярче тысячи солнц Ярче тысячи солнц

Автор книги вводит читателя в малоизвестную широкой публике среду западноевропейских и американских ученых-атомников, в которой развилась и нашла свое практическое воплощение идея ядерного оружия. Он выступает не только как хроникер событий, а старается показать эти события через те изменения, которые происходили в психологии ученых.

Ценность книги — в ее документальности: автор использует обширный и интересный материал — цитаты из официальных документов, стенограмм, мемуаров, частной переписки и даже выдержки из записей подслушанных показаний на допросах.

Юнг Роберт  
обложка книги Янычары Янычары

С глубокой древности Балканы, Кавказ и многие другие регионы мира являются зоной контакта христианской и мусульманской культур, – контакта, складывавшегося на субстрате древних, доисламских и дохристианских культов. В одни исторические этохи он был мирным, в иные – переходил в вооруженный конфликт. Каждое прикосновение к этой зоне сегодня выглядит, как разматывание пропитанных засохшей кровью бинтов на незаживающей ране, и может быть болезненно воспринято как одной, так и другой сторонами. Но во имя мирного разрешения геополитических, этнических, конфессиональных и многих других спорных вопросов кто-то должен начать этот диалог...

Начало XIV тысячелетия нашей эры. Османской империи еще нет. Второй султан династии – Орхан ибн Осман – только начал собирать ее из разрозненных бейликов. Его вазир – Чандарлы Хайр уд-Дин формирует «новое войско» – корпус янычар. В центре внимания книги – судьба одного из янычар, Абдаллаха ал-Хаддада...

Сергеев Василий Иванович  
обложка книги Ямщина Ямщина

Велика и необъятна Сибирь. Третью сотню лет русские переселенцы осваивают, изучают, обживают ее бескрайние и щедрые земли. Много всякого люда отправилось сюда в разное время — кто за свободой, кто за счастьем, кто за богатством. Неспешны и рассудительны сибиряки, со всеми находят общий язык — и с пришлыми, и с коренными. Любое дело миром решают. А если и случаются здесь лихие люди, недолго им удается зло творить — будь ты хоть ямщик, хоть купец…

Новый роман известного сибирского писателя Михаила Щукина безусловно доставит удовольствие всем любителям художественной исторической прозы.

Щукин Михаил Николаевич  
обложка книги Ягайло - князь Литовский Ягайло - князь Литовский

1377 год. Умирает один из соправителей Великого княжества Литовского — Ольгерд. В свой последний час он передает великокняжеский титул Владиславу Ягайле. Родной дядя Владислава, Кейстут поддерживает этот выбор, но старшие братья Ягайлы — Андрей и Дмитрий, выступают против него. Для братьев борьба заканчивается неудачно, и оба вынуждены бежать к московскому князю. Избавившись от старших братьев, Ягайло решает стать единовластным правителем Литвы. Единственная помеха этому замыслу — дядя Кейстут. Чтобы устранить родственника, Ягайло вступает в союз с Тевтонским орденом и Белой Ордой. После многих интриг Ягайле удается физически уничтожить Кейстута. Такая же судьба ждала и сына Кейстута — Витовта, но он бежит из тюрьмы, обменявшись платьями с Еленой — служанкой его жены. И вновь вспыхивает извечная борьба за власть, в которой, как известно, все средства хороши…

Левицкий Геннадий Михайлович  
обложка книги Я - Русский офицер! Я - Русский офицер!

Начало сороковых. Герои этого романа — простые старшеклассники, мечтающие о долгой и счастливой жизни. Они учатся в советских школах. Они стремятся поскорее стать взрослыми. Но не всегда события их жизни были счастливыми и беспечными как в лозунгах партии «Спасибо товарищу Сталину за наше счастливое детство».

Им сложно смириться с тем, что их родные и любимые люди оказываются вдруг «врагами народа». Ворвавшаяся в их жизнь война, делает из вчерашних школьников взрослых людей.

Шляпин Александр  
обложка книги Ярослав Мудрый Ярослав Мудрый

Время правления великого князя Ярослава Владимировича справедливо называют «золотым веком» Киевской Руси: была восстановлена территориальная целостность государства, прекращены междоусобицы, шло мощное строительство во всех городах. Имеется предположение, что успех правлению князя обеспечивал не он сам, а его вторая жена. Возможно, и известное прозвище — Мудрый — князь получил именно благодаря прекрасной Ингегерде. Умная, жизнерадостная, энергичная дочь шведского короля играла значительную роль в политике мужа и государственных делах. Обладая трезвым умом, находчивостью, твердостью и решительностью, была способна брать на себя ответственность за решение сложных вопросов, легко находила контакт с любыми людьми, умела расположить их к себе и заставить действовать в своих интересах. С помощью обширных родственных связей ей удалось поставить Древнерусское государство в один ряд с ведущими европейскими державами. Она была достойной подругой своего великого мужа и его надежной опорой. Однако некоторые факты из биографии Ингегерды, в частности ее переезд в Новгород в конце жизни, дают право предположить, что в ее взаимоотношениях с мужем было не все так гладко…

Загребельный Павло Архипович  
обложка книги Я, Легионер Я, Легионер

Книга болгарина Георги Лозева – это документальное повествование о его службе во Французском Иностранном легионе. Собственные впечатления, рассказы товарищей по Легиону, некоторые исторические сведения, – всё это делает книгу крайне ценной для тех, кто интересуется этой профессиональной армией, которая окутана тайнами и легендами, не всегда соответствующими действительности. Действительность же, как обычно, бывает еще интереснее легенд. Об этом вы и узнаете из книги Георги Лозева.

Лозев Георги  
обложка книги Якщо на землі є пекло… Якщо на землі є пекло…

Автор твору — колишній в'язень Освенціма, учасник руху Опору, його перу належить книга «Слово після страти», що вже витримала кілька видань багатьма мовами. В своїй невигаданій повісті він розповідає про муки й страждання людей різних національностей, на які прирекли їх гітлерівські варвари в таборах смерті, про інтернаціональне братерство в'язнів, про їхню боротьбу з фашизмом.

Бойко Вадим Освенцім  
обложка книги Ярославна Ярославна

Ярославна – одна з найвидатніших постатей Київської Русі, донька галицького князя Ярослава Осмомисла й жінка князя Ігоря Святославовича. Відомі й невідомі перипетії її життя та любові вже дев’ять століть хвилюють всіх, хто не байдужий до історії рідної країни.

А взагалі-то «Ярославна» – це роман про княжі міжусобиці, що колись підірвали Русь і загрожують Україні зараз, це розповідь про віковічну боротьбу з кочівниками. Саме тому роман Валентина Чемериса переповнений динамічних і бурхливих пригод, пов’язаних з походом князя Ігоря. Автор скористався жанром роману-есе, що дозволяє позбутися традиційних обмежень і рамок, і виклав своє бачення тих далеких подій.

Чемерис Валентин Л  
обложка книги Я убил Мэрилин Монро Я убил Мэрилин Монро

Данный роман – художественное произведение, а посему все изложенные в нем события, имена и фамилии – вымысел автора. Если какие-либо события или имена в этом романе, в том числе имея главного героя, окажутся совпавшими с действительными, то это чистая случайность.

Романовский Дмитрий Владимирович  
обложка книги Япона коммуна, или Как японские военнопленные построили коммунизм в отдельно взятом сибирском лагере (по мемуарам японских военнопленных) Япона коммуна, или Как японские военнопленные построили коммунизм в отдельно взятом сибирском лагере (по мемуарам японских военнопленных)

«Много лет назад кто-то из моих читателей прислал мне удивительную рукопись бывшего японского военнопленного Ю. Ёсиды – написанная от руки, по-русски, с огромным количеством грамматических ошибок, она тем не менее так меня увлекла и очаровала, что я стал искать автора. А не найдя, начал собирать мемуары других японских военнопленных и даже разыскал одного из бывших оперуполномоченных НКВД по лагерям японских военнопленных в Сибири. Он рассказал мне много интересного из того, что никогда не было в печати – ни в российской, ни в японской. И весь этот материал лег в основу повести. А канвой ее стала рукопись Ю. Ёсиды, которого я считаю своим незнакомым японским соавтором.

От своего и от его имени посвящаю ее бывшим интернированным – так в Японии называют всех, кто побывал в советском плену…»

Эдуард Тополь

Тополь Эдуард Владимирович  
обложка книги Яд и корона. Негоже лилиям прясть (сборник) Яд и корона. Негоже лилиям прясть (сборник)

В трагическую годину История возносит на гребень великих людей; но сами трагедии – дело рук посредственностей. Прошло полгода после кончины Филиппа Красивого. При его правлении Франция была великой державой. Но сын Железного короля Людовик X – монарх слабый и неумелый, и вот уже мятежные бароны сеют смуту в провинции, чиновники разворовывают государственную казну. В стране голод. Но, возможно, это всего лишь сбывается проклятие Великого магистра ордена тамплиеров.

Дрюон Морис  
обложка книги Я, Вергилий Я, Вергилий

Роман современного английского писателя посвящён древнеримскому поэту Вергилию, которому довелось жить в переломную эпоху падения Республики и зарождения Империи. Глазами великого поэта читатель видит события тех далёких лет — гражданскую войну, убийство Цезаря, гибель Брута и Кассия, превращение никому не известного хрупкого и болезненного юноши Октавиана в могущественного владыку всего Римского мира Августа.

Вишарт Дэвид  
обложка книги Яик уходит в море Яик уходит в море

Роман-эпопея повествует о жизни и настроениях уральского казачества во второй половине XIX века в период обострения классовой борьбы в России.

Правдухин Валериан Павлович  
обложка книги Я, Клавдий Я, Клавдий

В младенчестве Клавдий потерял отца. В детстве и отрочестве страдал затяжными болезнями, от которых так ослаб умом и телом, что окружающие считали его не способным ни к каким общественным или частным делам. Даже его мать утверждала, что он урод среди людей. Однако, по воле случая став римским императором, Клавдий принял бремя власти на свои плечи и расширил пределы державы. Он правил столь мудро, что последним из рода Юлиев-Клавдиев заслужил прозвание Божественный.

Грейвз Роберт Собрание сочинений в 5 томах  
обложка книги Ярослав Мудрый Ярослав Мудрый

Библиотека проекта «История Российского Государства» — это рекомендованные Борисом Акуниным лучшие памятники мировой литературы, в которых отражена биография нашей страны, от самых ее истоков.

Время правления Ярослава Мудрого, сына крестителя Руси князя Владимира Святославича, называют «золотым веком» Киевской Руси: При Ярославле Владимировиче была восстановлена территориальная целостность государства, прекращены междоусобицы, шло мощное строительство во всех городах. Вошла в историю работа князя «Русская Правда», ставшая первым известным сводом законов на Руси.

Загребельный Павел Архипович  
обложка книги Яд Борджиа Яд Борджиа

Европа, XVI век – эпоха хаоса и красоты. Время бесконечных заговоров, убийств и коварной политики. Время великих ученых, философов и титанов искусства. Но эпоха Возрождения в Италии была бы не столь многогранной и выразительной, если бы на фоне шедевров Леонардо, Микеланджело и Рафаэля не возникла фигура Цезаря Борджиа.

Он был одной из самых неоднозначных личностей мировой истории, являясь одновременно злым и добрым гением своего времени. С помощью яда и кинжала семья Борджиа, занявшая все ключевые позиции в государстве, безжалостно устраняла своих многочисленных врагов, наводя порядок в стране и щедро поддерживая деятелей искусства.

Молодой герцог Феррарский, коего прочат в женихи сестре Цезаря – красавице Лукреции, решает накануне свадьбы инкогнито проникнуть в Рим и узнать, что за жизнь царит в «волчьем логове Борджиа» и так ли красива его невеста, роковым образом сменившая одного за другим уже нескольких мужей.

Линдау Мартин Орден  
обложка книги Я буду летать! Первая русская женщина-летчица Зинаида Кокорина Я буду летать! Первая русская женщина-летчица Зинаида Кокорина

Эта документальная повесть о русской лётчице 1920-х годов Зинаиде Петровне Кокориной, красном военлёте. Через историю её жизни в книге показаны события расцвета русской авиации и аэроклубов «Осавиахима», который в кратчайший срок поднял развитие лётных школ России на мировой уровень, что в значительной степени обеспечило победу в Великой Отечественной войне.

Книга написана её дочерью, З. С. Смелковой, на основании автобиографии лётчицы, архивных документов и писем лётчиков-однополчан.

Смелкова Зинаида Сергеевна  
обложка книги Яшкины дети Яшкины дети Щербакова Галина Николаевна Чеховские герои в XXI веке  
обложка книги Яшкины дети. Чеховские герои в XXI веке (сборник) Яшкины дети. Чеховские герои в XXI веке (сборник)

Перед вами – образец современной русской литературы высочайшего уровня, книга-явление, книга-событие, претендующая на то, чтобы стать современной классикой.

Новая книга Галины Щербаковой – это прямой и откровенный диалог с Чеховым. Его она словно призывает в свидетели нашей современности – еще более хаотичной, больной и жестокой, чем во времена классика. Используя названия знаменитых чеховских рассказов, Щербакова каждый из них наполняет новым содержанием и смыслом. Ее «Ванька», «Дама с собачкой», «Душечка», «Смерть чиновника», «Спать хочется» и другие миниатюры – это истории о жизни простых людей, наших потенциальных коллег и соседей, увиденной без иллюзий и прикрас.

Все названо своими именами. И нет больше места ни мнимому добру, ни ложному состраданию.

Каждый будет счастлив и несчастен только так, как сможет!

Щербакова Галина Николаевна  
обложка книги Японские заметки Японские заметки

 Аксёнова, уже автора «Коллег», «Звёздного билета», «Апельсина из Марокко», выпустили в турпоездку по капстране в расчёте, очевидно, что он заклеймит пороки капитализма. И писатель старается оправдать доверие. Он с чувством описал забастовку шахтёров. «Я уверен, что у каждого из них в душе царила в эти минуты тревожная революционная праздничность». Обругал азартную игру пачинко, в которую ему всё же «удалось выиграть какую-то ерунду». Фудзияму сравнил с Волгой, «каменные джунгли Токио» противопоставил «обширным пространствам моей родины». Но в противовес рассказал о фешенебельных магазинах, буддийских храмах, ночных клубах, гейшах и уличных проститутках «на задних сидениях гигантских автомобилей».

  Анатолий Стародубец, журнал «Эхо планеты» № 43

Аксенов Василий Павлович  
Я - АЛКАШ

О жизни, о пьянстве, о себе. То что думаешь о пройденном пути когда к тебе приходит ностальгия и хочется поделиться мыслями…

Никулин Андрей Георгиевич  
обложка книги «Я» и «МЫ». Взлеты и падения рыцаря искусства «Я» и «МЫ». Взлеты и падения рыцаря искусства

Алексей Яковлевич Каплер. Обаяние этого яркого, доброго я смелого человека памятно многим – несколько лет он входил в каждый дом в роли ведущего «Кинопанорамы». А вся его жизнь десятилетиями связана с историей советского кинематографа. В его мемуарных очерках перед нами встают первые задорные годы становления молодого советского кино, когда он сам входил в него вместе с такими же молодыми его творцами – Эйзенштейном, Козинцевым, Юткевичем. Вереницей проходят одесситы – герои его молодости. Живописные эпизоды жизни страны переплетаются с рассказом очевидца исторических съемок «Броненосца „Потемкин“.

Другие срезы истории страны предстают в обжигающих документах эпохи – его военных очерках, лагерных рассказах – прозе, годами писавшейся «в стол». Скромный автор меньше всего пишет о себе, но судьбы страны освещены светом его личности.

Предисловие, составление и подготовка текста Ю. В. Друниной

Каплер Алексей Яковлевич  
Яичница из одного яйца Болтышев Валерий Александрович Дача ложных указаний  
Я должен умереть именно здесь

от редактора fb2 - сохранена авторская орфография.

Мартынкин Денис  
обложка книги Я, которой не было Я, которой не было

Как определить, где закончилась тонкая грань реальности? На протяжении прочтения всей книги читатель невольно задается вопросом «А где же реальность?» Она везде, но ее, в сущности, нет. Весь сюжет по-своему ирреален и реален одновременно. Двойственность души главной героини и самой книги. В девушке с довольно драматической судьбой МэриМари уживаются две личности. Одна министр, которая заботиться о своем муже-инвалиде. В одной поездке она заболевает временной афазией и может произносить только одно единственное слово. А вторая выходит из тюрьмы за убийство мужа, она бывший журналист. МэриМари несчастна в браке. И обе ее стороны должны принять решение, жестокое решение. Что же они выберут? И где кто из них та, которой не было? Автор книги Майгулль Аксельссон поражает читателя не только своим сложным сюжетом, но и прекрасным языком. Чтобы она не описывала – оторваться невозможно. Она завораживает, притягивает и влюбляет в свои произведения.

Аксельссон Майгулль  
обложка книги Я приду плюнуть на ваши могилы Я приду плюнуть на ваши могилы

В основе романа история жестокой мести «белого негра» (то есть метиса с ярко выраженными чертами белого человека), Ли Андерсона, за линчевание и убийство его младшего брата с темной кожей, который посмел ухаживать за белой женщиной. В отместку Андерсон соблазняет двух юных дочерей богатого плантатора и затем, поведав им историю брата, умерщвляет сестренок. Герой уходит живым от преследования полиции.

Вот такой роман под именем Вернона Салливена появляется на прилавках парижских книжных магазинов в ноябре 1946 года, и, наверное, этот роман спокойно бы канул в Лету, разделив судьбу американских «оригиналов», если бы в феврале следующего года бдительный председатель французского общества «Морального и общественного действия» не подал на автора (точнее сказать, на переводчика, коим значился Борис Виан) в суд за оскорбление общественной нравственности. Судебный процесс, который затронул болезненную не только для Америки, но и Франции тему расизма, вызвал большой интерес общественности и, не нанеся Виану морального вреда, принес ему косвенно большую материальную выгоду: роман «Я приду плюнуть на ваши могилы» был распродан в количестве 120 000 экземпляров

Виан Борис  
обложка книги Я спешу за счастьем Я спешу за счастьем

Есть на карте нашей Родины старинный русский город Великие Луки, есть река Ловать. В этом городе живут, работают, любят, радуются и разочаровываются люди, которых я хорошо знаю, потому что сам много лет прожил среди них. Моя книга об этом городе, об этих людях.

Были ли на самом деле события, описанные в книге?

Они могли быть…

Козлов Вильям Федорович  
обложка книги Я, депутат... Всенародный избранник Я, депутат... Всенародный избранник

Роман «Я, депутат, всенародный избранник» – ироническо-сатирическая пародия. Но, как говорят, в каждой шутке есть доля шутки! Парикмахер Эльвира, сбежав из родного городка, в прямом смысле берет власть в свои руки.

Корчак А  
Я ваш Тургенев Сергеев Слава  
обложка книги Я не целуюсь с незнакомцами Я не целуюсь с незнакомцами

Сегодня они последний вечер вместе. Завтра он уйдет на войну и уже может не вернуться. Правда, минуты прощания с любимой выдались совсем не такими, какими он их себе представлял…

Джексон Ширли  
Яблоко глубины

Сергей забыл про неудобный загубник трубки, питающей из баллона воздухом. Про восемнадцатиметровую толщу морской воды, отделившую от поверхности. Нечто звало его. Притягивало с неодолимой силой. И вовлекало его в какой-то невероятный танец сознания . Оно – это немыслимое существо – предмет? – виднеющееся в глубине.

Оно переливалось и пело . И песнь его заполняла тоскующие пространства души Сергея. Она пришла и стояла в них аки длящийся, неумолкающий удар колокола…

Инстинкт самосохранения испарился. Сознание Кузнецова вдруг стало пустым и чистым, словно у новорожденного. На безграничных просторах его осталась лишь одна мысль – сияющая: Я ДОЛЖЕН ПРИКОСНУТЬСЯ К ТЕБЕ, СОКРОВИЩЕ ГЛУБИНЫ.

Астахов Ярослав  
Я здесь… Взгляд в толпе

Рассказ с конкурса «Уши-Лапы-Хвосты», 2005 на proza.ru

Лучшие рассказы, попавшие в Полуфинал

 
обложка книги Ящерица Ящерица

В книгу вошли рассказы современной японской писательницы Бананы Ёсимото. Ее прозу отличают легкость слога и необычайная психологическая глубина. Мистическое и реальное переплетаются на страницах книги, приоткрывая читателю тайны бытия, а мир вещей наделяется новым смыслом и сутью.


Перевод с японского — Elena Baibikov.

Ёсимото Банана Сборник рассказов «Ящерица», Short story collection «Lizard», Ящерица  
обложка книги Ящерица (Сборник рассказов) Ящерица (Сборник рассказов)

В книгу вошли рассказы современной японской писательницы Бананы Ёсимото. Ее прозу отличают легкость слога и необычайная психологическая глубина. Мистическое и реальное переплетаются на страницах книги, приоткрывая читателю тайны бытия, а мир вещей наделяется новым смыслом и сутью.


Перевод с японского — Elena Baibikov.

Ёсимото Банана  
обложка книги Я убиваю Я убиваю

Монте-Карло – это солнце и изумрудные волны Средиземного моря, казино и белоснежные виллы, парусные регаты и гонки «Формулы-1». Монте-Карло – это символ безмятежной жизни, идиллия, рай на земле. Но сегодня здесь царит ужас. В прямой эфир радио Монте-Карло позвонил неизвестный и словами «я убиваю» объявил начало страшной игры. Теперь он будет предлагать полиции и жителям города музыкальные подсказки, а они должны суметь предотвратить очередное убийство, которое он планирует совершить. По следу убийцы, похищающего человеческие лица, идут комиссар полиции Монако Никола Юло и его друг, бывший агент ФБР американец Фрэнк Оттобре. Игра началась…

В романе «Я убиваю» есть все – напряженный и увлекательный сюжет, неповторимая атмосфера залитого солнцем Монте-Карло, музыка от Шуберта до Тома Уэйтса, и в центре – загадочный ночной убийца, коллекционирующий чужие лица, персонаж, который по праву займет свое место между доктором Ганнибалом Лектором из «Молчания ягнят» и великим Парфюмером Патрика Зюскинда.

«Я убиваю» – самый знаменитый итальянский роман последнего десятилетия. За два года продано более двух с половиной миллионов экземпляров книги.

Фалетти Джорджо  
обложка книги Я буду ездить на Форде Я буду ездить на Форде Воронин Александр Григорьевич  
обложка книги Ярость Ярость

Малик Соланка, историк идей и всемирно известный кукольник, однажды бросает в Лондоне семью и летит через океан, чтобы переплавить в горниле Нью-Йорка безумную, темную ярость, живущую в нем, заглушить голоса злобных фурий. И что же? Ярость повсюду вокруг него.

______

Аннотации с суперобложки:

* * *

Произведения Салмана Рушди, родившегося в Индии (в 1947 г.) и живущего ныне в Великобритании, давно и прочно вошли в анналы мировой литературы. Уже второй его роман, «Дети полуночи» (1981), был удостоен Букеровской премии — наиболее престижной награды в области англоязычной литературы, а также премии «Букер из Букеров» как лучший роман из получивших эту награду за двадцать пять лет. Салман Рушди является обладателем французского Ордена литературы в искусстве. В 2007 году королевой Великобритании ему был пожалован рыцарский титул, а в 2008 году Рушди получил почетную премию «Лучший Букер», учрежденную в честь 40-летнего юбилея Букеровской премии.

* * *

Жизнью движет ярость… Ярость — сексуальная, лежащая в основе эдипова комплекса, скрытая в политике, в магии, в звериной жестокости — заставляет нас достигать заоблачных высот или опускаться на невообразимые глубины. Фурии, воплощение ярости, порождают миры, даруют нам вдохновение, свежесть мысли, страсть, но также насилие, боль, абсолютное разрушение, вынуждают наносить и получать удары, от которых нельзя оправиться. Фурии преследуют нас. Танцуя танец ярости, Шива разрушает, но одновременно и творит мир.

С. Рушди

* * *

Малик Соланка, в прошлом историк идей и всемирно известный кукольник, однажды, ни слова не говоря, бросает в Лондоне семью и бежит за океан. В нем поселилась опасная для близких ярость. Он надеется обрести покой и забвение в сердце Нью-Йорка, переживающего дни неслыханного изобилия. Но повсюду вокруг него — ярость…

Безжалостная черная комедия, шокирующее проникновение в самые темные стороны человеческой натуры.

Наконец-то, вот он, его первый полноформатный 3-D американский роман, хватающий за живое, дурачащий, местами лукаво-забавный, полнокровный и кровожадный. Трагикомические пассажи «Ярости» сверкают ярко.

МАЙАМИ ГЕРАЛЬД

* * *

В издательстве «Амфора» вышли книги Салмана Рушди:

Восток, Запад

Клоун Шалимар

Земля под ее ногами

Флорентийская чародейка

Стыд

Шаг за черту

______

Название оригинала:

SALMAN RUSHDIE

Fury

Рушди Салман  
обложка книги Я хочу знать зачем Я хочу знать зачем

Шервуд Андерсон — один из наиболее выдающихся американских новеллистов XX века.

Творчество Андерсона, писавшего в разных жанрах, неоднородно и неравноценно. Своими рассказами он внес большой вклад в прогрессивную американскую литературу. На отдельных его произведениях, в особенности романах, сказалось некоторое увлечение разного рода модернистскими тенденциями, уводившими его в сторону от реализма.

Андерсон Шервуд  
обложка книги Яйцо Яйцо Андерсон Шервуд  
обложка книги Я все еще мечтаю о тебе... Я все еще мечтаю о тебе...

Если где-то сохранились чистая радость и жизнеутверждающая искренность, то прежде всего — в книгах Фэнни Флэгг. В ее мир погружаешься сразу, и очень не хочется его покидать. Он светлый и теплый и сильно отличается от реальности за окном, и в нем всегда случаются чудеса. Истории часто печальны, порой и трагичны, но жизнь в них всегда побеждает смерть, а человеческое тепло и любовь помогают справиться с одиночеством и душевными неурядицами…

Прекрасная Мэгги, бывшая Мисс Алабама, всегда и во всем была порядочна и чистоплотна. За свою жизнь она не совершила ни одного неблаговидного поступка, даже не выругалась ни разу, с утра до вечера она без устали творит добро, а на ее репутации нет и крошечного пятнышка. Вот только устала Мэгги от самой себя безмерно, а потому задумала покончить с этой волынкой — земным существованием. Но как, скажите, такой идеальной женщине совершить самоубийство, чтобы при этом никому лишних хлопот не доставить? Однако Мэгги не только красавица, а еще и большая умница. И вот безупречный план разработан до мелочей, остается лишь осуществить его, и тут…

Флэгг Фэнни  
Я и ты под персиковыми облаками Рубина Дина Ильинична  
обложка книги Я не боюсь Я не боюсь

Никколо Амманити – один из наиболее популярных современных писателей Италии. Родился в Риме в 1966 г. Дебютировал в 1994 г. и сразу с романом. Автор книжки эссе, двух сборников коротких рассказов и трех романов, один из которых, «Я не боюсь», опубликованный в конце 2001 г., лег в основу художественного фильма с тем же названием, вышедшего на экраны летом 2002 г.

«Я не боюсь» – книга о смелости и дружбе, о жестокости и любви, о том, как иногда в самые опасные передряги оказываются втянуты самые близкие люди…

Амманити Никколо  
обложка книги Ящер страсти из бухты грусти Ящер страсти из бухты грусти

Жизнь прекрасна, если живешь в небольшом калифорнийском городке с уютным названием Хвойная Бухта.

Жизнь спокойна, если наперед знаешь, чем закончится каждый ее день, каждый год.

Жизнь проста, если горстями глотаешь разноцветные таблетки.

Но если запас таблеток иссяк и депрессия властно стучится в дверь, то уже не спастись. Остается лишь сказать себе: «Жизнь – дерьмо» – и сунуть голову в петлю. Или – в пасть Ящеру страсти, который выполз на сушу, привлеченный флюидами тоски и гитарными стонами местного блюзмена.

Буйное воображение К. Мура не дает читателю ни секунды передышки. Порнозвезда в отставке, констебль-наркоман, психоаналитик-экспериментатор, аптекарь, сдвинувшийся на сексе с земноводными, – лишь малая часть не совсем обычных персонажей комической саги К. Мура. И все они ищут одного – любви. Как и Ящер, который сносит все вокруг, а читателям сносит крышу от хохота.

После «Ящера страсти из бухты грусти» вам никогда не захочется антидепрессантов.


Мур Кристофер  
Я верю тебе, мама Савицкая Светлана  
«Я слушаю, Лина…»

Повесть.

Сазанович Елена Ивановна  
Японский зонтик Токарева Виктория  
Я в замке король

СЬЮЗЕН ХИЛЛ

Я в замке король

РОМАН

Перевод с английского Е. СУРИЦ

Журнал «Иностранная литература», № 1-2, 1978

OCR – Александр Продан

alexpro@enteh.com

Хилл Сьюзен  
обложка книги Я кайфую Я кайфую

Известная писательница Дина Рубина живет и работает в Израиле, однако ее книги пользуются неизменной популярностью на всем русскоязычном постсоветском пространстве.

«…Их бин нервосо» – книга особенная.

Жанр книги был определен автором как «свободный треп» и представлен читателю. Пишет Рубина легко и изящно. Основной материал книги – это современная израильская жизнь. Приземленная повседневность недавнего эмигранта и ностальгические воспоминания о советском детстве и юности. Смешные бытовые сценки, анекдоты из жизни русских израильтян, «трудности перевода» с иврита на русский и обратно. … «читаем в разделе „Объявления“:

Рубина Дина Ильинична  
обложка книги Я не любовник макарон, или кое-что из иврита Я не любовник макарон, или кое-что из иврита

Известная писательница Дина Рубина живет и работает в Израиле, однако ее книги пользуются неизменной популярностью на всем русскоязычном постсоветском пространстве.

«…Их бин нервосо» – книга особенная.

Жанр книги был определен автором как «свободный треп» и представлен читателю. Пишет Рубина легко и изящно. Основной материал книги – это современная израильская жизнь. Приземленная повседневность недавнего эмигранта и ностальгические воспоминания о советском детстве и юности. Смешные бытовые сценки, анекдоты из жизни русских израильтян, «трудности перевода» с иврита на русский и обратно. … «читаем в разделе „Объявления“:

Рубина Дина Ильинична  
обложка книги Я – офеня Я – офеня

Известная писательница Дина Рубина живет и работает в Израиле, однако ее книги пользуются неизменной популярностью на всем русскоязычном постсоветском пространстве.

«…Их бин нервосо» – книга особенная.

Жанр книги был определен автором как «свободный треп» и представлен читателю. Пишет Рубина легко и изящно. Основной материал книги – это современная израильская жизнь. Приземленная повседневность недавнего эмигранта и ностальгические воспоминания о советском детстве и юности. Смешные бытовые сценки, анекдоты из жизни русских израильтян, «трудности перевода» с иврита на русский и обратно. … «читаем в разделе „Объявления“:

Рубина Дина Ильинична  
обложка книги Я буду любить тебя вечно Я буду любить тебя вечно

Легенды и быль знаменитой киевской Лысой Горы. Можно ли стать ведьмой похитив Книгу колдовства? Ведьмовство - это дар или проклятие? Реинкарнация - мы уже жили раньше? На эти и другие подобные вопросы ответят герои романа «Седьмая свеча», Глеб и Галя, оказавшись в непростой жизненной ситуации.

Пономаренко Сергей  
обложка книги Ярость Ярость

И было так: в обычном маленьком городке жил обычный мальчик, не слишком прилежно учившийся в обычной средней школе. И была смертная провинциальная тоска, порождавшая жажду сделать хоть что-нибудь — не важно что — взорвать привычную жизнь, убить или умереть. Однажды — никто не знает почему — мальчик взял с собой в школу оружие, и полилась кровь. Новые и новые обитатели городка падали жертвами ярости…

Читайте бестселлер Стивена Кинга «Ярость» — и вам станет по-настоящему страшно!


В 1997 году Кинг попросил издателей прекратить издание романа. Причина — участившиеся случаи подросткового насилия в школах Америки.

В нашей стране выпуск романа закончился в 2006-м году.

Кинг Стивен  
обложка книги Ящик водки. Том 1 Ящик водки. Том 1

Одну книжку на двоих пишут самый неформатно-колоритный бизнесмен России Альфред Кох и самый неформатно-колоритный журналист Игорь Свинаренко.

Кох был министром и вице-премьером, прославился книжкой про приватизацию — скандал назывался «Дело писателей», потом боями за медиа-активы и прочее, прочее. Игорь Свинаренко служил журналистом на Украине, в России и Америке, возглавлял даже глянцевый журнал «Домовой», издал уйму книг, признавался репортером года и прочее. О времени и о себе, о вчера и сегодня — Альфред Кох и Игорь Свинаренко.

Кох Альфред, Свинаренко Игорь Николаевич  
обложка книги Ящик водки. Том 2 Ящик водки. Том 2

Два романтических юноши, два писателя, два москвича, два русских человека — хохол и немец — устроили балаган: отложили дела, сели к компьютерам, зарылись в энциклопедии, разогнали дружков, бросили пить, тридцать три раза поцапались, споря: оставлять мат или ну его; разругались на всю жизнь; помирились — и написали книгу «Ящик водки».

Читайте запоем.

Кох Альфред, Свинаренко Игорь Николаевич  
обложка книги Ящик водки. Том 3 Ящик водки. Том 3

Выпьем с горя. Где же ящик?

В России редко пьют на радостях. Даже, как видите, молодой Пушкин, имевший прекрасные виды на будущее, талант и имение, сидя в этом имении, пил с любимой няней именно с горя. Так что имеющий украинские корни журналист Игорь Свинаренко (кликуха Свин, он же Хохол) и дитя двух культур, сумрачного германского гения и рискового русского «авося» (вот она, энергетика русского бизнеса!), знаменитый реформатор чаадаевского толка А.Р. Кох (попросту Алик) не стали исключением. Они допили пятнадцатую бутылку из ящика водки, который оказался для них ящиком (ларчиком, кейсом, барсеткой, кубышкой) Пандоры. И оттуда полезло такое! Даже не пена и не зеленые черти. Оттуда полезла российская история с перезревшего застоя до недозрелой автократии, минуя побитую инеем и молью завязь демократии и либерализма. А где российская история, там крамола. Плохие подданные вышли из двух интеллектуалов, которые даже не лезли на передовую. Они не умещаются в окоп, вот в чем их беда. Ни при Брежневе, ни при Горби, ни при Ельцине, ни при Путине.

Кох Альфред, Свинаренко Игорь Николаевич  
обложка книги Ящик водки. Том 4 Ящик водки. Том 4

Эта книга — рвотное средство, в самом хорошем, медицинском значении этого слова. А то, что Кох-Свинаренко разыскали его в каждой точке (где были) земного шара, — никакой не космополитизм, а патриотизм самой высшей пробы. В том смысле, что не только наша Родина — полное говно, но и все чужие Родины тоже. Хотя наша все-таки — самая вонючая.

И если вам после прочтения четвертого «Ящика» так не покажется, значит, вы давно не перечитывали первый. А между первой и второй — перерывчик небольшой. И так далее... Клоню к тому, что перед вами самая настоящая настольная книга.

И еще, книгу эту обязательно надо прочесть детям. Вслух. Перед сном. Или перед отъездом на учебу в Англию. Чтобы им Родина — причем любая — медом не казалась.

И не пропускайте при чтении вслух неприличных или других матерных слов. Потому что они — очень важные авторские знаки. Типа среднего пальца, выступающего из кулака согнутой в локте руки.

Хотя этому знаку мы научились у совков иностранного происхождения.

Кох Альфред, Свинаренко Игорь Николаевич  
обложка книги Я была женой Нагиева Я была женой Нагиева

Книга Алисы Шер посвящена Дмитрию Нагиеву — одному из самых популярных телеведущих. В средствах массовой информации его называют секс-символом страны. Это откровенная история взаимоотношений двух известных людей. Шер живо, остроумно и с огромной симпатией рассказывает о своем бывшем муже, о его взглядах, вкусах, интересах и увлечениях.

Шер Алиса  
обложка книги Ящик Пандоры Ящик Пандоры

Роман Марины Юденич, профессионального психолога и одной из самых популярных писательниц России, написан, как и предыдущие ее произведения, в жанре психологической прозы с элементами мистики.

Обычный, благополучный московский двор вновь и вновь притягивает к себе безумного серийного убийцу. Маньяка, который не просто творит зло, но словно ведет странную войну — войну по загадочным, одному ему известным правилам. Убийцу необходимо остановить, и, наверное, можно это сделать. Но удастся ли остановить Зло, что вместе с ним вошло в мир? Зло, корни которого лежат в далеком прошлом, когда совершилось нечто, ужасом и болью отозвавшееся теперь?..

Юденич Марина  
Яков Каша Горенштейн Фридрих Наумович  
обложка книги Я дышу! Я дышу!

Роман шестнадцатилетней школьницы из Метца — самый громкий дебют, сенсация во французской литературе последних лет. Роман о сверстниках. О жажде власти, циничной и жестокой. О жажде свободы, порой столь же жестокой и беспощадной. О страстной дружбе, перерастающей в рабское повиновение, и о бунте, который кончается убийством. А главное, о беспощадной борьбе двух индивидуальностей, двух психологий, которая длится несколько лет и заканчивается трагически.

Обаяние книги — в контрасте остроты переживаний главной героини и лаконичного стиля неторопливого повествования, избранного автором. Здесь нет языка захлебывающихся эмоций, сбивчивого синтаксиса задыханий, непосредственных оговорок юношеского дневника. Воспоминания текут равномерно и как бы неторопливо. И это ровное дыхание рассказа служит ключом к образу главной героини. Слабая окажется сильнее силы. Рабыня станет свободной, хотя за эту свободу заплатит страшной ценой. Та, что задыхалась, сможет сказать: «Я дышу!»

Брасм Анн-Софи  
обложка книги Я – необитаемый остров Я – необитаемый остров

Неуемная героиня Наташи Маркович продолжает спасать мир, создавать в нем любовь и попадать в разные нелепые и смешные ситуации. В книге «Я – необитаемый остров» ей предстоит открыть с нуля журнальный проект, не имея никакого опыта в данной области, победить в себе массу страхов и комплексов, избавить от депрессии и уныния всех окружающих, найти сумасшедшую любовь и обрести гармонию, не сбавляя своего веселого, яркого и радостного ритма существования.

Маркович Наташа  
обложка книги Я, ты, он и телефон Я, ты, он и телефон

По мотивам рассказа в 1969 году на студии "Мосфильм" был снят получивший широкую известность фильм "Каждый вечер в одиннадцать".

Анар  
обложка книги Я знаю, что нужно бабам! Уроки соблазнения от крутого парня Я знаю, что нужно бабам! Уроки соблазнения от крутого парня

«Любая женщина скажет, что ей нужен добрый, сострадательный, ласковый, вежливый и внимательный мужчина. Ерунда! На самом деле ей нужен загадочный, могущественный, страстный, уверенный, непредсказуемый и немного опасный самец. С таким мужчиной она будет спать», — уверен Голливудский киноактер Джим Белуши, снискавший себе прочную репутацию любимца женщин.

Как можно добиться такой славы? Как из простого обывателя стать крутым парнем? Как произвести неотразимое впечатление на любую женщину? Как получить от нее номер телефона и договориться о свидании? Как уговорить ее заняться с вами любовью?

У Белуши свой взгляд на то, как нужно вести себя с женщинами. Откровения знаменитой кинозвезды, переплетенные с любопытными подробностями из его личной жизни, могут несколько шокировать поклонников его таланта.

На страницах этой книги он охотно делится приемами безотказного флирта, проверенными на практике и всегда помогавшими ему добиваться успеха у женщин.

Белуши Джим  
обложка книги Я хочу сейчас Я хочу сейчас

Известный тележурналист на великосветском вечере знакомится с девушкой наследницей баснословного состояния. Знакомство сулит массу удовольствий, телепройдохе уже мерещится шикарная свадьба, но непредвиденные обстоятельства ломают привычную схему: выясняется, что «невеста» испытывает непреодолимое отвращение к физической стороне любви. Герой ищет причины странной аномалии…

О том, как удается «влюбленному» преодолеть непредвиденное препятствие, вы узнаете, прочитав эту книгу, которая на русском языке издается впервые.

Эмис Кингсли  
обложка книги Я - Шарлотта Симмонс Я - Шарлотта Симмонс

Шарлотта Симмонс, умная, скромная и наивная девушка из простой семьи, круглая отличница из крохотного городка, попав в один из самых элитных университетов США, с изумлением обнаруживает, что интересы большинства студентов сводятся к сексу, выпивке, желанию показать себя «крутым», «оттянуться» и «поколбаситься», а вовсе не к учебе и познанию мира, в котором так много интересного…

Для написания этого романа Том Вулф специально провел в студенческих кампусах около четырех лет. Открывшийся ему мир он перенес на бумагу.

Вулф Том  
обложка книги Ящик для Копа Ящик для Копа

В своих рассказах Бёль выносит обвинительный приговор кровавому фашистскому времени и вместе с тем развенчивает годы, предшествовавшие захвату Гитлером власти: эгоизм, распад нравственности, безработицу, полицейские бесчинства, которыми в Германии были ознаменованы конец 20-х – начало 30-х годов.

Бёлль Генрих Город привычных лиц  
Я, Шахерезада…

19-летний Джон Маверик, эмигрант во втором поколении, живет и выживает в немецком городке Блисвайлере, болтает в чатах, работает под мостом, пишет e-mail'ы, ищет любви…

Маверик Джон  
обложка книги Я не один такой один Я не один такой один

Эта книга об одиночестве.

Об одиночестве, которое рождается между мужчиной и женщиной, живет в семье и умирает в сексе. Умирает, чтобы воскреснуть…

Герои Лилии Ким ищут спасения от одиночества. Мать разлученная с ребенком, утешается сексуальными оргиями. Проститутка выходит на панель, борясь с нестерпимой скукой. Успешный предприниматель прячется от жены в стиле Cosmo, слоняясь по питерским борделям. А друзья занимаются любовью, потому что у них нет любви.

У каждого свой Ад и своя Голгофа. Именно поэтому не думайте, что вы такой один. Нет правды, кроме чувства.

Ким Лилия  
обложка книги Яблоня Элен Яблоня Элен Дильдина Светлана Русские инородные сказки  
обложка книги Я проклинаю реку времени Я проклинаю реку времени

Новый роман Пера Петтерсона (р. 1952), писателя номер один в Норвегии и самого читаемого современного норвежского прозаика в мире, это история отношений матери и сына. Узнав о том, что мать больна раком, герой, который сам переживает драму развода, уезжает вместе с ней, и они проводят несколько дней вместе. Эти дни очень много значат в их жизни, они начинают лучше понимать и чувствовать боль друг друга.

Кроме прочего этот роман — удивительное исследование человеческой глупости и наивности, захватывающее описание того, насколько недалеким и в отношениях с людьми, и в политике может оказаться даже умный человек.

За книгу «Я проклинаю реку времени» Петтерсону присуждены премии Северного Совета и Медичи.

Петтерсон Пер  
обложка книги Я тебя тоже Я тебя тоже

«Ночной маршрут».

Книга, которую немецкая критика восхищенно назвала «развлекательной прозой для эстетов и интеллектуалов».

Сборник изящных, озорных рассказов-«ужастиков», в которых классическая схема «ночных кошмаров, обращающихся в явь» сплошь и рядом доводится до логического абсурда, выворачивается наизнанку и приправляется изрядной долей чисто польской иронии…

Сосновский Ежи Ночной маршрут  
обложка книги Я, грек Зорба (вычитывается) Я, грек Зорба (вычитывается)

Писатель, от лица которого ведется повествование, решает в корне изменить свою жизнь и стать человеком действия. Он арендует угольное месторождение на Крите и отправляется туда заниматься `настоящим делом`. Судьба не приносит ему успеха в бизнесе, не способствует осуществлению идеалистических планов, но дарует нечто большее. Судьба дает ему в напарники Зорбу.


`Грек Зорба` - роман увлекательный, смешной и грустный, глубокий и тонкий. Мы встретимся с совершенно невероятным персонажем - редчайшим среди людей, живущих на Земле. Этот человек воистину живет `здесь и сейчас`. Он совершенно свободное - в том числе и от каких бы то ни было моральных запретов - существо, для которого нет особой разницы между материей и духом, Богом и дьяволом.


И при этом Ошо Раджниш считал грека Зорбу высшим проявлением буддовости.

Казандзакис Никос  
обложка книги Я, грек Зорба Я, грек Зорба

Писатель, от лица которого ведется повествование, решает в корне изменить свою жизнь и стать человеком действия. Он арендует угольное месторождение на Крите и отправляется туда заниматься `настоящим делом`. Судьба не приносит ему успеха в бизнесе, не способствует осуществлению идеалистических планов, но дарует нечто большее. Судьба дает ему в напарники Зорбу.


`Грек Зорба` — роман увлекательный, смешной и грустный, глубокий и тонкий. Мы встретимся с совершенно невероятным персонажем — редчайшим среди людей, живущих на Земле. Этот человек воистину живет `здесь и сейчас`. Он совершенно свободное — в том числе и от каких бы то ни было моральных запретов — существо, для которого нет особой разницы между материей и духом, Богом и дьяволом.


И при этом Ошо Раджниш считал грека Зорбу высшим проявлением буддовости.

Казандзакис Никос  
обложка книги Я сижу на берегу Я сижу на берегу

Новое произведение автора романа «Белое на черном» (Букеровская премия за 2003 г.)

Два друга, не по своей воле изолированные от внешнего мира, живут вместе. Они разговаривают и играют в шахматы. Вся жизнь им кажется шахматной доской, на которой каждая фигура имеет свое значение. Оба знают, что рано или поздно, когда игра закончится, фигуры будут собраны в коробку. Один из них умный, он решает остановить игру и выигрывает. Другой – дурак. Он очень плохо играет в шахматы. Поэтому он остается в живых и несколько лет спустя совершает самую большую глупость в своей жизни – пишет книгу. Автор книги – дурак Рубен, который искренне считает, что нужно бороться до конца и что на войне нужно становиться на сторону слабого. Слабый человек, который борется до конца, может выиграть или попасть в Валгаллу. Тот, кто борется на стороне сильных, не имеет никаких шансов. Он обречен вечно убивать, вечно есть, вечно служить хозяину и умереть в окружении людей таких же презренных, как и он сам. Тот, кто выбирает играть на стороне власть предержащих, не имеет никакой возможности достойно умереть с оружием в руках и достичь Валгаллы.

Это книга о том, что в шахматной партии с Дьяволом выиграть невозможно, можно только сыграть вничью. Лучший выход – не вступать в сделку с Дьяволом.

Рубен Гальего

Гальего Рубен Давид Гонсалес  
Я тебя не слышу

Рассказ-лауреат литературной премии «Дебют» 2010 года в категории «Малая проза».

Гераскина Анна  
Я умею прыгать через лужи Маршалл Алан  
обложка книги Я люблю тебя, прощай Я люблю тебя, прощай

Счастье — вещь ненадежная, преходящая. Жители шотландского городка и не стремятся к нему. Да и недосуг им замечать отсутствие счастья. Дел по горло. Уютно светятся в вечернем сумраке окна, вьется дымок из труб. Но загляните в эти окна, и увидите, что здешняя жизнь совсем не так благостна, как кажется со стороны. Своя доля печалей осеняет каждую старинную улочку и каждый дом. И каждого жителя. И в одном из этих домов, в кабинете абрикосового цвета, сидит Аня, консультант по вопросам семьи и брака. Будто священник, поджидающий прихожан в темноте исповедальни… И однажды приходят к ней Роза и Гарри, не способные жить друг без друга и опостылевшие друг дружке до смерти. Может быть, специалист научит их любить? Может быть… Правда, специалист не верит в любовь. До тех пор, пока не повстречается ей на пути великан в потертой шляпе, с большими руками и странным акцентом. Мацек — философ, но он-то верит в любовь, на себе ее испытал, от нее он сбежал из уюта родного Кракова в дождливую Шотландию. Как сложатся судьбы этих четверых, научатся ли они любить и терпеть или же окончательно утратят веру в магию чувств?

Смешной, умный и тонкий роман о любви, о том неуловимом, из чего она складывается, куда уходит и уходит ли вовсе, или же люди просто выкидывают ее, сами того не замечая…

Роджерсон Синтия  
обложка книги Язык цветов Язык цветов

Виктории восемнадцать лет, и она боится. Боится прикосновений и слов – своих и чужих, боится любить. Только в ее тайном саду, который стал ее домом и убежищем, все страхи испаряются. Только через цветы она может общаться с миром. Лаванда – недоверие, чертополох – мизантропия, белая роза – одиночество… Ее цветы могут вернуть людям счастье и излечить душу, но подходящего цветка для того, чтоб заживить ее собственные раны, Виктории найти никак не удается…

История о девушке, говорящей на языке цветов, покорила читателей по всему миру – теперь и на русском языке.

Книга выходит в четырех обложках с разными цветами: роза – изящество, тюльпан – признание в любви, гербера – радость, бугенвиллея – страсть.

Диффенбах Ванесса  
обложка книги Я знаю, кого я люблю Я знаю, кого я люблю

Родилась Кэтрин Винсент в Буффало, в семье священника, но почему она решила бросить родителей, уехать жить в Нью-Йорк и не вспоминать о них, пока не умерла её мать…

Джексон Ширли  
обложка книги Якутия Якутия

...Однажды Советская Депия распалась на составные части... В Якутии - одной из осколков Великой Империи - народы и партии борются друг с другом за власть и светлое будущее... В романе `Якутия` Егор Радов (автор таких произведений как `Змеесос`, `Я`, `Или Ад`, `Рассказы про все` и др.) выстраивает глобальную социально-философскую, фантасмагорию, виртуозно сочетая напряженную остросюжетность политического детектива с поэтической проникновенностью религиозных текстов.

Радов Егор  
обложка книги Ястребиный князь Ястребиный князь

Для героев повести охота – это не средство наживы и не средство для выживания. Это возможность вырваться из тесноты городского быта, ощутить прелесть, неповторимость первозданной природы Средней полосы России, тех мест, где охотился Н.А.Некрасов.

Повесть, написанная в лучших традициях русской охотничьей прозы, утверждает, что и в сегодняшнее время, когда очень трудно отыскать неисковерканные человеком уголки природы, гармония между человеком и окружающим его миром все же возможна.

Фанкин Юрий Александрович  
обложка книги Я бросаю оружие Я бросаю оружие

Повесть о мальчишках, подраставших в годы войны в тыловых городах, со своими понятиями о чести и бесчестии, о мужестве, дружбе, любви.

Белов Роберт Петрович  
обложка книги Яма Яма

В Нашей Любимой Школе наступил конец семестра. Большинство учеников готовились разъехаться по домам; кое-кто собирался в поход по Скалистому краю. Но пятеро подростков предпочитают принять участие в «эксперименте с реальностью». Так называет три дня добровольного заточения в Яме, подвале без окон в заброшенном флигеле школьного здания, инициатор затеи Мартин. Он же обещает выпустить ребят на свободу через три дня. Поначалу пребывание в Яме кажется забавным: шутки и смех, выпивка и вкусная еда. Но три дня проходят, а Мартин не появляется...

Английский писатель Гай Берт — «один из тех экспериментаторов, что запускают воздушных змеев в грозу». «Яма» — мрачный и зловещий дебют автора. Депрессивный, вызывающий клаустрофобию, этот роман сравнивали с «Коллекционером» Фаулза.

Берт Гай  
обложка книги Яблоко. Рассказы о людях из «Багрового лепестка» Яблоко. Рассказы о людях из «Багрового лепестка»

В своем новом сборнике рассказов Мишель Фейбер проливает свет на будущее героев романа «Багровый лепесток и белый», и знакомит с некоторыми эпизодами их жизни до описываемых в нем событий. После внезапного расставания с героями романа осталось много загадок. Однако те, кто уже знаком с Фейбером, знают: не стоит ждать ответов на все вопросы. Мелодрамы не будет. Будет приключение.

Фейбер Мишель Скачивание и чтение запрещены по требованию НП "АЗАПИ"
обложка книги Я мыл руки в мутной воде. Роман-биография Элвиса Я мыл руки в мутной воде. Роман-биография Элвиса Севницкая Надежда  
обложка книги Ясновидец: Ясновидец:

Шведский писатель Карл-Йоганн Вальгрен — яркая звезда современной скандинавской литературы. Его произведения победно шествуют по Европе, покоряя читателей удивительными сюжетами, предвидеть и постичь ход которых невозможно до самого финала.

Главный герой романа «Ясновидец» лишен от природы того, чем обладает каждый человек, но врожденные изъяны компенсируются уникальными способностями. Он стоит перед выбором — объявить людей носителями Зла и увлечь себя в безумие, либо выстроить собственный мир и прийти к согласию с окружающими. Он стоит на грани между Добром и Злом, между местью и прощением, убийством и жизнью… Он — ясновидец.


Вальгрен Карл-Йоганн  
обложка книги Ярость Ярость

Увлекательное и драматическое повествование о закулисной стороне мира художников и галеристов. О том, как делаются имена, как зарабатываются колоссальные деньги, как происходит незаметная на первый взгляд подмена – пошлость провозглашается шедевром, а истинный талант предается поруганию и забвению.

Хаас Андрей  
обложка книги Яблоки Яблоки

Третье произведение из цикла «Река (Рассказы о Ваське Егорове)»

Погодин Радий Петрович , Река (Рассказы о Ваське Егорове)  
Я возьму тебя с собой

После известных событий в ru.net, связанных с некоторыми блогами, Автор вынужден ПРЕДУПРЕДИТЬ, что все события, обстоятельства, действующие лица и их имена в этом ХУДОЖЕСТВЕННОМ ЛИТЕРАТУРНОМ ПРОИЗВЕДЕНИИ являются ВЫМЫШЛЕННЫМИ и существуют лишь в воображении Автора, а всякое совпадение с реальной действительностью СЛУЧАЙНО и НЕПРЕДНАМЕРЕННО

Игнатьев Илья  
Явление народу Морочко Вячеслав Петрович  
обложка книги Як красназорцы зямлi сцуралiся Як красназорцы зямлi сцуралiся Бабареко Адам  
Я или Человек Без Тела Царицын Владимир  
обложка книги Я мечтаю о новом человеке Я мечтаю о новом человеке

«Какими бы недостатками ни обладало советское руководство в Великой Отечественной войне, Сталин не был предателем. И мы все знали: в Москве, в Кремле, есть человек, который будет стоять до последнего.

Сейчас страна находится в идеологическом хаосе. Нужен в первую очередь выход из него! Нужно воспитание молодежи. Нужно понимание ситуации — беспощадное понимание. И вот когда будет в людях это нарастать, когда возникнет стремление жертвовать собою, только тогда и будет настоящее сопротивление.

…Сегодня должны созреть новые силы для сопротивления западнистской линии развития! У нас и на самом Западе».

Александр Зиновьев

Книга, которую вы держите в руках, представляет собой сборник избранных интервью великого русского мыслителя Александра Александровича Зиновьева.

Зиновьев Александр Александрович  
обложка книги Я есть кто Я есть Я есть кто Я есть

Д-р Нодар Джин (Джинджихашвили) родился в Грузии в семье раввина (дед) и юриста (отец). В 1963 г. закончил филологический факультет Тбилисского университета, а в 1966 г. — московский ВГИК. В 1968 г. защитил кандидатскую диссертацию по эстетике, а в 1977 г. стал самым молодым доктором философских наук в истории СССР. Работал в Институте философии АН СССР, в МГУ и ТГУ. Автор многих исследований по философии и истории культуры, по эстетике и психологии. С 1980 года живет в США. Профессор философии, в 1981 г. он стал лауреатом Рокфеллеровской премии по гуманитарным наукам. Документальный фильм «Последнее путешествие», созданный им по собственным фотографиям, завоевал ряд важных призов на международных кинофестивалях. Американская пресса называет его «поразительно разносторонним и утонченным интеллектуалом», а ведущий английский журнал The Sunday Times писал в связи с одной из его работ об еврействе: «Этот внешне напоминающий атлета ученый является далеко не обычным человеком: благодаря своему воображению и стойкости он сделал для еврейской культуры в СССР больше, чем целый год бесконечных массовых демонстраций и речей».

Все материалы книги, за редким исключением, переведены с разных языков автором. Заново переведены и отредактированы им и выдержки из Библии.

Джин Нодар  
обложка книги Я, говорит пёс Я, говорит пёс

История о реальных событиях, рассказанная от лица собаки.

Имена и характеры героев этой книги подлинные. Их сходство с любым живым или умершим существом — не случайность. Так задумал автор.

Дескур Николь  
Яблоки для матери Шелегов Валерий Николаевич  
обложка книги Я и ты под персиковыми облаками Я и ты под персиковыми облаками

Рубина Дина  
обложка книги Явилось в полночь море Явилось в полночь море

В полночь 31 января 1999 года две тысячи человек прыгают в море с калифорнийской скалы. В полночь 31 января 999 года тысяча жителей бретонской деревушки сидят в лодках, установленных высоко над землей, и ждут нового всемирного потопа. А человек по имени Жилец составляет Апокалиптический Календарь; он уверен, что новое тысячелетие – эра Хаоса – началось не 1 января 2000 года, а 7 мая 1968 года, и его уверенность заразна. В прихотливом калейдоскопе образов, в водовороте сталкивающихся и разбегающихся персонажей, на пересечении взаимозависимых и сложносочиненных историй любви читателю открываются панк-сцена конца 1970-х и экстремальная порноиндустрия, токийские отели воспоминаний – где в отличие от отелей любви девушки торгуют не своим телом, а воспоминаниями – и утративший реальность, насыщенный кинематографическими символами Лос-Анджелес...


Эриксон Стив  
обложка книги Яйцо Яйцо

«Вечен дом смерти и беспощадна жизнь человеков. И никогда не отличат они загадок своих от разгадок. И не отвратят их от бед их ни живот их, ни власть, ни благочестие. Подточат болезни бренные тела. Кого-то ударит из-за угла подлец инфаркт, зашушукает, заурчит в грудях, да и разорвет фонтаном бессмысленное сердце...».

Бычков Андрей  
Я – контрабандист

«Контрабандист работает по страсти, по призванию», – писал в свое время Ф. М. Достоевский. Герой повести петербургского писателя Андрея Неклюдова «Я – контрабандист», молодой ученый, оказался вовлеченным в этот нелегальный промысел совсем не по призванию, а в силу жизненных обстоятельств, из отчаяния. Никогда прежде он не предположил бы, что очутится вдруг в экзотической Южной Корее с умопомрачительной (по его понятиям) суммой денег в карманах и будет, как прожженный коммерсант, закупать и прятать от таможни в трюмах судна громадные объемы контрабандных товаров. Никогда не предположил бы, что окажется на грани катастрофы, что ему и его компаньонам будет реально грозить уголовное наказание…

Автор исследует болезненное и печальное явление нашего времени – то, как борьба за выживание, погоня за добычей деформируют личность, ведут человека к профессиональной деградации.


«Повесть написана ярко, сочно, в ней множество юмористических сцен. Но по прочтении последней страницы вспоминается знаменитый пушкинский вздох: боже, как грустна наша Россия!»

(Елена Холшевникова «Просвещенные меценаты», СПб Ведомости, 25.02.1998)

Неклюдов Андрей  
обложка книги Ястреб без головы Ястреб без головы

Автор книг «Завтрак у Тиффани», «Хладнокровное убийство», «Другие голоса, другие комнаты» Трумен Капоте принадлежит к числу классиков американской литературы XX века. В своих произведениях Капоте выводил на сцену персонажей явно маргинальных, существующих словно бы вне времени, тщетно пытающихся справиться с собственными фобиями, основной из которых является страх перед жизнью, не считающейся с их мечтательностью, с их романтической натурой, страх полуосознанный, даже инстинктивный, но от этого не менее мучительный.


Рассказ из сборника «Закрой последнюю дверь».

Капоте Трумен  
обложка книги Я знал разных людей Я знал разных людей Касарьего Мартин  
Я – Сыр

Введите сюда краткую аннотацию

Кормер Роберт  
обложка книги Я обязательно вернусь Я обязательно вернусь

Многие из нас зачастую сетуют на неудачно сложившуюся жизнь, на непонимание близких и родных, нередко обижаются на окружающих, считают себя невезучими и несчастными, говорят, что жизнь обошла их своими радостями. К сожалению, таких людей много. Редко кто из них скажет, что получил в жизни то, что заслужил и во всех неудачах виноват сам. Никто не хочет признавать даже прошлые ошибки, считая себя правыми во всем.

Не составили исключения и герои новой книги, предлагаемой читателям. Через ошибки и беды они стремились найти счастье в своей жизни, пытались понять окружающих и самих себя. Иным это удалось.

Возможно, горький опыт героев книги подскажет выход и правильное решение читателю, убедит и поможет вовремя.

Нетесова Эльмира  
обложка книги Який цей світ Який цей світ

Марія Влад відома в Україні та за її межами як автор дев'яти поетичних книг і десятої прозової про звичаї, побут і християнську мораль наших предків. Активна громадянська позиція в житті яскраво відображена в поезії, прозі, публіцистиці майстра Золотого пера.

Проблеми нації, християнської етики, загальнолюдські і родинні стосунки тісно переплелися у новелістичній книзі "Який цей світ", що дійшла до свого читача з допомогою Міжнародного фонду сприяння розвитку мистецтва і культури, очолюваного японським діячем культури, бізнесменом Тошу Фукамі, та Центру суспільно-політичних досліджень НаУКМА.


Художник: Олена Гайдамака

Літературний редактор: Ольга Кавун

Дизайн і комп'ютерна верстка: Сергій Кизима

Влад Марія Миколаївна  
обложка книги Я отворил пред тобою дверь… Я отворил пред тобою дверь…

Бойтесь совершать зло, ибо оно обязательно вернется к вам.

В далекой средневековой Испании по приговору Святой Инквизиции на костре гибнет женщина, обвиненная в колдовстве и связях с дьяволом.

Проходит несколько сотен лет, и эта таинственная история вдруг получает свое страшное и загадочное продолжение.

«Я отворил пред тобою дверь...» — в контексте романа это не просто цитата из самой загадочной и мистической книги Нового Завета — Апокалипсиса, но и главная проблема, стоящая перед двумя его героинями, которых разделяют века. Бойтесь открыть дверь в мир зла — ее уже не затворишь.

Юденич Марина  
обложка книги Я вернусь… Я вернусь…

«Я вернусь…» – правдивая история любви русской женшины и восточного мужчины. Вопреки разнице менталитетов и натиску обстоятельств они преодолевают отчаяние на пути друг к другу.

«Я вернусь…» – воссоздающий дух времени роман, в котором Сафарли сквозь призму одной истории показывает путь целого поколения русских девушек, уехавших за счастьем на Восток.

Сафарли Эльчин  
обложка книги Ящик для письменных принадлежностей Ящик для письменных принадлежностей

Этому роману знаменитого сербского писателя Милорада Павича присущи многозначность и нелинейная направленность повествования, свободное обращение с пространством и временем. «Инвентаризация» случайно купленного старинного ящика для письменных принадлежностей, обследование его отделений и потаенных закоулков оборачиваются раскрытием космоса человеческой души...

павич Милорад  
обложка книги Явление Явление

Мистический детектив?

Интеллектуальный детектив?

Блестящий иронический роман, в котором смешаны ОБА ЭТИХ ЖАНРА?

Все это – и МНОГОЕ ДРУГОЕ!

ЧУДО произошло в присутствии ЧЕТЫРНАДЦАТИ СВИДЕТЕЛЕЙ.

На тунике молодого индейца Хуана Диего появился ЛИК ДЕВЫ МАРИИ…

Вот уже более ЧЕТЫРЕХ СТОЛЕТИЙ хранится эта реликвия в построенном на месте Явления храме – а изображение Мадонны ПО-ПРЕЖНЕМУ НЕ ВЫЦВЕТАЕТ! Более того – глаза ее по-прежнему ОСТАЮТСЯ ЖИВЫМИ!

Чтобы исследовать это чудо, Ватикан направляет в Мексику посланца АДВОКАТА ДЬЯВОЛА, чья миссия – отыскать любые ДОКАЗАТЕЛЬСТВА поддельности реликвии!…

Ковелер Дидье ван  
обложка книги Я была рядом Я была рядом

Николя Фарг (р. 1972) — один из самых интересных французских писателей нового поколения, автор восьми романов. Он работал в библиотеке и читал рукописи в издательстве «Галлимар» — как Милан Кундера и Паскаль Киньяр, подвизался на телевидении и в рекламе — как Фредерик Бегбедер. Подобно последнему, является любимым автором молодежи.

Российский читатель начнет знакомство с Фаргом с книги «Я была рядом». Вслед за ней на русском языке появится роман «Ты увидишь», который в 2011 году принес автору весьма престижную премию «France-Culture Télérama». «Я была рядом» читатели восприняли как классику современного любовно-психологического романа. Герой умен, образован, хорош собой и… безнадежно верен жене — стервозной, склонной к любовным авантюрам чернокожей красавице, родившей ему двоих детей. Под пером писателя в банальной истории супружеской измены открывается бездна чувств. Герой, оказавшись в тосканском ресторане, получает записку от незнакомой девушки. Она сидела за соседним столиком, но он ее не видел. Повинуясь неясному импульсу, герой назначает ей свидание. Из любопытства, вовсе не помышляя об измене. Чем обернется для него эта встреча — мимолетным приключением, ловушкой или же взрывом чувств, единственным шансом выбраться из тупика?..

Фарг Николя  
обложка книги Я забыл поехать в Испанию Я забыл поехать в Испанию

От классика современной американской литературы Джима Гаррисона, прославившегося монументальными «Легендами осени» (основа одноименного фильма!), повесть об авторе трех дюжин штампованных биографий («биозондов»), который приглашает на ужин бывшую жену, подругу своей буйной юности.

Гаррисон Джим  
обложка книги Языческий алтарь Языческий алтарь

Жан-Пьер Милованофф – романист, драматург, поэт и эссеист. Он – одна из самых ярких фигур в современной французской литературе, его произведения отличает необычная смесь предельно жесткого стиля и тонкого лиризма, а его язык необычайно поэтичен. Книги Милованоффа переведены на многие языки, а выход «Языческого алтаря» в Англии стал, судя по отзывам критиков, настоящим событием. Вот реакция на это издание портала VLB-information:

«…Его «Языческий алтарь» – настоящее открытие для всей читающей публики. Это пронзительно ясная, как горный воздух, история о мальчике, найденном однажды в альпийском снегу и всю жизнь преследуемом Судьбой, которая не знает ни жалости, ни пощады Роль случая и совпадений, что зависит от нас в этом мире, а что нет – тема сложнейшая, но разве это не то, о чем каждый из нас рано или поздно спрашивает себя? Милованофф уникален: он не назидателен и ничего не навязывает – выводы делаешь сам…»

Милованофф Жан-Пьер  
обложка книги Я никому ничего не должна Я никому ничего не должна

Роман, который вы держите в руках, совсем не похож на предыдущие книги Маши Трауб. Это – рассказ от первого лица, история женщины, ни разу не изменившей себе и научившейся держать удар.

Трауб Маша  
Я говорю о героизме

Перевод с французского Юлии Винер

Гари Ромен  
Я ем ботинок

Перевод французского Вадима Козового

Гари Ромен  
Я отвечаю за все

Роман известного советского писателя Ю. П. Германа (1910 — 1967) — последняя часть трилогии о докторе Владимире Устименко.

Герман Юрий Дорогой мой человек  
обложка книги ЯОн ЯОн Керет Этгар  
обложка книги Я русский Я русский

Футбольных фанатов считают хулиганами. Но когда играет сборная, они готовы забыть на время о своих разногласиях и объединиться. Эти люди всю свою страну воспринимают как ее сборную, честь которой нужно защищать всегда, при любых обстоятельствах, любыми силами и средствами.

Лекух Дмитрий Околофутбол  
обложка книги Яма слепых Яма слепых

Антонио Алвес Редол — признанный мастер португальской прозы. «Яма Слепых» единодушно вершиной его творчества. Роман рассказывает о крушении социальных и моральных устоев крупного землевладения в Португалии в первой половине нашего столетия. Его действие начинается в мае 1891 гола и кончается где-то накануне прихода к власти фашистов, охватывая свыше трех десятилетий.

Редол Антонио Алвес  
Язык звезд Юзефович леонид  
обложка книги Яичко Яичко

Чешский писатель и поэт Людвик Ашкенази по-русски был издан единожды — в 1967 году. В мире он более всего известен как детский автор (даже премирован Государственной премией ФРГ за лучшую детскую книгу). В наше издание вошли повести и рассказы без «возрастного ценза» — они адресованы всем, достаточно взрослым, чтобы читать про любовь и войну, но еще недостаточно старым, чтобы сказать: «Я все это и без того знаю».

Ашкенази Людвик  
обложка книги Я и ЭВМ трёх поколений Я и ЭВМ трёх поколений Бабий Алексей  
обложка книги Я и она Я и она

Повесть про близнецов

Евдокимова Надежда  
обложка книги Я внук твой … Я внук твой … Кочергин Илья  
Я не помню Ткачева Екатерина  
Я в(ь) я Драгомощенко Аркадий  
Яблоневый сад

Очерк.

Попов Александр  
обложка книги Ячейка 402 Ячейка 402

«Приходилось ли тебе когда-нибудь замечать, как люди внезапно меняются? Как подменили, говорят в таких случаях. Не приходило ли тебе в голову, что людей в самом деле подменяют? Куда деваются прежние – вот в чём вопрос». В этом завораживающем романе герои существуют в кажущемся реальным мире. И сами они как будто обычные люди. Только на самом деле – всё немного иначе. А может быть даже совсем не так. Двадцать лет назад после появления сериала «Твин Пикс» миллионы людей хотели знать «Кто убил Лору Палмер?» – загадочный роман Татьяны Дагович так же, как гениальное творение Дэвида Линча, рождает вопросы, на которые хочется искать… и не находить ответы. В 2010 году роман «Ячейка 402» стал единственным призером национальной литературной премии «Рукопись года» в номинации «Оригинальная идея».

Дагович Татьяна  
обложка книги Я, мои друзья и героин Я, мои друзья и героин

Автору было 12 лет, когда она стала принимать наркотики. Днем ходила в школу, вечером продавала себя, чтобы купить зелье. Школу она все-таки закончила, училась на продавщицу в книжном магазине. Когда вышла ее книжка «Мы дети вокзала Цоо», Кристина быстро превратилась в звезду кино и телевидения, стала завсегдатаем разнообразных ток-шоу.

Сейчас ей тридцать девять. Книга имеет огромный успех, переведена на многие языки; ее тираж в Германии перевалил за три миллиона.

Ф Кристиане  
Я пришел... Белов Руслан  
Я – маньяк?!! Белов Руслан  
обложка книги Я - судья. Божий дар Я - судья. Божий дар

Впервые в творческом дуэте объединились самая знаковая писательница современности Татьяна Устинова и самый известный адвокат Павел Астахов. Роман, вышедший из-под их пера, поражает достоверностью деталей и пронзительностью образа главной героини — судьи Лены Кузнецовой. Каждая книга будет посвящена остросоциальной теме. Первый роман цикла «Я — судья» — о самом животрепещущем и наболевшем: о незащищенности и хрупкости жизни и судьбы ребенка. Судья Кузнецова ведет параллельно два дела: первое — о правах на ребенка, выношенного суррогатной матерью, второе — о лишении родительских прав. В обоих случаях решения, которые предстоит принять, дадутся ей очень нелегко…

Устинова Татьяна, Астахов Павел Я — судья  
обложка книги Я ее любил, Я его любила Я ее любил, Я его любила

Новый роман автора мировых бестселлеров «Просто вместе» и «Мне бы хотелось…» «Я ее любил / Я его любила» - пронзительно грустная и красивая книга о любви, раскрывающая самые острые и потаенные грани этого прекрасного и загадочного чувства. Роман о супружеской верности. О нелегком выборе, который оказывается судьбоносным. О тех, кто уходит и тех, кто остается. Книга, в «фирменном» авторском стиле сочетающая внешнюю простоту с внутренней глубиной, тонкий психологизм с безукоризненной точностью каждого слова.

Гавальда Анна  
Я Боюсь… Шпиллер Екатерина Александровна  
обложка книги Я - чеченец Я - чеченец

Книга представляет собой цикл повестей и рассказов, большинство их объединяет место действия — Чечня 90-х годов. Если проводить аналогии с прозой русских писателей, то «Я — чеченец» по творческому методу ближе всего к рассказам Варлама Шаламова и поздним произведениям Вересаева.

Садулаев Герман  
обложка книги Я люблю время Я люблю время

Роман «Я люблю время» (сказка-ларец) я старался писать иначе, другими «мускулами», нежели «Кромешник», либо «Нечисти». Но это не значит, что я хотел написать хуже. :-) Новый роман – не продолжение «Нечисти», нет и нет. Но, быть может, эти два романа не совсем чужие друг другу. :-)

О'Санчес

ОСанчес Сказки  
обложка книги Яков-лжец Яков-лжец

От издателя

«Яков-лжец» — первый и самый известный роман Юрека Бекера. Тема Холокоста естественна для писателя, чьи детские годы прошли в гетто и концлагерях. Это печальная и мудрая история о старом чудаке, попытавшемся облегчить участь своих товарищей по несчастью в польском гетто. Его маленькая ложь во спасение ничего не изменила, да и не могла изменить. Но она на короткое время подарила обреченным надежду…

Бекер Юрек  
обложка книги Я заберу тебя с собой Я заберу тебя с собой

Действие романа «Я заберу тебя с собой» разворачивается в маленьком итальянском городке. Тихий подросток Пьетро Морони растет в неблагополучной семье, он замкнут, любит читать и наблюдать за животными. В школе ему приходится туго: он белая ворона, да к тому же не умеет постоять за себя. В нем копится протест, и это приводит его к трагедии. Сорокалетний плейбой Грациано, вернувшийся в родные места после долгих странствий, привлекает к себе всеобщее внимание. Он — предмет вожделения всех Провинциальных дам. Однако его личная жизнь терпит полный крах, а единственная настоящая любовь безвозвратно от него ускользает. Линии жизни двух главных героев внезапно пересекаются лишь в конце истории. Они ничего не знают друг о друге, и красавец Грациано даже не может себе представить, какую роковую роль сыграет в его судьбе худенький беззащитный мальчик.

Амманити Никколо  
обложка книги Я ухожу. Прощай навеки. Твоя душа Я ухожу. Прощай навеки. Твоя душа Притуляк Алексей Анатольевич  
обложка книги ЯКнига ЯКнига

В одном из городских книжных магазинов появляется новорождённая Книга, и зовут её Безусловная Любовь. Активная и любознательная, она начинает познание себя через общение с окружающим миром: спорит с другими Книгами и предметами, попадает к людям, читается. В своих видениях героиня наблюдает распятого на кресте человека, а затем обращается в девушку по имени Анна — одну из учениц Иисуса Христа. Будучи в облике Анны, Книга узнаёт, что скоро предаст своего Учителя. Возвращаясь в тело Книги, героиня ищет смысл существования в наслаждении настоящим моментом, даже не догадываясь о том, что жизнь её последнего читателя теперь зависит от её собственной жизни. Я КНИГА уникальна тем, что повествование в ней ведётся от лица героини-Книги. Это позволяет почувствовать всё волшебство книжного мира изнутри, а мир людей увидеть необычными глазами книг, живущих на полках книжных магазинов и стенных шкафов.

Самойлов Алексей  
Я, Мілена

Глумливий сюрреалізм у прітчи про Міленене відчуження робом телекартинки. І взагалі урбанне безглуздя. Трагедія, потрапивши на асфальт, завжди ризикує там стати фарсом. І вона таки ним, тією "Міленою" стає.

Забужко Оксана  
Я — не Я

Некий обычный и ничем не примечательный человек вдруг приобретает удивительную способность меняться телами с другими людьми, чем ему приходится занимается на протяжении всего романа, становясь то подпольным миллионером, то поп-звездой, то опустившимся алкоголиком. С этого-то и начинаются его мытарства...

Хорошо написанная книга размышлений о жизни, размышлений, хотя и не слишком глубоких, но и не претендующих на априорную правоту.

Слаповский Алексей  
обложка книги Я Я

С детства сирота Василий Караманов столкнулся с жестокостью и низостью людей. Озлобившись, не желая считать себя одним из них, он начинает искать доказательства ущербности человеческого рода. Как исправить положение, ускорить эволюцию, способствовать появлению нового, высшего вида разумных существ?..

Философско-психологическая повесть Александра Потемкина разворачивается как захватывающий поток сознания героя, увлекает читателя в смелый интеллектуальный и нравственный поиск, касающийся новых эволюционных путей развития человечества.

Потёмкин Александр  
Я гепард Данливи Джеймс Патрик  
обложка книги Я была первой Я была первой

Роман молодой французской писательницы о любви. О том, как хрупко и нежно это чувство, как много преград на его пути. И самая главная из них – человеческое непонимание, нежелание забыть о себе и заглянуть в душу другого.

Панколь Катрин  
обложка книги Я – сварщик Я – сварщик

Рассказы Владимира Кисилева привлекают сочетанием фантастики и узнаваемости жизненных реалий.

Киселёв Владимир Леонтьевич  
обложка книги Яблоня Яблоня

История пожилой семейной пары: желчная жена и уставший муж, живущие по годами заведенному порядку. Оставшись в одиночестве после смерти жены герой пытается изменить весь жизненный уклад. Он старается отгородиться ото всего, что напоминает ему о жене. Даже от старой яблони, которая становится для него олицетворением всего неприятного, гнетущего. Она даже по форме напоминает ему жену. Единственный путь избавления от этого наваждения — спилить старое дерево. Здесь и начинаются неприятности.

дю Морье Дафна  
обложка книги Я буду здесь, на солнце и в тени Я буду здесь, на солнце и в тени

Минные поля. Запустение. Холод. Трупы подо льдом. Это — Швейцарская Советская республика. Больше века прошло с тех пор, как Ленин не сел в опломбированный вагон, но остался в Швейцарии делать революцию. И уже век длится война коммунистов с фашистами. На земле уже нет человека, родившегося в мирное время. Письменность утрачена, но коммунистические идеалы остались. Еще немного усилий — и немцы с англичанами будут сломлены. И тогда можно будет создать новый порядок, новый прекрасный мир.

Крахт Кристиан  
обложка книги Я люблю дождь Я люблю дождь

Героиня Ёко Такахаси сродни хэйанским придворным дамам, не только своей житейской необремененностью, но также и чуткостью к тонким и тончайшим движениям души, пониманием «очарования вещей», ощущением грустной прелести любви и человеческого общения, особо драгоценных из-за своей мимолетности.

Такахаси Ёко  
Я и мои (бывшие) подруги

Новый роман Ольги Эрлер — своего рода исповедь, доверительная беседа с читателем о дружбе, любви, смысле жизни и о многом другом. В изумительно живой и легкой форме автор рассказывает о своей жизни и случившихся в ней людях и событиях (в том числе о переезде в другую страну), размышляет о самых важных и насущных для любого человека темах и проблемах. Тонкий юмор и искренность в сочетании с глубиной и психологичностью повествования не оставят читателя равнодушным и, возможно, заставят задуматься и спроецировать затрагиваемые вопросы на собственную жизнь.

Эрлер Ольга  
обложка книги Я – Шарлотта Симмонс Я – Шарлотта Симмонс

Для написания этого романа Том Вулф специально провел в студенческих кампусах около четырех лет. Открывшийся ему мир он перенес на бумагу.

Шарлотта Симмонс, умная, скромная и наивная девушка из простой семьи, круглая отличница из крохотного городка, попав в один из самых элитных университетов США, с изумлением обнаруживает, что интересы большинства студентов сводятся к сексу, выпивке, желанию показать себя крутым, как следует оттянуться, а вовсе не к учебе и познанию мира, в котором так много интересного…

Вулф Том  
обложка книги Я не могу без тебя Я не могу без тебя

Впервые на русском языке – бестселлер от Гийома Мюссо. «Я не могу без тебя» – история потери и обретения.

Судьба порой играет с нами, отнимая то, что мы больше всего ценим. И только спустя годы мы понимаем, что потери нужны для того, чтобы больше ценить мгновения, проведенные с теми, кого мы любим.

Когда-то давно полицейский Мартен Бомон был влюблен в девушку по имени Габриель. Но она исчезла из его жизни, и он был уверен, что навсегда. Теперь у него не осталось ничего, кроме работы. Мартен настоящий профи в своем деле, и найти дерзкого преступника Арчибальда Маклейна – для него дело чести.

Изучая личное дело преступника, Мартен делает открытие, которое все меняет: у них с Маклейном много общего и прежде всего – отнятая любовь. Но самое главное – они любят одну и ту же женщину, только по-разному…

Мюссо Гийом  
обложка книги Я жду вас всегда с интересом (Рассказы) Я жду вас всегда с интересом (Рассказы)

В книгу Виктора Голявкина «Я жду Вас всегда с интересом» вошли короткие лирические, юмористические, гротесковые новеллы, написанные автором в течение последних двадцати лет литературной работы.

В большинстве случаев рассказы сюжетны, и сюжет у Голявкина довольно острый и требует внимания читателя. Рассказы утверждают торжество добрых начал.

Голявкин Виктор  
обложка книги Ясным ли днем Ясным ли днем Астафьев Виктор  
обложка книги Яшка-лось Яшка-лось Астафьев Виктор  
обложка книги Я ломаю привычки Я ломаю привычки

Вся наша жизнь состоит из небольших рассказов. Они бывают веселые, бывают грустные, могут быть ироничные, забавные, а порой даже жестокие. Эта книга включает в себя истории, которые имеют право на самостоятельную жизнь. Но в тоже время все они связаны между собой, потому что рассказывают о человеческих взаимоотношениях.

Шувалова Анна  
обложка книги Я буду рядом Я буду рядом

Неожиданный звонок с известием об ухудшении состояния всеми любимого наставника – профессора Юна заставляет Чон Юн вспомнить беспокойные дни студенческой юности в начале 80-х, заново пережить радость дружбы и любви, зарождающейся на фоне гражданских волнений в Сеуле. Дом родителей Миру ненадолго объединяет двух девушек и двух юношей. Одни из них пережили личные драмы, другим они лишь предстоят. Летят годы. Чон Юн ищет утешения в мировой литературе, ее возлюбленный Мен Сё, успешный фотограф, в поисках все новых объятий как символа единения колесит по миру. Все эти годы, вдали друг от друга, они задаются вопросом, на который невозможно найти ответ: отчего их не было рядом в тот момент, когда их друзья – Дэн и Миру – больше всего нуждались в их поддержке? Просто быть рядом, любить и жить дальше – так просто, но непреодолимое чувство вины, подобно центробежной силе, не позволяет им быть вместе

Шин Кун-Суук  
обложка книги Ястреб из Маё Ястреб из Маё

Жан Каррьер — современный французский писатель (род. в 1928 г.). Его роман «Ястреб из Маё», появившийся в 1972 году, удостоен Гонкуровской премии. Действие романа происходит в одном из горных районов Франции. Суров этот край, и трагична судьба семьи Рейланов, поселившихся высоко в горах: не выдержав борьбы с природой, один за другим погибают отец, мать, старший сын.

На русский язык роман переводится впервые.

Каррьер Жан  
обложка книги Ян Ян

Яну 26 лет. По образованию он дизайнер, но работы по специальности найти не смог. В ожидании лучших времен трудится менеджером в магазине бытовой техники, продает роботы-пылесосы Вуф-Хуфы и прочие гаджеты. Живет с подружкой, несчастным себя не считает, но отчего-то порой ему хочется утопиться в Сене.

Однажды вечером он помогает соседям дотащить до квартиры буфет. В благодарность его приглашают на ужин. На следующее утро Ян принимает решение послать все к чертям и начать новую жизнь.

Гавальда Анна  
обложка книги Я была Алисой Я была Алисой

Все знакомы с удивительной сказкой о Белом кролике, Чеширском коте, королеве и чудесной маленькой девочке. Это сказка, которая покорила весь мир.

Ее создатель не просто обессмертил имя Алисы Лидделл, — он навсегда изменил ее жизнь.

Однако даже величайший сказочник не в силах остановить время… Проходит детство Алисы, проносится ее юность, пора любви и счастья, наступает совсем другая эпоха. Алисе предстоит пережить величайшую трагедию, выстоять и доказать, что она действительно заслуживает, чтобы ею восхищался весь мир.

Мелани Бенджамин удалось создать не менее обаятельный образ героини, чем у самого Льюиса Кэрролла, и написать историю жизни, не менее увлекательную, чем история приключений Алисы в Стране чудес!..

Бенджамин Мелани  
обложка книги Я, Паштєт і Армія Я, Паштєт і Армія Скрябін Кузьма  
обложка книги Я — это ты Я — это ты

Сначала была вспышка. Страха не было. Было лишь удивление и любопытство: вспыхнувшее зарево окрасило все вокруг неприятно-сочными цветами. Поглощающий все живое белый свет с огромной скоростью уничтожал мир. Мне даже показалось, что я почувствовал его чавканье, когда он расщеплял мое тело. Потом была темнота. В ней не было времени. Не было ничего. Был только я и кто-то рядом. Он легко касался меня, осторожно трогал. Проводил по лицу или гладил пальцы, как будто сравнивая свою ладонь с моей. Я не видел его лица. Оно было сокрыто в сиреневой дымке. Я гладил его, пытаясь кончиками пальцев понять, какой он… Я кожей ощущал его улыбку. И улыбался в ответ. В голову закрадывается мысль, что мы знакомы. Очень хорошо знакомы.

Аверкиева Наталья  
обложка книги Я сделаю с тобой все, что захочу Я сделаю с тобой все, что захочу

Когда у Виолы появился новый поклонник, подруги не скрывали своей зависти – по Карло вздыхали все старшеклассницы. Но он выбрал ее – независимую, дерзкую, не привыкшую лезть за словом в карман. Влюбился без памяти. Чтобы жениться на Виоле, ему пришлось преодолеть яростное сопротивление матери, мечтавшей о более выгодной партии для сына.

Казалось, они нашли друг друга и будут счастливы всегда. Внимательный и заботливый Карло был образцовым мужем Виоле и стал идеальным отцом родившейся вскоре Луче. Его ни о чем не надо было просить – он сам рвался купать и кормить дочку с ложечки, гулял с ней, а когда она подросла, помогал делать уроки, читал книжки, водил в театры и музеи. Отец и дочь настолько сблизились, что Виола стала чувствовать себя в семье третьей лишней.

… Известие о несчастье застало Виолу далеко от дома, в чужой постели. Нужно срочно мчаться в больницу. Гонка со временем, в которой на кону оказалась жизнь Луче, приведет к неизбежному – Виоле придется открыть свою тайну, которую она хранила от мужа и дочери все эти годы…

Раттаро Сара  
обложка книги Ящик Пандоры Ящик Пандоры

Роман, действие которого происходит в постперестроечные годы в Латвии, в бывшем курортном, а теперь безнадежно захолустном городе Юрмале, где сложно переплетаются судьбы и поступки самых разных людей – от талантливого художника до новых буржуа и тех, кто их обслуживает, посвящен любви, той роли, которую играет она в нашей жизни, и тем проблемам, которые она с собой приносит. Произведение адресовано широкому кругу читателей

Ольбик Александр Степанович  
обложка книги Я не могу проиграть (СИ) Я не могу проиграть (СИ)

Развод родителей разрушил уютный мир шестнадцатилетней школьницы. Не в силах простить предательство матери, полюбившей другого мужчину, и понять самоубийство отца, Виктория уходит из дома, чтобы начать собственную жизнь. Уговорив одноклассника Вадика, влюбленного в нее, она бросает школу и организует свой собственный бизнес. Она не сдается, когда Вадик выходит из игры и во всем мире нет ни одного человека, который мог бы ей помочь. Неожиданно в жизнь Виктории приходит новая любовь — Сергей. Их отношения складываются непросто, но именно собственные ошибки помогают ей понять предательство матери и поддержать ее в трудный момент. Это роман о вере в себя, силе воли и умении справляться с трудностями. Победив себя, свой страх перед жизнью, Виктория, несмотря на свой юный возраст, сумела достичь своей мечты.

Лисицына Татьяна Юрьевна  
обложка книги Я умею прыгать через лужи. Рассказы. Легенды Я умею прыгать через лужи. Рассказы. Легенды

В автобиографической повести известного австралийского писателя Алана Маршалла «Я умею прыгать через лужи» раскрывается картина жизни Австралии начала XX века. Герой повести Алан — сын смелого объездчика диких лошадей. С раннего возраста Алан мечтает стать таким же, как отец, но после тяжелой болезни его ноги перестают служить ему.

Издание также содержит рассказы и легенды автора.

Маршалл Алан  
обложка книги Я исповедуюсь Я исповедуюсь

Впервые на русском языке роман выдающегося каталонского писателя Жауме Кабре «Я исповедуюсь». Книга переведена на двенадцать языков, а ее суммарный тираж приближается к полумиллиону экземпляров. Герой романа Адриа Ардевол, музыкант, знаток искусства, полиглот, пересматривает свою жизнь, прежде чем незримая метла одно за другим сметет из его памяти все события. Он вспоминает детство и любовную заботу няни Лолы, холодную и прагматичную мать, эрудита-отца с его загадочной судьбой. Наиболее ценным сокровищем принадлежавшего отцу антикварного магазина была старинная скрипка Сториони, на которой лежала тень давнего преступления. Однако оказывается, что история жизни Адриа несводима к нескольким десятилетиям, все началось много веков назад, в каталонском монастыре Сан-Пере дел Бургал, а звуки фантастически совершенной скрипки, созданной кремонским мастером, магически преображают людские судьбы. В итоге мир героя романа наводняют мрачные тайны и мистические загадки, на решение которых потребуются годы.

Кабре Жауме  
обложка книги Я чувствую себя гораздо лучше, чем мои мертвые друзья Я чувствую себя гораздо лучше, чем мои мертвые друзья

Блестяще написанная, по-французски жизнеутверждающая книга с духом свободы, которому позавидовал бы Че Гевара. Чувственно, трогательно, романтично!

Можно ли безнаказанно похитить восемь человек из дома престарелых? Миловидной Бланш, которая вела там литературный кружок, вместе с читателем предстоит узнать эту и множество других тайн романа. Чем закончится побег, а также кто и зачем его устроил? Да и у самой Бланш есть тайна: ее отец ушел из семьи, когда она была совсем маленькой, и произошло это как в стихотворении Жака Превера Утренний кофе. Кто поможет ей справиться с ситуацией, особенно когда ее возлюбленный покидает ее точно так же?

Отличный образец маленькой французской прозы. Удивительная пропорция чувственности, сказочности и реалистичности… Настоящий шедевр.

Шока Вивиан  
обложка книги ЯПОНИЯ БЕЗ ВРАНЬЯ исповедь в сорока одном сюжете ЯПОНИЯ БЕЗ ВРАНЬЯ исповедь в сорока одном сюжете

Япония — загадочное место на островах в Тихом океане с богатой культурой и развитой экономикой. Разумеется, всем что-то известно об этой «Стране восходящего солнца»: самураи, время от времени делавшие себе харакири, суши и палочки, которыми их едят, гейши и хокку, икебана и оригами, а также аниме, высокие технологии, цунами… Но какая же она на самом деле — настоящая Япония?

Писатель и журналист Юра Окамото, проживший там девятнадцать лет и прочувствовавший японскую культуру изнутри, пытается дать ответ на этот вопрос. Впрочем, по его словам, книга предназначена «для тех, кому интересный вопрос ближе, чем правильный ответ».

Многие тексты, из которых составлена эта книга, впервые появились в журнале «Сноб», и автор сердечно благодарит редакцию и читателей-участников проекта, без которых эта книга бы не состоялась.


Окамото Юра  
Як ховають у Запоріжжі у лютому 2006 року Шинкаренко Олег  
обложка книги Я в Лиссабоне. Не одна[сборник] Я в Лиссабоне. Не одна[сборник]

"Секс является одной из девяти причин для реинкарнации. Остальные восемь не важны," — иронизировал Джордж Бернс: проверить, была ли в его шутке доля правды, мы едва ли сумеем. Однако проникнуть в святая святых — "искусство спальни" — можем. В этой книге собраны очень разные — как почти целомудренные, так и весьма откровенные тексты современных писателей, чье творчество объединяет предельная искренность, отсутствие комплексов и литературная дерзость: она-то и дает пищу для ума и тела, она-то и превращает "обычное", казалось бы, соитие в акт любви или ее антоним. "Искусство Любить", или Ars Amandi, — так называли в эпоху Ренессанса искусство наслаждения. Читайте. Наслаждайтесь.

(Наталья Рубанова)

Вишневский Януш, Чэнь Мастер, Нарбикова Валерия, Нова Улья, Киргетова Лия, Шаргунов Сергей Александрович, Лорченков Владимир Владимирович, Кудрявцев Александр, Дагович Татьяна, Левенталь Вадим Андреевич, Харченко Вячеслав Анатольевич, Ахмедова Марина Магомеднебиевна, Зорин Иван Васильевич, Розина Татьяна, Кропоткин Константин Николаевич, Арутюнова Каринэ, Рубанова Наталья Федоровна, Рыбакова Мария Александровна, Меклина Маргарита Маратовна, Бычков Андрей Станиславович, Срибна Модеста, Епифанцев Денис, Шевченко Ганна, Веткин Илья  
обложка книги Я была здесь Я была здесь

В основу романа Гейл Форман легла реальная история Сьюзи Гонсалес, девушки, чья жизнь оборвалась трагически и внезапно. Когда Мэг, лучшая подруга Коди, решается на самоубийство, жизнь маленького городка меняется. Причину ее поступка ищут все – любящие родители, друзья и маленький брат. Не может смириться с утратой и Коди. Они были вместе с самого детства – как же она могла не заметить, что Мэг нужна помощь? Чтобы разобраться в случившемся, Коди едет в университетский городок, где еще совсем недавно жила Мэг. Там Коди понимает, что ей было известно о подруге далеко не все. Она ничего не знала о ее новых друзьях, о Бене, юноше с гитарой и насмешливой улыбкой, и – главное – о зашифрованном файле, который Мэг старательно прятала…

Форман Гейл  
Я попал в Гп!

Попытка показать что знание канона особо не помогает. В итоге не слишком удавшаяся. Закончен.

Балкаров Михаил Александрович  
Я и моя Мура

История о кошкодевочке и её хозяине.

Деревянко Юрий Владимирович  
обложка книги Я сделала приворот, или Мужчина, мое сердце свободно Я сделала приворот, или Мужчина, мое сердце свободно

Как устроить личную жизнь целеустремленной, но небогатой девушке? Конечно, выйти замуж за олигарха! Так решила талантливая художница Наталья и, не теряя времени зря, пустилась на поиски богатого мужа. Первым делом она отправилась к бабке-знахарке за любовным приворотом, не подозревая, каким кошмаром может для нее обернуться это на ее взгляд пустяковое дело…

Шилова Юлия Витальевна  
обложка книги Я сын батрака. Книга 1 Я сын батрака. Книга 1

Автобиографический роман писателя Семена Кондратьевича Чухлебова.

Чухлебов Семен Кондратьевич  
обложка книги Я знаю, ты где-то есть Я знаю, ты где-то есть

В детстве Ноам пережил страшную трагедию – на его глазах погибла мать, и он считал, что виноват в ее гибели.

Долгие годы он жил в аду – его мучили непреходящее чувство вины и страх смерти.

Чтобы освободиться от кошмара, он обращается к Линетт Маркюс – психотерапевту, чья методика далека от традиционной.

Ноаму предстоит пройти настоящий квест, и он не знает, что ждет его на финише. И тем более он не догадывается, что не только врачебным долгом объясняется стремление Линетт во что бы то ни стало помочь ему.

Коэн Тьерри  
обложка книги Я не такая. Девчонка рассказывает, чему она «научилась» Я не такая. Девчонка рассказывает, чему она «научилась»

Создательница, сценарист и исполнительница главной роли американского сериала «Девочки» Лина Данэм стала голосом нового поколения — тех, кому сейчас чуть больше двадцати пяти. Ее книга «Я не такая» — честный, иногда шокирующий, ироничный и умный рассказ о том, каково это — быть молодой девушкой во втором десятилетии XXI века. По жанру это похоже на дневник, в котором есть и воспоминания о детстве, и рассказ о недавних событиях, о людях рядом и мире вокруг.

Данэм Лина  
Я просто позвонил сказать... Толмачева Ольга Алексеевна  
Я вижу тебя насквозь

«Когда люди исчезают, всегда остается шанс встретить их вновь. Ливень так силен, что демон-любовник почти ничего не видит. Ему кажется, что он по-прежнему держит направление к навесу, а не к озеру. За шумом дождя слышен какой-то другой шум. Вой»

Линк Келли  
обложка книги Як пакахаць ружу Як пакахаць ружу

Кніга літаратурна-крытычных артыкулаў Сяргея Кавалёва прысвечана маладой беларускай паэзіі 80-х гадоў. Многія з паэтаў, пра творчасць якіх ідзе гаворка ў кнізе, выклікалі небеспадстаўную прыхільнасць у крытыкаў і зацікаўленасць у чытачоў: Леанід Дранько-Майсюк, Алег Мінкін, Галіна Вулыка, Адам Глобус, Анатоль Сыс і іншыя.

Кавалёў Сяргей  
обложка книги Я знаю, что будет завтра Я знаю, что будет завтра

Считается, что в Природе всё взаимосвязано. Но, распространяется ли этот закон на Время? Рэй Бредбери считал, что распространяется. В одном его рассказе, раздавленная в Меловом периоде бабочка, изменяет результаты президентских выборов в наше время. Но, так ли это на самом деле? Влияет ли совершённое нами в Прошлом на наше Настоящее? И не повлияет ли совершённое нами в Настоящем на Будущее? От кого это зависит и какие кровавые плоды нам придётся пожинать?

Уиллоу Мартин  
Я иду искать

…Вампиры существуют. Вампиры действительно существуют.

Николаева Ольга  
обложка книги Я вернулся Я вернулся Федотов Михаил  
обложка книги Я уже не боюсь Я уже не боюсь

17-летний школьник Миша Карасин занят обычными для большинства его сверстников вещами — спортом, девушками, дискотеками, прогулками и дворовыми посиделками. Близится конец учебного года, и будущее кажется безоблачным, а беззаботная жизнь — бесконечной, как грядущие каникулы.

Радость от наступающего лета сменяется шоком, когда отец Миши внезапно умирает. Справиться с болью помогает неожиданно обретенная любовь, и Мише кажется, что жизнь все еще может быть прежней. Однако новая трагедия лишает его любимой девушки, и эта сокрушительная двойная потеря грозит привести к непоправимым последствиям. За растянувшееся в целую эпоху лето Мише, бросающемуся из одной опасной крайности в другую и отчаянно пытающемуся устоять на ногах в навсегда переменившемся мире, предстоит открыть в себе много неожиданных черт, подойти к самому краю и, наконец, обрести себя заново, получив надежду на будущее.

Козлов Дмитрий Александрович  
обложка книги Явление чувств Явление чувств

"О чём ты думаешь, когда падают листья?..

Отчего... отчего так кружится голова? Я ещё мал, я ещё очень мал... отчего так кружится голова? Меня оплетают, оплетают цветастые ленты круговорота, и в его пространстве, в этом призрачном коконе, обнимающем чувства и плоть, прямо напротив меня, близко-близко... кажется, близко-близко её – но ведь я ещё очень мал – её разинутый рот. Он смеётся, и я словно наг перед этой разорванной смехом мякотью губ и словно льну, льну к этой раздвоенной мякоти губ. И в это наше пространство – моих глаз, её рта – обильно льётся лазурь... и обдаёт, обдаёт мою наготу нежностью и напитывает, напитывает нежностью нежность во мне, какую-то новую, непонятную нежность во мне...

– Юля! – голос Юлиной тёти нарушает кружение... обращает радужный призрак в смазанные витражи осени... разжимает Юлины пальцы и роняет нас потерявшихся (как осень – растерявшиеся листья) на остывшие листья, стеклянные листья.

– Юля!

Мы очнулись и поднимаемся на шатких ногах, и шарахаемся – случайно друг к другу – на шатких ногах. Что-то коснулось меня – но ведь я ещё очень мал – что-то неосязаемое, но волнующее плоть коснулось меня... Я знаю запах травы и пруда, и яблочный запах веранды, и жужжащий запах помойки в овраге. Они трогают нервы и отпускают, и забываются, чтобы однажды припомниться. Что-то коснулось меня и отозвалось во мне – но ведь я ещё очень мал – отозвалось во мне невыносимостью терпеть что-то в себе...

– Пока! – говорит она, смеётся она... и уходит. И уходит то, что коснулось меня. И во мне остаётся то, что коснулось меня. Это то – но ведь я ещё очень мал – это то, как она... как пахнет она... как пахнет она нагая..."

Братья Бри  
обложка книги Ящерица Ящерица

В книгу вошли рассказы современной японской писательницы Бананы Ёсимото. Ее прозу отличают легкость слога и необычайная психологическая глубина. Мистическое и реальное переплетаются на страницах книги, приоткрывая читателю тайны бытия, а мир вещей наделяется новым смыслом и сутью.


Перевод с японского — Elena Baibikov.

Ёсимото Банана Сборник рассказов «Ящерица», Short story collection «Lizard», Ящерица  
Яйцо кукушки. Миллиард ударов Станкевич Юрий  
обложка книги Я - эмоциональное создание Я - эмоциональное создание

Всемирно известная писательница и сценарист, основательница движения против насилия над женщинами и детьми посвятила свою книгу девушка-тинейджерам, их психологии и проблемам. Желая понять причины и мотивы их поведения, она создала новаторское по форме и во многом провокационное произведение.

Энцлер Ив  
обложка книги Я подарю тебе солнце Я подарю тебе солнце

Выход дебютного романа Дженди Нельсон ознаменовал появление в современной молодежной литературе нового и талантливого дарования.

Второй роман писательницы «Я подарю тебе солнце» моментально занял первые строчки в списках бестселлеров. Книга стала лидером продаж в 32 странах, была удостоена всех возможных наград и принесла Дженди Нельсон мировую известность, а права на экранизацию куплены задолго до выхода книги.

Ноа и Джуд. Брат и сестра, такие разные, но самые близкие друзья на свете. До тех пор, пока страшная семейная трагедия не разлучила их. Спустя три года они встретились снова. Какие испытания им предстоит пройти, чтобы научиться снова понимать друг друга?

Это роман о дружбе и предательстве, творчестве и поисках себя и конечно же о любви во всех ее проявлениях.

Нельсон Дженди  
обложка книги Язычник Язычник

Александр Кузнецов родился в 1963 году. Окончил журфак МГУ, работал на Дальнем Востоке. Печатался в периодике. Лауреат премии им. Андрея Платонова. Живет в Туле.

В «ДН» публикуется впервые.

Кузнецов-Тулянин Александр Владимирович  
обложка книги Язычник Язычник

Александр Кузнецов родился в 1963 году. Окончил журфак МГУ, работал на Дальнем Востоке. Печатался в периодике. Лауреат премии им. Андрея Платонова. Живет в Туле.

В «ДН» публикуется впервые.

Александр Кузнецов родился в 1963 году. Окончил журфак МГУ, работал на Дальнем Востоке. Печатался в периодике. Лауреат премии им. Андрея Платонова. Живет в Туле.

В «ДН» публикуется впервые.

Самой значительной и самой серьезной книгой автора можно, без всяких оговорок, считать роман "Язычник" ("Дружба народов", № 9).

Сам автор определяет жанр как "этнографический роман". Намерения его понятны - автор как бы уходит от тех обобщений, на которые наталкивает строй его текста. Он нарочито "снижает" значимость собственного замаха - дескать, показана не картина жизни вообще, а только очень и очень частный ее случай. Или даже: такое видение - видение сугубо субъективное, в ином ракурсе бытие может выглядеть и совершенно иначе...

...Место действия - Южные Курилы, рыбацкий поселок, населенный разношерстным людом. Все насельники, однако, имеют одно общее свойство - негладкую, неблагополучную судьбу. Все здесь в каком-то смысле перекати-поле без роду и племени: смесь представителей всех возможных национальностей и социальных прослоек, оторвавшихся от традиций и корней, образовала странный конгломерат какого-то человеческого планктона. Даже близкородственные связи здесь не прочны, будто в еще только формирующемся, не вполне цивилизованном племени...

...Жизнь здесь поэтому и воспринимается как сиюминутность - и как неделимый поток, где одно сменяется другим. Все вокруг точно нарочно метафоризирует нерасторжимую взаимосвязь жизни и смерти - и косяки рыб, ежегодно идущих на нерест, чтобы дать жизнь и погибнуть. И сама работа рыбаков и браконьеров, когда жизнь людей зависит от тонн и центнеров убитой рыбы и когда за эти тонны и центнеры приходится платить человеческой жизнью (а это происходит достаточно часто), накладывает на восприятие особый отпечаток...

...Обрамляющих сюжет метафор много. И главная из них - метафора океана, исполненного грозной, уничтожающей и одновременно животворящей и гармонической силы. Красота и естественность всей окружающей природы и одновременно ее равнодушная невозмутимость к вечному круговращению жизни служит и антитезой миру преходящих человеческих страстей и как бы принимает эти страсти как естественный элемент жизни, опровергая тем самым "уникальность", "незаурядность" каждой отдельной вспышки. Эта противоречивость и неоднозначность, исключающая возможность любой окончательной оценки, - составляют одно из главных достоинств романа. За этим образным строем ясно прослеживается настоящая философия - не как отвлеченное умствование, но прежде всего - как тип восприятия бытия, как способ созерцания мира. Второе важное его достоинство - чрезвычайно образное и плотное письмо, плюс тончайший слух автора к устной речи персонажей и редкая наблюдательность к детали.

Кузнецов-Тулянин Александр Владимирович  
обложка книги Яма слепых. Белая стена. Рассказы Яма слепых. Белая стена. Рассказы

Антонио Алвес Редол — признанный мастер португальской прозы. В книгу включены один из его лучших романов «Яма слепых», рассказывающий о крушении социальных и моральных устоев крупного землевладения в Португалии в первой половине нашего столетия, роман «Белая стена» и рассказы.

Редол Антонио Алвес  
обложка книги Язва Язва

«…Андрей сел за скрипнувший от неожиданности стол, оглядел старенькие стеллажи темного дерева, от пола до потолка укрывшие стены и от пола до потолка набитые корешками переплетов, втянул библиотечный воздух и даже зажмурился от предвкушения. Студент… Я студент. Взрослая жизнь, настоящая жизнь, несбыточным миражом сверкавшая где-то впереди весь проклятый последний школьный год, все тревожное абитуриентское лето, настала. Новые, не обкатанные языком слова – стипендия, аудитория, семинар – звучали как заклинания, вызывающие волшебство, которое вот-вот должно случиться.

Волшебство случилось – в читалку вошла длинноволосая девица с красивым злым лицом и брякнулась впереди, спиной к Андрею…»

Маленков Александр  
Я сидела в комнате одна Убийцева В Д  
обложка книги Якоб-старьевщик Якоб-старьевщик

Из сборника «Современная швейцарская новелла».

Диггельман Вальтер Маттиас  
обложка книги Я люблю Будду Я люблю Будду

Токио, вторая половина 90-х. История Организации Нео-Гейш, культа секса и смерти, в основу которого положена антипотребительская, гедонистическая, суббуддистская идеология. Культ возглавляет Хиеко, уроженка Запада, одержимая философией Востока и воспламеняемыми различными веществами сексуальными оргиями. Ее последовательницы — молодые красивые женщины, чье любопытство приводит их в Токио для работы в залитых неоновым светом хостесс-барах.

Рафаэль Хилари  
обложка книги Я любил тебя больше Я любил тебя больше

Из предисловия к сборнику «Ураган Фомича»

« ...Увиденное автором поражает своей точностью, пронзительностью. Галерея женских портретов, как говорится, „бьет по мозгам“. Те ужасы (и запретные радости) нашей жизни, о которых многие лишь слышали, проходят перед нами в этой книге. И портрет самого героя нарисован с небывалой для нашей литературы откровенностью: городской плейбой, ищущий приключений, а находящий трогательные картины настоящей жизни, существующей, оказывается и на дне.»

Валерий Попов, председатель Союза писателей Санкт-Петербурга

Окунь Михаил  
обложка книги Я, Дикая Дика Я, Дикая Дика Гецеу Яна  
обложка книги Яйцо Яйцо

«Вечен дом смерти и беспощадна жизнь человеков. И никогда не отличат они загадок своих от разгадок. И не отвратят их от бед их ни живот их, ни власть, ни благочестие. Подточат болезни бренные тела. Кого-то ударит из-за угла подлец инфаркт, зашушукает, заурчит в грудях, да и разорвет фонтаном бессмысленное сердце...».

Бычков Андрей  
обложка книги Я, мои друзья и героин Я, мои друзья и героин

Автору было 12 лет, когда она стала принимать наркотики. Днем ходила в школу, вечером продавала себя, чтобы купить зелье. Школу она все-таки закончила, училась на продавщицу в книжном магазине. Когда вышла ее книжка «Мы дети вокзала Цоо», Кристина быстро превратилась в звезду кино и телевидения, стала завсегдатаем разнообразных ток-шоу.

Сейчас ей тридцать девять. Книга имеет огромный успех, переведена на многие языки; ее тираж в Германии перевалил за три миллиона.

Ф Кристиане  
Я хочу тебя… Сергеевич Варун Александр  
обложка книги Я приду плюнуть на ваши могилы Я приду плюнуть на ваши могилы

В основе романа история жестокой мести «белого негра» (то есть метиса с ярко выраженными чертами белого человека), Ли Андерсона, за линчевание и убийство его младшего брата с темной кожей, который посмел ухаживать за белой женщиной. В отместку Андерсон соблазняет двух юных дочерей богатого плантатора и затем, поведав им историю брата, умерщвляет сестренок. Герой уходит живым от преследования полиции.

Вот такой роман под именем Вернона Салливена появляется на прилавках парижских книжных магазинов в ноябре 1946 года, и, наверное, этот роман спокойно бы канул в Лету, разделив судьбу американских «оригиналов», если бы в феврале следующего года бдительный председатель французского общества «Морального и общественного действия» не подал на автора (точнее сказать, на переводчика, коим значился Борис Виан) в суд за оскорбление общественной нравственности. Судебный процесс, который затронул болезненную не только для Америки, но и Франции тему расизма, вызвал большой интерес общественности и, не нанеся Виану морального вреда, принес ему косвенно большую материальную выгоду: роман «Я приду плюнуть на ваши могилы» был распродан в количестве 120 000 экземпляров

Виан Борис  
Ядерная зима: путь к свободе

Пропагандируются: нездоровый цинизм, дискриминация по половому признаку, чуждые человечеству формы мышления и контролируемая шизофрения

Шеповалов Даня Рассказы Дани  
Я бы назвал ее Светлой Стронов В  
Як птушкi дуб ратавалi (на белорусском языке) Колас Якуб  
обложка книги Я жду вас всегда с интересом (Рассказы) Я жду вас всегда с интересом (Рассказы)

В книгу Виктора Голявкина «Я жду Вас всегда с интересом» вошли короткие лирические, юмористические, гротесковые новеллы, написанные автором в течение последних двадцати лет литературной работы.

В большинстве случаев рассказы сюжетны, и сюжет у Голявкина довольно острый и требует внимания читателя. Рассказы утверждают торжество добрых начал.

Голявкин Виктор  
Я, Бабушка, Илико и Илларион Думбадзе Нодар  
Яшар Джабарлы Джафар  
Ярость Джеронимо Кани  
Я спросил у ясеня Дедюхова Ирина  
Я послал тебе чёрную розу Жженов Георгий Степанович  
Я люблю тебя, Радиплана Злобин Анатолий  
Яков Пасынков Тургенев Иван  
Яма Куприн Александр  
Язычник Кузнецов-Тулянин Александр  
Я вечности не приемлю (Цветаева) Хакен Георг  
Я зашел к Николаю Петровичу просто так, без всякой цели Савицкий Дмитрий  
Янка з Падлесся (на белорусском языке) Хурсик Сымон  
Ящик для писателя Веллер Михаил  
Яеныть Попов Евгений  
Я, сын трудового народа Катаев Валентин  
Я призываю к ненависти (статьи) Толстой Алексей Николаевич  
Ядес Леонтьев Константин Николаевич  
Я и дитя Матрос Лариса  
обложка книги Яма Яма

Повесть «Яма» А.И.Куприн начал писать в 1909 году и завершил работу через шесть лет. Книга о жизни проституток вызвала скорее осуждение, чем сочувствие или понимание. Автора обвиняли в безнравственности и чрезмерном натурализме.

Один из героев «Ямы» говорит: «...Наши художники слова – самые совестливые и самые искренние во всем мире художники – почему-то до сих пор обходили проституцию и публичный дом. Почему? Право, мне трудно ответить на это. <...> Может быть, у них не хватает ни времени, ни самоотверженности, ни самообладания вникнуть с головой в эту жизнь и подсмотреть ее близко, без предубеждения, без громких фраз, без овечьей жалости, во всей ее чудовищной простоте и будничной деловитости. Ах, какая бы это получилась громадная, потрясающая и правдивая книга».

Куприн сумел создать книгу, действительно потрясающую своей правдивостью, и посвятил ее матерям и юношеству.

Куприн Александр Иванович  
Яблочки от Толстого Павлов Олег  
Яйцо Пепперштейн Павел  
'Я сам' на просторе Бэл Алберт  
Я родился в очереди Дружников Юрий  
Ядерный Вий Смирнов Алексей  
Ястреб и голуби Толстой Лев Николаевич  
Ящерица Володин Александр  
Як красназорцы зямлi сцуралiся (на белорусском языке) Бабареко Адам  
обложка книги Ягоды Ягоды Толстой Лев Николаевич  
обложка книги Язвительный Язвительный Лесков Николай Семёнович  
Я ожил - и вот се мертв Богданова Людмила  
Яму канцы (на белорусском языке) Аркуш Алесь  
Ярость, ярость и другие рассказы Кисина Юлия  
Я уже большая Климов В  
Я у меня в гостях Шленский Александр  
Я больше не летаю во сне Шленский Александр  
Я православный и не могу не защищать свои святыни Крупин Владимир  
обложка книги Я, сын трудового народа Я, сын трудового народа

Повесть В.Катаева "Я - сын трудового народа" отмечена стремлением показать историю страны через судьбу человека (1937). Ее действие происходит во время немецкой оккупации Украины в 1919, главными героями выступают фольклорные персонажи – бравый солдат Семен Котко и девица-краса Софья. Повествование, развертывающееся в стилистике народных сказов, насыщено описаниями украинских пейзажей, обрядов и обычаев, звуками украинской речи (на сюжет повести создана опера С.С.Прокофьева "Семен Котко", 1939).

Катаев Валентин Петрович  
Я был актером Федин Константин  
Я вернулся Федотов Михаил  
Я все-таки улечу с этой планеты Миронов Алексей  
Я пишу - лучше всех Переяслов Николай  
Я думал о том, как прекрасно все первое ! Хармс Даниил  
Я весь отдался северу Писахов Степан  
Я и мой телевизор Житинский Александр  
Яшка Короленко Владимир Галактионович  
Я обещала, и я уйду Козловский Евгений  
Я и жрецы Сорокин Дмитрий  
Я люблю тебя Голованивская Мария  
Ярмарка в Голтве Горький Максим  
Яков Богомолов Горький Максим  
Я ехала домой Горланова Нина  
Я курил ОСанчес  
Я смотрю в прошлое Олеша Юрий  
Я марыў стаць шпiёнам (на белорусском языке) Орлов Владимир  
Я - офеня Рубина Дина  
Я не любовник макарон, или Кое-что из иврита Рубина Дина  
Я пришел дать вам волю Шукшин Василий  
Яшка

В настоящее издание вошли избранные произведения русского писателя Федора Михайловича Решетникова (1841—1871), среди которых повесть «Подлиповцы» — о тяжелой жизни пермских крестьян и камских бурлаков, рассказы «Никола Знаменский», «Тетушка Опарина», «Очерки обозной жизни».

 Во второй том издания вошли романы «Глумовы» и «Где лучше?» о судьбах рабочего класса России XIX века. 


Решетников Федор Михайлович  
обложка книги «Я почему-то должен рассказать о том...»: Избранное «Я почему-то должен рассказать о том...»: Избранное

Высоко ценимый современниками Карл Карлович Гершельман (1899–1951), русский эмигрант, проживавший в Эстонии и Германии, почти неизвестен читателю дней. Между тем это был разносторонне талантливый человек — литератор и художник, с успехом выступавший как поэт, прозаик, драматург, критик, автор философских эссе, график и акварелист. В книге, которую Вы держите в руках, впервые собраны под одним переплетом стихи, миниатюры, рассказы, пьесы, эссе, литературно-критические и историко-литературные статьи К. К. Гершельмана, как ранее публиковавшиеся на страницах давно ставших раритетами газет и журналов, так и до сих неопубликованные (печатаются по автографам, хранящимся в архиве писателя).

Гершельман Карл Карлович  
обложка книги Я вижу солнце Я вижу солнце

В книгу вошли два произведения известного грузинского писателя Н. В. Думбадзе (1928–1984): роман «Я вижу солнце» (1965) – о грузинском мальчике, лишившемся родителей в печально известном 37-м году, о его юности, трудной, сложной, но согретой теплом окружающих его людей, и роман «Не бойся, мама!» (1969), герой которого тоже в детстве потерял родителей и, вырастая, старается быть верным сыном родной земли честным, смелым и благородным, добрым и милосердным.

Думбадзе Нодар  
обложка книги Я угнал машину времени Я угнал машину времени

Повести и рассказы, вошедшие в эту книгу, могут быть отнесены к жанру иронической фантастики с элементами иронического детектива. Поэтому в книге действуют пришельцы, ушельцы, инспекторы полиции, преследующие преступников, а также путешественники по огромным космическим и бесконечно малым микроскопическим мирам.

Кривин Феликс Давидович  
обложка книги Я хочу рассказать вам Я хочу рассказать вам Лермонтов Михаил Юрьевич  
обложка книги Язык, который ненавидит Язык, который ненавидит

Драгоценная книга, единственная в своем жанре, выходящая на уровень прозы Варлама Шаламова. Чудовищность этих рассказов нормальна, мы привыкли) — но это большая литература. К фантастике она отношения не имеет, но есть в этой книге «Приложение первое» — «История отпадения Нидерландов от Испании» (написано в соавторстве с Л. Гумилевым на блатном языке, но от этого стало только лучше). Если есть на этом языке великая литература, то перед нами образец таковой. А поскольку подлинный сюжет совершенно мифологизирован («…На Альбу пахали епископы и князья, в ставке шестерили графьья и генералы, а кто махлевал, тот хагинался. Он самых высоких в кодле брал на оттяжку… — и т. д.).

Так и вспоминаешь диалог Ваги Колеса с Доном Рэбой («С нами габузиться вам не сростно»).

Словом, во что ценю эту книгу, то и ставлю. Все остальные книги того же автора она, мне кажется, перевесит. Даже вместе взятые.

Снегов Сергей  
обложка книги Январские ночи Январские ночи

Повесть «Январские ночи» рассказывает о соратнице В.И.Ленина, знаменитой революционерке Розалии Самойловне Землячке.

Овалов Лев Сергеевич  
Я — не Я

Некий обычный и ничем не примечательный человек вдруг приобретает удивительную способность меняться телами с другими людьми, чем ему приходится занимается на протяжении всего романа, становясь то подпольным миллионером, то поп-звездой, то опустившимся алкоголиком. С этого-то и начинаются его мытарства...

Хорошо написанная книга размышлений о жизни, размышлений, хотя и не слишком глубоких, но и не претендующих на априорную правоту.

Слаповский Алексей  
Я в(ь) я Драгомощенко Аркадий  
Ях. Дневник чеченского писателя

Origin: «Радио Свобода»

Султан Яшуркаев вел свой дневник во время боев в Грозном зимой 1995 года.

Султан Яшуркаев (1942) чеченский писатель. Окончил юридический факультет Московского государственного университета (1974), работал в Чечне: учителем, следователем, некоторое время в республиканском управленческом аппарате. Выпустил две книги прозы и поэзии на чеченском языке. «Ях» – первая книга (рукопись), написанная по-русски. Живет в Грозном.

Яшуркаев Султан  
обложка книги Я помню, любимая, помню… Я помню, любимая, помню…

Сергей Есенин – русский поэт, тонкий лирик, мастер психологического пейзажа, представитель новокрестьянской поэзии, а позднее имажинизма – писал пронзительные стихи о любви. «…земля русская не производила ничего более коренного, естественно уместного и родового, чем Сергей Есенин…» – писал Борис Пастернак. В книге представлены самые популярные, любимые многими, почти народные, стихи поэта.

Есенин Сергей Александрович  
обложка книги Яков Емельянович Шушерин и современные ему театральные знаменитости Яков Емельянович Шушерин и современные ему театральные знаменитости

«В начале 1807 года оставил я Казанский университет и получил аттестат с прописанием таких наук, какие я знал только понаслышке и каких в университете еще не преподавали. Этого мало: в аттестате было сказано, что в некоторых „оказал я значительные успехи“, а некоторыми „занимался с похвальным прилежанием“. Вместе с моим семейством отправился я по последнему зимнему пути в Оренбургскую губернию, в мое любимое Аксаково, которое тогда не называлось еще селом Знаменским…»

Аксаков Сергей Тимофеевич Воспоминания  
обложка книги Ябеда Ябеда

«Так именно: процесс на шею навязался;

Я от него уйти хоть всячески старался,

Мирился, уступал, но потерял весь труд.

И так уездный уж и верхний земский суд

Прошед, где моему не льстили супостату,

Вступило дело к вам в Гражданскую палату…»

Капнист Василий Васильевич  
обложка книги Яблоня во дворе Яблоня во дворе

Юные герои Анатолия Алексина впервые сталкиваются со «взрослыми», нередко драматическими проблемами. Как сделать правильный выбор? Как научиться понимать людей и самого себя? Как войти в мир зрелым, сильным и достойным человеком?

Алексин Анатолий Георгиевич  
обложка книги Яркая жизнь Яркая жизнь

«Из всех театральных знаменитостей моей юности дольше других оставалась в живых А. А. Бренко. На моих глазах полвека сверкала ее жизнь в непрерывной борьбе, без минуты покоя. Это был путь яркой кометы, то ослепительной в зените, то исчезавшей, то снова выплывавшей между облаками и снова сверкавшей в прорывах грозовых туч…»

Гиляровский Владимир Алексеевич  
обложка книги Яд большевизма Яд большевизма

«Доклад профессора И. А. Ильина 30 апреля в Главном совете Российского центрального объединения был последним чтением профессора И. А. Ильина в Париже, уже после того, как его публичные доклады, собиравшие каждый раз полные залы слушателей, создали для русского Парижа «ильинские дни»…»

Лукаш Иван Созонтович  
обложка книги Янычар, или Жертва междоусобия Янычар, или Жертва междоусобия

«Зарево пожара золотило черные тучи, носившиеся над Царем-градом, и отражаясь в тихих струях Босфора, светлую воду уподобляло огненной лаве; пламя с треском пожирало жилища смиренных граждан, и волнами переливаясь по кровлям, угрожало превратить в пепел гордую столицу Востока. Черный дым, виясь клубами, оседал, расстилался по земле, или вдруг поднимался на воздух и столпами возносился к облакам. Ветер внезапными порывами раздирал черную завесу дыма и облаков, и обнажал луну, которая, как кровавое пятно, светилась на небе, к ужасу суеверных мусульман…»

Булгарин Фаддей Венедиктович  
обложка книги Ян Декерт Ян Декерт

«В 1789 году начался так называемый великий сейм; два вопроса занимали его главным образом: один – как добыть денег на содержание войска, другой – какой учредить в Польше образ правления, который был бы прочен, утвердил бы общее спокойствие и пришёлся всем по сердцу. В это время явился в Польше новый деятель: это был Ян Декерт...»

Карнович Евгений Петрович  
обложка книги Ян Собеский под Веною Ян Собеский под Веною

«Король и войско были утомлены, и по удалении турков они расположились на отдых в захваченном ими турецком лагере. Король занял ставку визиря и тотчас же принялся писать письмо к своей дорогой Марусе. В этом письме Ян III передавал своей жене все подробности славного боя и упомянул, что турецкий лагерь был так обширен, как Львов или Варшава. Слова короля были вполне справедливы, потому что лагерь Кара-Мустафы мог вместить в себе не только трёхсоттысячное турецкое войско, но и огромный турецкий обоз, а также множество пленников, захваченных турками. Когда же в этом лагере расположилось польское войско с вспомогательными отрядами имперских князей, то в общей сложности вся армия Собеского заняла только четвёртую часть турецкого лагеря. Это обстоятельство ясно показывало какой неравный бой выдержал Ян III под Веною...»

Карнович Евгений Петрович  
обложка книги Я, сын трудового народа Я, сын трудового народа

Повесть В.Катаева "Я - сын трудового народа" отмечена стремлением показать историю страны через судьбу человека (1937). Ее действие происходит во время немецкой оккупации Украины в 1919, главными героями выступают фольклорные персонажи – бравый солдат Семен Котко и девица-краса Софья. Повествование, развертывающееся в стилистике народных сказов, насыщено описаниями украинских пейзажей, обрядов и обычаев, звуками украинской речи (на сюжет повести создана опера С.С.Прокофьева "Семен Котко", 1939).

Катаев Валентин Петрович  
обложка книги Я вернулся Я вернулся Федотов Михаил  
обложка книги Я пришел дать вам волю Я пришел дать вам волю

Роман «Я пришел дать вам волю» – это широкое историческое полотно, содержащее правдивый рассказ о сложных и драматические перипетиях крестьянского восстания под водительством атамана Степана Разина. Произведение это отличается напряженностью повествования, яркими образами героев, и прежде всего Степана Разина, колоритным языком. В. Шукшин мастерски рисует размах Крестьянской войны, показывает ее роль в формировании героических черт русского национального характера.

Шукшин Василий Макарович  
обложка книги Яшка-лось Яшка-лось Астафьев Виктор  
обложка книги Ясным ли днем Ясным ли днем Астафьев Виктор  
обложка книги Язык, который ненавидит Язык, который ненавидит

Драгоценная книга, единственная в своем жанре, выходящая на уровень прозы Варлама Шаламова. Чудовищность этих рассказов нормальна, мы привыкли) — но это большая литература. К фантастике она отношения не имеет, но есть в этой книге «Приложение первое» — «История отпадения Нидерландов от Испании» (написано в соавторстве с Л. Гумилевым на блатном языке, но от этого стало только лучше). Если есть на этом языке великая литература, то перед нами образец таковой. А поскольку подлинный сюжет совершенно мифологизирован («…На Альбу пахали епископы и князья, в ставке шестерили графьья и генералы, а кто махлевал, тот хагинался. Он самых высоких в кодле брал на оттяжку… — и т. д.).

Так и вспоминаешь диалог Ваги Колеса с Доном Рэбой («С нами габузиться вам не сростно»).

Словом, во что ценю эту книгу, то и ставлю. Все остальные книги того же автора она, мне кажется, перевесит. Даже вместе взятые.

Снегов Сергей  
обложка книги Я догоню вас на небесах (сборник) Я догоню вас на небесах (сборник)

Заглавная повесть известного ленинградского писателя Радия Погодина, написанная на автобиографическом материале, исполнена высокой человеческой чистоты и доброты, которую автор встречал и в далеком детстве, и в страшные годы войны. Он верен памяти друзей, тех, кто не дожил до сегодняшних дней.

http://ruslit.traumlibrary.net

Погодин Радий Петрович  
Я, следователь.. Вайнер Георгий, Вайнер Аркадий  
обложка книги Я тебе верю Я тебе верю

Библиотека пионера, том VIII

Из послесловия:

...произведения Ю.Томина помогут вам совершить увлекательное путешествие в далекие края...

Сергей Баруздин
Томин Юрий Геннадьевич  
обложка книги Яичница Яичница

Библиотека пионера, том VIII

Из послесловия:

...произведения Ю.Томина помогут вам совершить увлекательное путешествие в далекие края...

Сергей Баруздин
Томин Юрий Геннадьевич  
обложка книги Ядро ореха Ядро ореха Ахунов Гариф  
обложка книги Я сделал выбор (Записки курсанта школы милиции) Я сделал выбор (Записки курсанта школы милиции)

О первых шагах в милиции молодых ребят, в прошлом рабочих и колхозников, повествует книга Евгения Березикова. В ней рассказывается о том, с какими трудностями сталкиваются те, кто впервые надевает милицейский мундир, о первых поединках, просчетах и успехах курсанта школы милиции комсомольца Алексея Яхонтова, рабочего одного из ташкентских заводов, от имени которого и ведется повествование.

Березиков Евгений Ефимович  
обложка книги Ягодные места Ягодные места

Роман "Ягодные места" (1981) увлекательный и необычный, многослойный и многохарактерный. Это роман о России и о планете Земля, о человечестве и человеке, об истории и современности.

"Куда движется мир?" — этот главный вопрос всегда актуален, а литературное мастерство автора просто не может не удивить читателя. Евтушенко и в прозе остается большим настоящим поэтом.

Евтушенко Евгений  
обложка книги Японский пейзаж Японский пейзаж

Шесть путников совершают паломничество к священному озеру. Они идут рядом, но каждый — своим путем…

Ким Роман Николаевич  
обложка книги Я смотрю на звезды Я смотрю на звезды Канович Григорий  
обложка книги Я встану справа Я встану справа

Борис Володин — прозаик, работающий в научно-художественной литературе. В эту книгу вошли его биографический роман «Мендель», повесть «Боги и горшки» — о И. П. Павлове. Кроме того, Б. Володин — сам врач по профессии — посвятил благородному труду медиков повести «Я встану справа» и «Возьми мои сутки, Савичев!»

Володин Борис Генрихович  
обложка книги Ясные дали Ясные дали Андреев Александр Дмитриевич  
обложка книги Я люблю Я люблю

Авдеенко Александр Остапович родился 21 августа 1908 года в донецком городе Макеевке, в большой рабочей семье. Когда мальчику было десять лет, семья осталась без отца-кормильца, без крова. С одиннадцати лет беспризорничал. Жил в детдоме.

Сознательную трудовую деятельность начал там, где четверть века проработал отец — на Макеевском металлургическом заводе. Был и шахтером.

В годы первой пятилетки работал в Магнитогорске на горячих путях доменного цеха машинистом паровоза. Там же, в Магнитогорске, в начале тридцатых годов написал роман «Я люблю», получивший широкую известность и высоко оцененный А. М. Горьким на Первом Всесоюзном съезде советских писателей.

В последующие годы написаны и опубликованы романы и повести: «Судьба», «Большая семья», «Дневник моего друга», «Труд», «Над Тиссой», «Горная весна», пьесы, киносценарии, много рассказов и очерков.

В годы Великой Отечественной войны был фронтовым корреспондентом, награжден орденами и медалями.

В настоящее время А. Авдеенко заканчивает работу над новой приключенческой повестью «Дунайские ночи».

Авдеенко Александр Остапович  
обложка книги Я люблю Я люблю

Авдеенко Александр Остапович родился 21 августа 1908 года в донецком городе Макеевке, в большой рабочей семье. Когда мальчику было десять лет, семья осталась без отца-кормильца, без крова. С одиннадцати лет беспризорничал. Жил в детдоме.

Сознательную трудовую деятельность начал там, где четверть века проработал отец — на Макеевском металлургическом заводе. Был и шахтером.

В годы первой пятилетки работал в Магнитогорске на горячих путях доменного цеха машинистом паровоза. Там же, в Магнитогорске, в начале тридцатых годов написал роман «Я люблю», получивший широкую известность и высоко оцененный А. М. Горьким на Первом Всесоюзном съезде советских писателей.

В последующие годы написаны и опубликованы романы и повести: «Судьба», «Большая семья», «Дневник моего друга», «Труд», «Над Тиссой», «Горная весна», пьесы, киносценарии, много рассказов и очерков.

В годы Великой Отечественной войны был фронтовым корреспондентом, награжден орденами и медалями.

В настоящее время А. Авдеенко заканчивает работу над новой приключенческой повестью «Дунайские ночи».

Авдеенко Александр Остапович  
обложка книги Я. Никулихин. «Как и почему мы победили» Я. Никулихин. «Как и почему мы победили»

«…Автор этой книжки с первых и до последних дней гражданской войны стоял под ружьем, прошел с Красной Армией героический, многострадальный путь; много видел, много испытал и всему тому, что здесь описывает, был непосредственным свидетелем, а во многих случаях и активнейшим участником. Поэтому материал свеж, чрезвычайно интересен, разнообразен…»

Фурманов Дмитрий Андреевич  
обложка книги Яблоня во дворе Яблоня во дворе

Юные герои Анатолия Алексина впервые сталкиваются со «взрослыми», нередко драматическими проблемами. Как сделать правильный выбор? Как научиться понимать людей и самого себя? Как войти в мир зрелым, сильным и достойным человеком?

Алексин Анатолий Георгиевич  
обложка книги Янтарное зеркало Янтарное зеркало

Лирические миниатюры

Кемпе Мирдза  
обложка книги Я, сын трудового народа Я, сын трудового народа

Повесть В.Катаева "Я - сын трудового народа" отмечена стремлением показать историю страны через судьбу человека (1937). Ее действие происходит во время немецкой оккупации Украины в 1919, главными героями выступают фольклорные персонажи – бравый солдат Семен Котко и девица-краса Софья. Повествование, развертывающееся в стилистике народных сказов, насыщено описаниями украинских пейзажей, обрядов и обычаев, звуками украинской речи (на сюжет повести создана опера С.С.Прокофьева "Семен Котко", 1939).

Катаев Валентин Петрович  
обложка книги Я смотрю в прошлое Я смотрю в прошлое

«Когда Блерио перелетел через Ла-Манш, я был маленький гимназист.

Было лето, мы на дачу не выезжали, потому что не хватало средств…»

Олеша Юрий Карлович  
обложка книги Якорь в сердце Якорь в сердце

Гунар Цирулис — известный латышский прозаик, автор нескольких книг очерков — «Бушевало море в далях дальних…» (1958), «В лучах маяка» (1960), «С блокнотом в море» (1961) и «Такие, как ты и я» (1961), в которых рассказывает о моряках, рыбаках, наших современниках.

В настоящий сборник включены лучшие повести и рассказы писателя, которые дают представление о его своеобразном таланте, умении вести остросюжетные повествования с легким юмором. Для его произведений характерно патриотическое, партийное отношение к злободневным проблемам современности.

Цирулис Гунар  
обложка книги Ягоды Ягоды

«Фадеев сказал:

– Подожди-ка, я с ним сам поговорю, – подошел ко мне и поставил приклад винтовки около моей головы…»

Шаламов Варлам Тихонович  
обложка книги «Я вернусь, мама!..» «Я вернусь, мама!..»

Славкович Даир Федорович  
обложка книги Я был телохранителем Гитлера.1940-1945 Я был телохранителем Гитлера.1940-1945

Рохус Миш состоял личным телохранителем Адольфа Гитлера с 1940 по 1945 год. Он был последним немецким солдатом, покинувшим бункер Гитлера после падения Берлина. Проведя 9 лет в плену в СССР, Миш вернулся в Германию. В 2004 году он согласился дать французскому журналисту, представителю газеты «Монд» Никола Бурсье, серию интервью, из которых и родилась эта книга — воспоминания последнего живого свидетеля величия и падения Третьего рейха.

Рохус Миш — последний. Последний, кто остался в живых из личной охраны Адольфа Гитлера. Последний солдат, покинувший бункер фюрера 2 мая 1945 года, в день, когда Красная армия захватила превращенную в руины столицу Третьего рейха. Один из немногих свидетелей, видевших бездыханные тела диктатора и его спутницы Евы Браун, скрюченные на диванчике в бетонном склепе бомбоубежища. Офицер СС двадцати семи лет от роду, он был последним, с кем разговаривал министр пропаганды Геббельс перед тем, как в свою очередь покончил с собой.

Теперь Рохус Миш решил рассказать о своем прошлом, стряхнуть пыль с воспоминаний о великой трагедии XX века. Он готов. Согласен пережить заново всю свою жизнь и законспектировать ее в деталях, поставив в конце книги свою подпись…


Миш Рохус  
обложка книги Я дрался на По-2. «Ночные ведьмаки» Я дрался на По-2. «Ночные ведьмаки»

Это книга о настоящих мужиках — летчиках и штурманах знаменитого «кукурузника» По-2 (У-2). Для управления этим самолетом первоначальной летной подготовки не нужны были особые навыки и способности, все же это был не истребитель или дальний бомбардировщик, однако те задачи, которые приходилось решать экипажу, требовали огромного личного мужества и полной отдачи. Как вспоминал один из ветеранов: «К У-2 относились с насмешкой, но эксплуатировали нас нещадно».

Экипажи этих самолетов выполняли вылеты практически в любых метеоусловиях, когда ни один другой род авиации не мог оторваться от земли. Они летали на бомбометание, дневную и ночную разведку, высадку и выброску разведчиков, снабжение окруженных войск и партизан, эвакуацию раненых: выполняли полеты по связи и перевозке командного состава. Весь этот спектр задач ложился на плечи летчиков и штурманов тихоходного биплана, летавшего с крайне малой по современным меркам скоростью.

Справиться со всем этим комплексом задач, сменявших друг друга даже в течение одного дня, могли только настоящие профессионалы, летчики и штурманы, делавшие свою, во многом незаслуженно обойденную вниманием работу. Отдавая дань мужеству летчиц 46-го гвардейского авиационного полка, мы должны помнить, что во время войны было создано более сотни полков ночных бомбардировщиков, среди которых только один был женским. Именно на плечи мужчин, таких, как эти двенадцать человек, чьи воспоминания собраны в книге, легла основная тяжесть войны на маленьком самолетике, делавшем большие дела.

Драбкин Артём Владимирович  
Ях. Дневник чеченского писателя

Origin: «Радио Свобода»

Султан Яшуркаев вел свой дневник во время боев в Грозном зимой 1995 года.

Султан Яшуркаев (1942) чеченский писатель. Окончил юридический факультет Московского государственного университета (1974), работал в Чечне: учителем, следователем, некоторое время в республиканском управленческом аппарате. Выпустил две книги прозы и поэзии на чеченском языке. «Ях» – первая книга (рукопись), написанная по-русски. Живет в Грозном.

Яшуркаев Султан  
обложка книги Я твой, Родина Я твой, Родина Очеретин Вадим Кузьмич  
обложка книги Я вернусь на рассвете Я вернусь на рассвете

Книгу осетинского писателя Владимира Царукаева отличает искренняя любовь к детям, умение проникнуть в духовный мир маленьких героев.

Первая повесть — «Я вернусь на рассвете», — давшая название книге, посвящена суровым дням Великой Отечественной войны. В центре повести — храбрый осетинский мальчуган Шауха́л, помогающий партизанам.

Повесть «Каменный топор» знакомит юного читателя с его современниками — школьниками из Северной Осетии. Автор рассказывает о том, как сирота Ахбо́л, сын погибшего в бою с гитлеровцами героя, выдерживает нелегкую борьбу за «справедливость» с коварным и злым Гала́у и побеждает в ней.

Царукаев Владимир Ибрагимович  
обложка книги Я нашел подлинную родину. Записки немецкого генерала Я нашел подлинную родину. Записки немецкого генерала

Летом 1944 года генерал-лейтенант вермахта Винценц Мюллер, командовавший 4-й полевой армией, был вынужден капитулировать перед окружившими ее частями Красной Армии. В плену он вступил в Национальный Комитет «Свободная Германия», а после образования ГДР стал генерал-лейтенантом Национальной Народной Армии. В 1961 году Мюллер покончил жизнь самоубийством, оставив после себя незавершенные интереснейшие мемуары, в которых подробно рассказана история зарождения вермахта.

Мюллер Винценц  
обложка книги Я с тобой, товарищ... Я с тобой, товарищ...

Новая книга пермского писателя-фронтовика продолжает тему Великой Отечественной войны, представленную в его творчестве романами «Школа победителей», «Вперед, гвардия!», «Костры партизанские» и др. Рядовые участники войны, их подвиги, беды и радости в центре внимания автора.

Селянкин Олег Константинович  
обложка книги Я дрался в Афгане. Фронт без линии фронта Я дрался в Афгане. Фронт без линии фронта

На Афганской войне не было линии фронта, но не было и тыла — смерть подстерегала здесь на каждом шагу, автоколонны зачастую несли не меньшие потери, чем штурмовые части, в засады и под обстрел попадали не только десантники и спецназ, но и «тыловики» — фронт был повсюду. И пусть наши войска не сидели в окопах, эта книга — настоящая «окопная правда» последней войны СССР — жесткая, кровавая, без прикрас и самоцензуры, — о том, каково это: ежеминутно ждать выстрела в спину и взрыва под ногами, быть прижатым огнем к земле, ловить пулю собственным телом и отстреливаться до последнего патрона, до последней гранаты, оставленной для себя в кармане самодельной «разгрузки»…

В рассказах ветеранов-«афганцев» поражает многое — с одной стороны, непростительные стратегические ошибки, несоответствие наличных сил, вооружения и экипировки особенностям театра военных действий и характеру решаемых задач, ужасающе высокий уровень тяжелых инфекционных заболеваний, вызванных антисанитарией и отсутствием чистой питьевой воды; а с другой — великолепная организация боевой работы и взаимодействия родов войск, которая и не снилась нынешней РФ. Афганскую войну проиграла не Советская Армия, а политическое руководство СССР, попавшееся в американскую ловушку и втянувшее страну в многолетнюю бойню, победить в которой было невозможно.

Северин Максим Сергеевич, Ильюшечкин Александр Александрович  
обложка книги Я был на этой войне Я был на этой войне

 Чечня, 95 год. Капитан Миронов оказывается в самом центре ада под названием Грозный. Офицеру повезло — он выжил. Но сколько он видел смертей! На своих руках он выносил из пекла истерзанные тела тех, с кем еще пару минут назад делил сигарету или последний рожок с патронами… Это баллада о сибирской «махре», о русской пехоте, которая была в первых рядах штурмующих главную цитадель боевиков — дудаевского Дворца.

Миронов Вячеслав  
обложка книги Я дрался на Т-34 Я дрался на Т-34

Книга создана на основе собранных записей и интервью с ветеранами-танкистами, воевавшими на самом массовом танке времен Отечественной войны — легендарной «тридцатьчетверке». Великие танковые сражения Второй мировой, ужасающие реалии боевых действий, а также повседневная жизнь бойцов, пронизанная горем и радостями, — все это отражено в воспоминаниях ветеранов, прошедших сквозь пекло войны.

По материалам сайта «Я помню» http://iremember.ru

Драбкин Артем  
обложка книги Я дрался на Пе-2: Хроники пикирующих бомбардировщиков Я дрался на Пе-2: Хроники пикирующих бомбардировщиков

Во время Великой Отечественной ходил следующий анекдот: «Почему Ли-2 такой толстый, Ил-2 — «горбатый», а «пешка» такая худая? Потому что Ли-2 всю войну спекулировал, штурмовик войну на себе вынес, а «пешку», как проститутку, бросали то в разведчики, то в истребители, то в пикирующие бомбардировщики…» В этой грубой шутке есть доля истины — создававшийся как тяжелый истребитель, в ходе Второй мировой Пе-2 стал самым массовым советским фронтовым бомбардировщиком, таким же символом Победы, как T-34 и Ил-2.

В новой книге Артема Драбкина, продолжающей популярную серию бесед с ветеранами Великой Отечественной войны, собраны воспоминания летчиков, воевавших на легендарной «пешке», — пилотов, штурманов, стрелков-радистов. Это — подлинные хроники пикирующих бомбардировщиков, честный, без умолчаний и самоцензуры, рассказ о боевых вылетах и смертельно опасных заданиях, о бомбовых ударах под шквальным зенитным огнем и схватках с немецкими истребителями, о фронтовом быте и боевых друзьях, наградах и потерях, поражениях и победах…

По материалам сайта «Я помню» http://www.iremember.ru

Драбкин Артём Владимирович  
обложка книги Я пришел убить хорвата Я пришел убить хорвата

Книга нигде не публиковалась. Написана лет пять назад, в издательстве ответили, что тема Югославии уже не актуальна.

Автор
Стародымов Николай Александрович  
обложка книги Я жил в суровый век Я жил в суровый век

Сборник прозаических и стихотворных произведений писателей девяти стран Западной Европы воссоздает страницы антифашистского Сопротивления в годы второй мировой войны, рассказывает о борьбе патриотов с засильем оккупантов, за национальную независимость и торжество гуманизма.

, Элюар Поль, Шерфиг Ханс, Лаффит Жан, Нурдаль Григ, Гупперт Гуго, Деснос Робер, Нейхоф Мартинос, Эгпарс Альбер, Хадзис Дмитрис, Сикелянос Ангелос, Фенольо Беппе, Гатто Альфонсо, Стиген Терье, Хоххут Рольф, Блум Якобюс Корнелис  
обложка книги Я дрался на танке. Продолжение бестселлера «Я дрался на Т-34» Я дрался на танке. Продолжение бестселлера «Я дрался на Т-34»

НОВАЯ книга ведущего военного историка. Продолжение супербестселлера «Я дрался на Т-34», разошедшегося рекордными тиражами. Откровенные воспоминания танкистов Великой Отечественной, воевавших на самых разных машинах — от легких Т-37 и БТ до ленд-лизовских «Матильд» и «Шерманов», от легендарных «тридцатьчетверок» до тяжелых штурмовых ИСов.


«Мы называли Т-37 «здравствуй и прощай». Он идет и кланяется. А вот БТ мы считали мощным танком — пока нас не подбили в первом же бою. Я разворачиваю машину — и вдруг удар. Мне кричат: «Прыгай!» Не помню, как выбрался. Отползаю в сторону по кювету, оглядываюсь назад — мой танк горит: снаряд попал как раз в моторное отделение…»


«У «Шермана» были свои недостатки. Из-за высокого расположения центра тяжести танк часто опрокидывался набок, как матрешка. Но благодаря этому недостатку я, возможно, и остался жив. Дело было в Венгрии, в декабре 1944 года. Веду я батальон, и на повороте мой механик-водитель ударил машину о пешеходный бордюр, да так, что танк перевернулся. Конечно, мы покалечились, зато остались живы. А остальные четыре моих танка прошли вперед, и там их сожгли…»


«Видим, из деревни на полной скорости вырывается немецкий танк, облепленный десантом так, что башни не видно. Ясно — фрицы драпают, подобрали на броню всех, кого смогли. А у нас в стволе осколочный снаряд. Ну, наводчик им и вложил! Танк он не подбил, зато дальше немец удирал совершенно голый — вся эта людская масса была сметена с брони взрывом…»

Драбкин Артём Владимирович  
обложка книги Я дрался на Ил-2 Я дрался на Ил-2

Книга Артема Драбкина «Я дрался на Ил-2» продолжает серию основанных на собранных автором записях и интервью книг. В этой книге читатель встретится с летчиками-штурмовиками, стрелками и механиками, воевавшими и обслуживавшими легендарный штурмовик Ил-2. Полные драматизма штурмовки и воздушные бои, требующие от летчика концентрации всех навыков, опыта, воли, вынужденные посадки и полеты в сложных метеоусловиях, нервное напряжение перед атакой, потеря товарищей и быт летчиков — все эти аспекты жизни летчиков-штурмовиков на фронтах Великой Отечественной оживают в рассказах ветеранов. В своих воспоминаниях они делятся с нами и тактическими приемами, позволявшими выжить в бою, и небольшими радостями, доступными летчикам после успешного боевого дня.

По материалам сайта «Я помню» www.iremember.ru

Драбкин Артем  
обложка книги Я 11-17. Ответная операция Я 11-17. Ответная операция

Повесть “Я 11–17” рассказывает о рискованных приключениях и славных подвигах советского воина в тылу врага во время Великой Отечественной войны. Действие повести “. Ответная операция” разворачивается в Берлине вскоре после воины. Ее герои — наши разведчики.

Ардаматский Василий  
обложка книги Ядовитое жало Ядовитое жало

Николай Далекий известен читателю как автор приключенческих повестей и романов. Партизанская борьба в тылу врага нашла в них свое правдивое отражение.

В центре сюжета повести «Ядовитое жало» ― единоборство советского разведчика–партизана Серовола с матерыми гестаповскими мастерами шпионажа и провокаций, борьба с вражескими лазутчиками, проникшими в партизанский отряд, и с теми, кто их обучил и вышколил, руководил их деятельностью.

Далекий Николай  
обложка книги Я был на этой войне (Чечня-95) Я был на этой войне (Чечня-95)

Роман Вячеслава Миронова «Я был на этой войне». Действие происходит в январе 1995 года в Грозном. Автор был очевидцем и участником большинства описываемых событий.

Миронов Вячеслав  
Я — «Дракон». Атакую!..

Дважды Герой Советского Союза, лауреат Ленинской премии, заслуженный военный летчик СССР, маршал авиации Евгений Яковлевич Савицкий в годы войны командовал 3-м истребительным авиакорпусом РВГК. Он совершил 216 боевых вылетов, сбил 22 самолета противника лично и 2 в группе. В своей книге автор рассказывает о напряженной, полной подлинно героических свершений и романтики жизни летчика-истребителя. Рассчитана на массового читателя.

Савицкий Евгений Яковлевич  
Японский солдат

Исторический роман о Второй мировой войне - войне японских солдат с американо-австралийской армией на островах юго-восточной Азии и Тихого океана, о плене. Раскрыт внутренний мир японского солдата, отношение к воинскому долгу.

Сэйдзи Симота  
обложка книги Я пережила Освенцим Я пережила Освенцим

Польская писательница Кристина Живульская в 1943 году попала в гитлеровский лагерь уничтожения — Освенцим. Ей удалось выжить. Советская Армия освободила ее. Кристина Живульская решила рассказать людям о зверствах гитлеровцев, о том, что ей пришлось испытать. Так появилась книга «Я пережила Освенцим».

Живульская Кристина  
обложка книги «Я ходил за линию фронта». Откровения войсковых разведчиков «Я ходил за линию фронта». Откровения войсковых разведчиков

«Я бы пошел с ним в разведку», — говорят о человеке, на которого можно положиться. Вот только за время, прошедшее с войны, исходный смысл этой фразы стерся и обесценился. Что такое настоящая войсковая разведка, чего стоил каждый поиск за линию фронта, какой кровью платили за «языков» и ценные разведсведения — могут рассказать лишь сами полковые и дивизионные разведчики. И каждое такое свидетельство — на вес золота. Потому что их осталось мало, совсем мало. Потому что шансов уцелеть у них было на порядок меньше, чем у других фронтовиков. Потому что, как признался в своем интервью Шалом Скопас: «Любой фильм ужасов покажется вам лирической комедией после честного рассказа войскового разведчика о том, что ему довелось увидеть и испытать. Нам ведь очень и очень часто приходилось немцев не из автомата убивать, а резать ножами и душить руками. Сами вдумайтесь, что стоит за фразой «я снял часового» или «мы бесшумно обезвредили охрану». Спросите разведчиков, какие кошмары им снятся до сих пор по ночам…» И прежде чем сказать о ком-то, что пошли бы с ним в разведку, задайте вопрос себе самому: а сами-то вы готовы пойти?

Драбкин Артём Владимирович  
Янки в мундирах

В сборник «Янки в мундирах» включены отрывки из произведений популярных писателей: Марка Твэна, Говарда Фаста, Джона Уивера и Стефана Гейма, разоблачающих реакционную сущность американской политики на протяжении последнего столетия.

Твен Марк, Фаст Говард, Гейм Стефан, Уивер Джон  
обложка книги Я — человек русский Я — человек русский

Рассказы о жизни послевоенной эмиграции в Европе и воспоминания. Несмотря на заглавие сборника, которое может показаться странным, Ширяев не выступает как националист.

Орфография автора.

Ширяев Борис Николаевич  
обложка книги Я дрался на истребителе. Принявшие первый удар. 1941-1942 Я дрался на истребителе. Принявшие первый удар. 1941-1942

На рассвете 22 июня 41-го одними из первых, кто дал бой асам Люфтваффе, были летчики-истребители. Некоторые из них успели сделать свои первые боевые вылеты, кто-то прибежал на аэродром, чтобы найти на нем свой разбитый самолет. За первыми ударами последовало хаотическое отступление, переформировка и путь на фронт, где их ждали бои с превосходящими по численности истребителями и бомбардировщиками, штурмовки наступающего противника, сопровождение ударных самолетов. В этих боях первых месяцев войны практически полностью был выбит кадровый состав ВВС с предвоенной подготовкой, но те немногие, кто выжил, составили костяк истребительной авиации ВВС.

В этой книге они рассказывают, как, приобретя опыт, перевооружившись, овладев современными самолетами, смогли переломить ситуацию в воздухе над фронтами Великой Отечественной войны.

По материалам сайтов «Я помню» www.iremember.ru и ВВС России www.airforce.ru

Оформление серии художника П. Волкова

В книге использованы фотографии из личных архивов

Цветные профильные проекции самолетов, комментарии и списки побед М. Быкова

Драбкин Артем  
обложка книги Я дрался на «Аэрокобре» Я дрался на «Аэрокобре»

Герой Советского Союза Евгений Мариинский — летчик-ас, в составе 129-го ГвИАП совершил 210 боевых вылетов. На своей «Аэрокобре» под номером четыре он шестьдесят раз вступал в бой с бомбардировщиками и истребителями противника, сбил двадцать самолетов врага, но и сам несколько раз был сбит. Полные драматизма воздушные бои, требующие от летчика концентрации всех навыков, опыта, воли, вынужденные посадки и полеты в сложных метеоусловиях, нервное напряжение перед атакой, потеря товарищей и быт летчиков — все эти аспекты жизни летчика-истребителя на фронтах Великой Отечественной оживают под пером одаренного писателя. В своих воспоминаниях Мариинский описывает тактические приемы и взаимодействие истребителей в бою, которые позволяли выходить победителем в схватках с опытными немецкими летчиками. В книге мы видим, как из желторотого новичка, обученного в училище по программе «взлет-посадка», под руководством опытных летчиков эскадрильи, таких, как Федор Архипенко, Виктор Королев, формируется настоящий воздушный боец. Книга будет интересна всем любителям военной истории.

Мариинский Евгений Пахомович  
обложка книги Я жил в суровый век Я жил в суровый век

Сборник прозаических и стихотворных произведений писателей девяти стран Западной Европы воссоздает страницы антифашистского Сопротивления в годы второй мировой войны, рассказывает о борьбе патриотов с засильем оккупантов, за национальную независимость и торжество гуманизма.

Автор неизвестен, Элюар Поль, Шерфиг Ханс, Лаффит Жан, Нурдаль Григ, Гупперт Гуго, Деснос Робер, Нейхоф Мартинос, Эгпарс Альбер, Хадзис Дмитрис, Сикелянос Ангелос, Фенольо Беппе, Гатто Альфонсо, Стиген Терье, Хоххут Рольф, Блум Якобюс Корнелис  
обложка книги Я из огненной деревни… Я из огненной деревни…

Из общего количества 9200 белорусских деревень, сожжённых гитлеровцами за годы Великой Отечественной войны, 4885 было уничтожено карателями. Полностью, со всеми жителями, убито 627 деревень, с частью населения — 4258.

Осуществлялся расистский замысел истребления славянских народов — «Генеральный план „Ост“». «Если у меня спросят, — вещал фюрер фашистских каннибалов, — что я подразумеваю, говоря об уничтожении населения, я отвечу, что имею в виду уничтожение целых расовых единиц».

Более 370 тысяч активных партизан, объединенных в 1255 отрядов, 70 тысяч подпольщиков — таков был ответ белорусского народа на расчеты «теоретиков» и «практиков» фашизма, ответ на то, что белорусы, мол, «наиболее безобидные» из всех славян… Полумиллионную армию фашистских убийц поглотила гневная земля Советской Белоруссии. Целые районы республики были недоступными для оккупантов. Наносились невиданные в истории войн одновременные партизанские удары по всем коммуникациям — «рельсовая война»!.. В тылу врага, на всей временно оккупированной территории СССР, фактически действовал «второй» фронт.

В этой книге — рассказы о деревнях, которые были убиты, о районах, выжженных вместе с людьми. Но за судьбой этих деревень, этих людей нужно видеть и другое: сотни тысяч детей, женщин, престарелых и немощных жителей наших сел и городов, людей, которых спасала и спасла от истребления всенародная партизанская армия уводя их в леса, за линию фронта…

Брыль Янка, Адамович Алесь, Колесник Владимир  
обложка книги Японская пытка Японская пытка

Харбин, 1944 год. В городе безраздельно хозяйничают японские военные, а с недавних пор на улицах орудует таинственный отряд 731, в результате регулярных рейдов которого бесследно исчезают местные жители. В один прекрасный день в руки бойцов отряда попадает Николай Галицкий — известный в среде эмигрантов доктор, бывший белогвардеец, прибывший в Харбин в годы Гражданской войны. Его привозят в секретную лабораторию и пытаются заставить провести несколько чудовищных медицинских экспериментов над живыми людьми. Галицкий понимает, что отказаться от работы нельзя — убьют. Но и становиться палачом он не собирается. Доктор приходит к выводу, что единственный приемлемый выход из сложившейся ситуации — совершить побег с японской фабрики смерти…

Шахов Максим Анатольевич  
обложка книги Я вернусь, мама! Я вернусь, мама!

«– Звали мы его Лариком, – продолжил сержант. – Прыжков на счету Ларика было, как бы не соврать, тысячи три точно. Любил он перед нами, салагами, повыпендриваться. Во время прыжков демонстрировал такую штуку. Открывал парашют и обрезал стропы, затем открывал «запаску» и благополучно приземлялся перед нами во всей красе. Я как сейчас тот день помню, да и остальные тоже, кто тогда служил. Да и Сомик не даст соврать. Денек выдался на славу. Лето в разгаре. Тепло. Ромашки цветут. Прыгнули. Летим. Под куполами мотаемся. По сторонам смотрим, чтобы, не дай бог, схождений не было. Ларик за нами кувырк. Ножом чирк по стропам. Нас обогнал в затяжном. Потом стал открывать запасной, да неудачно. Времени не хватило…»

Аксу Сергей  
обложка книги Якщо на землі є пекло Якщо на землі є пекло

Автор цього твору - колишній в'язень Освенціма, учасник руху Опору, його перу належить книга «Слово після страти», що витримала кілька перевидань на багатьох мовах світу.

 У своїй невигаданій повісті він розповідає про муки і страждання людей різних національностей, на які їх прирекли гітлерівські варвари в таборах смерті, про інтернаціональне братерство в'язнів, про їхню боротьбу з фашизмом.

Бойко Вадим Слово після страти  
обложка книги Я - Русский офицер! Я - Русский офицер!

Начало сороковых. Герои этого романа — простые старшеклассники, мечтающие о долгой и счастливой жизни. Они учатся в советских школах. Они стремятся поскорее стать взрослыми. Но не всегда события их жизни были счастливыми и беспечными как в лозунгах партии «Спасибо товарищу Сталину за наше счастливое детство».

Им сложно смириться с тем, что их родные и любимые люди оказываются вдруг «врагами народа». Ворвавшаяся в их жизнь война, делает из вчерашних школьников взрослых людей.

Шляпин Александр  
обложка книги Я дрался в Новороссии! Я дрался в Новороссии!

Сборник прозы "Я дрался в Новороссии!" издан в апреле 2015 года по инициативе Союза писателей Луганской Народной Республики, Союза писателей России, сайта современной военной литературы okopka.ru и издательства "Яуза" (Москва).

Савицкий Георгий, Березин Федор Дмитриевич, Иванов Николай, Бобров Глеб Леонидович, Кокоулин Андрей, Кузнецов Андрей, Стешин Дмитрий, Алустон Ал, Даренский Виталий, Донецкий Иван, Казмин Владимир, Мелехова Варвара, Мосенко Лариса, Надежин Михаил, Сергеева Юлия, Прасолов Сергей, Полубота Алексей  
обложка книги Ясные дали Ясные дали Андреев Александр Дмитриевич  
обложка книги Я, Легионер Я, Легионер

Книга болгарина Георги Лозева – это документальное повествование о его службе во Французском Иностранном легионе. Собственные впечатления, рассказы товарищей по Легиону, некоторые исторические сведения, – всё это делает книгу крайне ценной для тех, кто интересуется этой профессиональной армией, которая окутана тайнами и легендами, не всегда соответствующими действительности. Действительность же, как обычно, бывает еще интереснее легенд. Об этом вы и узнаете из книги Георги Лозева.

Лозев Георги  
обложка книги Якщо на землі є пекло… Якщо на землі є пекло…

Автор твору — колишній в'язень Освенціма, учасник руху Опору, його перу належить книга «Слово після страти», що вже витримала кілька видань багатьма мовами. В своїй невигаданій повісті він розповідає про муки й страждання людей різних національностей, на які прирекли їх гітлерівські варвари в таборах смерті, про інтернаціональне братерство в'язнів, про їхню боротьбу з фашизмом.

Бойко Вадим Освенцім  
обложка книги Я дрался на Т-34. Обе книги одним томом Я дрался на Т-34. Обе книги одним томом

Новая серия Артема Драбкина. Полное издание главных военно-исторических бестселлеров. Безусловная классика жанра.

Первый том проекта «Я дрался на Т-34» стал настоящим прорывом, побив все рекорды продаж. Вторая книга развила успех – правдивые рассказы ветеранов-танкистов, воевавших на легендарных «тридцатьчетверках», никого не оставили равнодушным. В данном издании обе книги не только объединены под одной обложкой, но и существенно доработаны, расширены и дополнены новыми интервью и ранее не публиковавшимися материалами.

Драбкин Артём Владимирович  
обложка книги Янтарная комната Янтарная комната

История о поисках Янтарной комнаты в только отвоеванном Кенигсберге в апреле 1945 года.

Дружинин Владимир Николаевич  
обложка книги Я взял Берлин и освободил Европу Я взял Берлин и освободил Европу

Победная весна 1945 года. Красная Армия рвется к Берлину – «добить фашистскую гадину в ее логове». Война подходит к концу, и у солдат впервые забрезжила надежда выжить. Но впереди еще последние бои – самые трудные и кровавые, которые разделят их на живых и мертвых…

«Бои в Берлине шли страшные. Под ногами валялись оторванные головы, было месиво. И чем ближе к центру, – тем опаснее для жизни. А жить хотелось! Вот еще один квартал, дом, атака – и все! Пахнет Победой! Но сделаешь неправильный шаг, и – «привет, Шишкин». Сколько ребят потеряли!.. Знамя было у каждого, но не каждому суждено было его водрузить…»

«В Берлине я командовал штурмовой группой. Пять танков, взвод автоматчиков и взвод саперов. Шли медленно вперед, прижимаясь к стенам домов, чтобы хоть один борт уберечь от «фаустников». Кто на середину улицы выезжал, того сразу поджигали. Дошли до большого перекрестка, а из-за углового дома – сплошной огонь. Убийственный. Пехота залегла, а танки под «фаусты» и зенитки я не имел права бездумно пускать. Взял автомат, вылез из танка и пошел на разведку, а потом, вместе с пехотой, полез немцев из здания выкуривать. Первый этаж отбили, а на втором этаже мне пулей прошило ногу насквозь. Кость не задело. Оттащили меня назад, занесли в какой-то дом, там перевязали. Кто-то из наших сказал, что это дом, в котором до войны жил фельдмаршал Паулюс. Два дня в санбате отдохнул «на больничном», а потом похромал обратно в роту, без всяких там сентенций, мол, не дай Бог погибнуть в логове врага, за мгновение до Победы. И не было у меня никакой жалости к себе или страха смерти…»

Драбкин Артём Владимирович  
обложка книги Я дрался на Т-34. Третья книга Я дрался на Т-34. Третья книга

НОВАЯ КНИГА ведущего военного историка. Продолжение супербестселлеров, разошедшихся суммарным тиражом более 100 тысяч экземпляров. Воспоминания советских танкистов, воевавших на легендарном Т-34.

«Только я успел крикнуть: «Пушка справа!», как болванка пробила броню. Старшего лейтенанта разорвало на части, и вся кровь с него, оторванные куски тела… все это на меня! Мне достался в ногу мелкий осколок от брони, который я потом сам смог вытащить, а механику-водителю осколок попал в плечо. Но танк еще оставался на ходу, и тот, одной рукой переключая рычаг скоростей, вывел «тридцатьчетверку» из-под огня…»

«Я принял решение контратаковать с фланга прорвавшиеся немецкие танки. Сам сел на место наводчика. Расстояние до них было метров четыреста, да к тому же они шли бортами ко мне, и я быстро поджег два танка и два самоходных орудия. Брешь в нашей обороне была ликвидирована, положение стабилизировалось…»

«В бою за село Теплое прямым попаданием снаряда заклинило ведущее колесо одного из атакующих «Тигров». Экипаж бросил фактически исправный новейший танк. Командир корпуса поставил нам задачу вытащить «Тигр» в расположение наших войск. Быстро создали группу из двух танков, отделения разведчиков, саперов и автоматчиков. Ночью двинулись к «Тигру». Артиллерия вела беспокоящий огонь по немцам, чтобы скрыть лязг гусениц «тридцатьчетверок». Подошли к танку. Коробка стояла на низкой передаче. Попытки переключить ее не удались. Подцепили «Тигр» тросами, но они лопнули. Рев танковых двигателей на полных оборотах разбудил немцев, и они открыли огонь. Но мы уже накинули на крюки четыре троса и потихоньку двумя танками потащили «Тигр» к нашим позициям…»

Драбкин Артём Владимирович  
обложка книги «Я убит подо Ржевом». Трагедия Мончаловского «котла» «Я убит подо Ржевом». Трагедия Мончаловского «котла»

НОВАЯ книга от автора бестселлера «Ржевская бойня». Вся правда о трагедии 29-й армии, потерявшей в Мончаловском «котле» тысячи бойцов, но прорвавшейся из окружения. Об этой «мясорубке» Твардовский написал самые пронзительные свои стихи – «Я убит подо Ржевом». А на памятниках пропавшим без вести героям Ржевской битвы начертано: «Простите нас».

«Пусть победа горька и потери не счесть, / И в Мончалово мерзнет десантная рота: / Это наша страна. Наша Родина здесь. / Только вот умирать все равно неохота…»

Герасимова Светлана Александровна  
обложка книги Я выжил в Холокосте Я выжил в Холокосте

Реальная история Тибора «Тедди» Рубина – жертвы Холокоста и героя Корейской войны, награжденного Медалью Почета.

В 1944 году тринадцатилетний венгерский мальчик по имени Тибор Рубин был схвачен фашистами и отправлен в концлагерь Маутхаузен. После окончания войны, ему удалось выбраться из лагеря живым, и, пережив Холокост, он прибыл без гроша в Америку, едва говоря по-английски.

Через пять лет в 1950 году Тибор поступил добровольцем на военную службу в армию США для участия в корейской войне. Тибор попал в плен, где благодаря опыту пребывания в лагере Маутхаузен смог уберечь товарищей от смерти.

Из Кореи он смог вернуться только в 1953 году, однако потребовалось более полувека, чтобы признать заслуги еврейского иммигранта перед вторым отечеством, как вышедшие за рамки служебного долга.

Коуэн Дэниэл М  
обложка книги Я жду отца Я жду отца Воищев Юрий Тихонович  
обложка книги Я – снайпер. В боях за Севастополь и Одессу Я – снайпер. В боях за Севастополь и Одессу

Книга воспоминаний Героя Советского Союза, знаменитого снайпера Великой Отечественной войны Л.М. Павличенко подробно рассказывает об обороне Одессы и Севастополя в 1941–1942 гг., о фронтовой службе сверхметких стрелков, а также о поездке советской комсомольско-молодежной делегации в США на Всемирную студенческую ассамблею осенью 1942 г.

Павличенко Людмила Михайловна  
обложка книги Японские тяжелые крейсера.Том 1: История создания, описание конструкции, предвоенные модернизации. Японские тяжелые крейсера.Том 1: История создания, описание конструкции, предвоенные модернизации.

Что касается 18 японских тяжелых крейсеров, ставших предметом данной монографии, то первые из них появились в качестве 7100-тонных дальних разведчиков выходившего на океанские просторы флота и их проекты одобрили еще до подписания Вашингтонского договора. Тем не менее, и они создавались с оглядкой на британские крейсера-защитники торговли конца первой мировой войны типа “Хоукинс” (“Hawkins”), которых считают непосредственными предшественниками всех “вашингтонцев”. Построив 4 корабля с вооружением, заметно уступавшим первым «10000-тонникам» вероятных противников, японцы с лихвой компенсировали свое отставание в последующих двух сериях, за счет всевозможных ухищрений (а не брезговали они и нарушением договоров) давая им на 1 -2 орудия больше, чем у других, а также мощнейшее торпедное и авиационное вооружение. В результате 8 крейсеров типов “Миоко” и “Такао” не без оснований стали считать сильнейшими в мире. На эти корабли японские адмиралы возлагали большие надежды в ночном бою против численно сильнейшего линейного флота США - бою, который по их замыслам должен был предшествовать генеральному сражению. Функции же разведки в интересах линейного флота отошли на второй план, особенно с развитием палубной авиации.

Появление же последних 6 тяжелых крейсеров в составе японского флота не имеет аналогов в практике мирового кораблестроения: построенные в качестве легких (класса “b”) с беспрецедентно мощным вооружением из 15 155-мм орудий, но с заложенной в проекте возможностью перевооружения на 203-мм калибр, они были быстро перестроены в тяжелые, как только японцы отказались от соблюдения всех договоров. В результате к началу войны на Тихом океане количество кораблей этого класса у основных соперников - Японии и США — оказалось равным.

Издание выпущено в формате аналогичном серии "Боевые корабли мира".

Сулига Сергей В  
обложка книги «Я вернусь, мама!..» «Я вернусь, мама!..»

Славкович Даир Федорович  
обложка книги Японские тяжелые крейсера. Том 2: Участие в боевых действиях, военные модернизации, окончательная судьба Японские тяжелые крейсера. Том 2: Участие в боевых действиях, военные модернизации, окончательная судьба

Боевая деятельность японских тяжелых крейсеров в ходе войны на Тихом океане отличалась необычайно широким диапазоном решаемых с их помощью задач. Вряд ли какие-нибудь другие корабли Императорского японского, да и любого другого, флота участвовали в таком же большом количестве операций, часто заканчивающихся ожесточенными схватками. Трудно даже себе представить, насколько менее интересной для современного читателя была бы история второй мировой войны на море, если в ней не рассматривать события, так или иначе связанные с японскими тяжелыми крейсерами. Созданные и прекрасно подготовленные для надводного морского боя, они вполне оправдали вложенные в них средства и усилия, оказавшись бессильными только против стремительно набиравших мощь в ходе войны палубной авиации и подводных лодок, которые и по сей день остаются, пожалуй, самым эффективным морским тактическим оружием, которое в свое время подписало приговор всем крупным артиллерийским кораблям.

Сулига Сергей В  

Поиск книг, авторов и серий книг от Яндекса:

Новинки! Свежие поступления книг жанра «Проза»

  •  Дорога цариц
     Прозоров Александр Дмитриевич
     Проза, Историческая проза, Любовные романы, Исторические любовные романы, Приключения, Исторические приключения

    Ирина и Борис Годуновы рано остались сиротами, и неизвестно, что ждало бы их впереди, если б они не сбежали из дома к своему дяде, служащему постельничим при Царском дворе. Здесь маленькая Ирина познакомилась со своим ровесником Федором, с которым сразу сдружилась. Борису же довелось встретиться с дочерью Малюты Скуратова, красавицей Марией… Но не все складывается так, как хотелось бы молодым. Иван Грозный настрого запретил своему младшему сыну Федору жениться на худородной девке, а чувства Бориса и Марии должны пройти испытание сроком в три года… Так во что же выльется дружба детей и к чему приведет клятва юности?..

  •  Ухо, горло, нож. Монолог одной вагины
     Рудан Ведрана
     Проза, Проза

    Первый из пяти романов современной хорватской писательницы Ведраны Рудан (р. 1949) «Ухо, горло, нож» — это монолог женщины «пятидесяти с гаком», произнося который она, не стесняясь в выражениях, ставит убийственно точный диагноз себе и окружающему миру.

  •  Вышибая двери
     Цхай Максим
     Проза, Современная проза, Документальная литература, Биографии и Мемуары, Документальная литература

    Эту книгу написал кумир Рунета: о наполненной адреналином и страстями жизни нашего соотечественника в Германии, его работе мед-братом в хосписе и вышибалой в ночном клубе, изо дня в день увлеченно следили тысячи человек. Ведь всем женщинам интересно, что в голове у красивых и опасных парней, а мужчинам нравился драйв и много-много драк: в итоге популярность «бродяги Макса» взлетела до небес! Вместе с тем эта откровенная и нежная исповедь о главных вещах: как любить и как терять, для кого сочинять волшебные сказки и как жить на земле, которая так бережно удерживает на себе и каждую пылинку, и тебя.

    «Я в детстве так мечтал сесть на карусель Мэри Поппинс и встретить себя, взрослого, уже пожилого дядьку, лет тридцати пяти. Теперь я и есть этот дядька. Я хочу погладить этого мальчика по голове, ведь ему еще десять, но потом все-таки хлопаю по плечу, ведь ему уже десять. «Расти мужчиной, Макс. Готовься к такой драке, которая дай бог никогда не случится, и к встрече с такой женщиной, какую, может быть, никогда и не встретишь».

  •  Роман-покойничек
     Волохонский Анри Гиршевич
     Проза, Современная проза

    Издательская, иллюстрированная в две краски обложка работы художника Григория Капеляна. Отличная сохранность. Первое издание.

    Автор — Волохонский Анри, поэт и писатель, родился в 1936 году в Ленинграде. Окончил там же химико-фармацевтический институт, долгое время работал в области экологии. Начиная с 50-х годов, он пишет стихи, песни и пьесы. Одно лишь из его стихотворений было напечатано в СССР. В конце 1973 года Волохонский эмигрировал, жил сначала в Израиле, затем в Мюнхене. Стихи Волохонского печатались во многих периодических изданиях третьей эмиграции. Творчество его принадлежит к ленинградскому модернистскому направлению русской поэзии. Корни этой поэзии можно обнаружить у Хлебникова и Хармса. Предлагаемый «Роман — покойничек — это многослойное, богатое иронией и историческими аллюзиями изображение советского быта на примере всенародно-принудительных похорон партийного руководителя» (Казак). Редкий образец прозы писателя. К материалам по истории русской литературы за рубежом. Литература третьей волны эмиграции.

    Для славистов, историков русской культуры, библиографов.

  •  Подход Кристаповича (Три главы из романа)
     Кабаков Александр Абрамович
     Детективы и Триллеры, Триллер, Проза, Современная проза

    Жанр романа — триллер, но он заключает в себе нечто большее. Это история человека, чья единственная цель — бороться с тайной полицией. Это началось в 30-е годы… когда был арестован и расстрелян его отец. Кристапович проносит ненависть к «Конторе» — так именовали КГБ — через всю жизнь. Еще в 1984 году у Александра Кабакова не было надежды опубликовать свой роман, направленный против КГБ.

  •  Книга змін
     Цаплієнко Андрій
     Проза, О войне

    Як він вирвався на волю?.. Що насправді відбувалося в Дебальцевому?

    Погляд зсередини...


Новинки месяца жанра «Проза»

  •  Невеста без места
     Сапункова Наталья Александровна
     Проза, Историческая проза, Любовные романы, Исторические любовные романы

    И не думала, не гадала княженка Велья, младшая дочь князя Велеслава, что давно она просватана по неосторожности батюшкиной в дальние земли, в проклятый род. И придется ей уехать навстречу неведомой судьбе, через леса дремучие на чужбину, в город Карияр, чтобы стать там женой одного из четырех княжичей. И все они вроде хороши, а не лучше того незнакомца, кому уже отдала она свое сердце темной купальской ночью. И верно ли, что настоящая любовь сильнее любых невзгод?..

  •  Куркуль
     Бутченко Максим
     Проза, Историческая проза

    Це було насправді. Федот Шевченко не з покладистих і зручних для нової влади людей, на відміну від Петра, старшого брата, який підлизується до радянських колективістів. Підлість Петра ще й у тому, що він давно хоче відвоювати собі Сашу — дружину Федота. Разом з односельцями молодший брат агресивно й уперто не приймає колективізацію, але повстання селян жорстоко придушують узимку 1930 року. Сім’ю силою розкуркулюють, підступно випитавши в дитини, де батьки ховають харчі, і вивозять у Карелію разом із Петром-підлабузником. Остання смертельна сутичка братів неминуча.


  •  Записки офицера Красной армии
     Песецкий Сергей Михайлович
     Фантастика, Юмористическая фантастика, Юмор, Юмористическая проза, Проза, О войне,

    Роман «Записки офицера Красной Армии» — это альтернативный советскому и современному официальному взгляд на события в Западной Беларуси. В гротескной форме в жанре сатиры автор от имени младшего офицера-красноармейца описывает события с момента пересечения советско-польской границы 17 сентября 1939 года до начала зачисток НКВД на Виленщине в 1945 году.

  •  Ранние всходы
     Колетт Сидони-Габриель
     Проза, Проза

    Сидони-Габриель Колетт (1873–1954) — классик французской литературы XX века. Ее произведения читали и читают во всем мире, романы переведены на все языки мира. Творчество Колетт поразительно многообразно — изящные новеллы-миниатюры и психологические романы, философские дневники и поэтические произведения, пьесы, либретто и сценарии… Но главное для писательницы — бесспорный талант, блистательные сюжеты и любовь женщины.

    В эту книгу включены романы «Рождение дня» и «Ранние всходы».

  •  Коридоры кончаются стенкой
     Кухтин Валентин Иванович
     Проза, Историческая проза

    Роман «Коридоры кончаются стенкой» написан на документальной основе. Он являет собой исторический экскурс в большевизм 30-х годов — пору дикого произвола партии и ее вооруженного отряда — НКВД. Опираясь на достоверные источники, автор погружает читателя в атмосферу крикливых лозунгов, дутого энтузиазма, заманчивых обещаний, раскрывает методику оболванивания людей, фальсификации громких уголовных дел.

    Для лучшего восприятия времени, в котором жили и «боролись» палачи и их жертвы, в повествование вкрапливаются эпизоды периода Гражданской войны, раскулачивания, расказачивания, подавления мятежей, выселения «непокорных» станиц. Роман изобилует фактами, доселе неизвестными широкому читателю, которым дается оценка, отличная от официальной.

  •  Клятва Тояна. Книга 1
     Заплавный Сергей Алексеевич
     Проза, Историческая проза

    Новый роман Сергея Заплавного «Клятва Тояна» обращен к истории Сибири, России. В нем рассказывается о рождении Томска, которое пришлось на времена первой русской Смуты, удивительно напоминающей события сегодняшних дней.

 Жанры книг


 На хлебушек библиотекарю