Юрий Петухов

ДОРОГАМИ БОГОВ

Подлинная История Русского Народа

Этногенез и мифогенезис индоевропейцев. Разрешение основной проблемы индоевропеистики.


ПРЕДИСЛОВИЕ

Вы держите в руках не просто книгу, не просто очередной научный трактат, в коем изложена очередная версия очередного автора по сложнейшей проблеме исторической науки. Нет! Перед вами Открытие, по значимости своей не имеющее аналогов в мировой практике. Ни одно из открытий в физике, химии, астрономии и множестве прочих наук не может иметь того значения, которое имеет разгадка происхождения и становления самого человечества, так как для нас, носителей разума, человек, хомо сапиенс, и его род – первичны. Все остальное вторично: Мироздание существует вне нас и без нас. Но открытия в Нем совершаем мы и совершаем их для себя. Человек еще не до конца выяснил – кто он такой, где его корни… не хватает многих "звеньев", несовершенен исследовательский аппарат, методология поиска… И тем весомее вклад автора монографии, автора настоящего открытия в современную науку: теперь мы можем смело сказать, что генезис протоиндоевропейцев, более того, бореалов, то есть процесс формирования человека в последние тридцать тысячелетий нам известен. Да, у нас есть все основания говорить об этом, потому что в своем исследовании автор использовал материал, который не поддается фальсификации и разночтению. И потому его открытие дает нам картину Подлинной истории человечества, оно позволяет нам связать воедино и выстроить в логическую схему тысячи несвязуемых прежде фактов истории древности и средневековья. Попутно это открытие разрешает сотни иных проблем, существующих ныне в истории, археологии, антропологии, лингвистике и сопутствующих дисциплинах – проблем, порожденных отсутствием базовой исторической доктрины, зиждущейся не на умозаключениях историков и не на субъективных летописях-хрониках, а на реальном ходе Истории. Теперь такая база есть. Мировая наука получила не только точку опоры и точку отсчета, но и рычаг, при посредстве которого можно многое перевернуть в нашем мировоззрении, приближая его к объективному, реальному.

Около двадцати лет посвятил Ю. Д. Петухов исследованию протоиндоевропейской общности и этносов, вычленившихся из нее. И не напрасно. Результаты более чем внушительны. В этом вы убедитесь сами по прочтении монографии. В отличие от подавляющего большинства отечественных и зарубежных ученых ему удалось проводить свои научные изыскания не только в тиши кабинетов и библиотек, но и непосредственно на местах, в очагах зарождения и бытования протоиндо-европейцев – в Иерихоне, Чатал-Уюке, Алаче, Хирокитии, Хаттуссе, Язылыкае и др. Он шел, ехал, плыл тропами, дорогами, путями древних переселенцев, что разбрелись по всему свету, унося от далекой прародины корни своего языка, своей мифологии… унося своих богов. Поэтому книга и названа "Дорогами Богов". Лингво- и мифоанализ позволили проникнуть в глубины недоступные никаким хроникам и летописям – язык невозможно сфальсифицироватъ, как и саму архаику первоэт-носа, сохраненную его прямыми потомками.

Неопровержимость выводов Ю. Д. Петухова в его научном труде позволяет нам еще до широкого обсуждения в мировой академической печати утверждать, что им совершено открытие глобального характера. Проблема протоиндоевропейцев и бо-реалов, основная проблема индоевропеистики, разрешена. Остается лишь один вопрос – готова ли научная общественность мира к восприятию совершенного открытия.

Редакция


Наш путь ведет к божницам Персефоны, К глухим ключам, под сени скорбных рощ Раин и ив, где папоротник, хвощ И черный тисе одели леса склоны… Туда идем, к закатам темных дней Во сретенье тоскующих теней.

Максимилиан Волошин


Почти два века бьется ученый мир планеты над "неразрешимой" загадкой: древние индоевропейцы – кто они, откуда? В научных, околонаучных и псевдонаучных дискуссиях сломаны десятки тысяч скрестившихся копий, выстроены и разрушены сотни гипотетических зданий, попран не один десяток авторитетнейших мнений, издано бесчисленное множество самых различных по значимости трудов. Но при всем при этом сказать, что "академическая наука" уверенно приближается к разгадке одного из самых сложных и запутанных вопросов истории, было бы неверно. Почти два века индоевропеистике! А "академики" по-прежнему топчутся у самого подножия загадочного и непостижимого сфинкса.

Научное сито за все это время отсеяло около двух десятков наиболее достоверных гипотез о происхождении индоевропейцев и их дальнейших путях. И хотя некоторые из этих гипотез обрели ныне право почти непреложных догм и кочуют из издания в издание в сопровождении все новых и новых комментариев надо признать, и они остаются на данном этапе всего лишь предположениями. А если выражаться точнее, то некими гипотетическими схемами, выстроенными авторами с использованием, разумеется, вполне достоверного фактического материала, который укладывается в рамки этих схем и не разрушает построения. И как бы ни были привлекательны подобные схемы, мы должны отдавать себе отчет в том, что скажем, даже самым тщательным образом снятый план города еще не является самим городом или – пример из другой области, – как бы ни устраивала нас модель атома Бора-Резерфорда, она очень далека от самого атома, она является лишь упрощенной до предела схемой этого непостижимого микроскопического объекта. Но если план или карту города мы снимаем, составляем, имея перед собой сам город как вполне реальный объект, и свойства атома изучаем при помощи приборов, отмечающих опять-таки реально существующие ныне явления, то, берясь за воздвижение "индоевропейской" гипотетической башни, даже обремененный научными званиями автор должен, наверное, помнить – многие из камней, заложенных в основание, могут оказаться лишь призраками или же выстроенными в свою очередь схемами. Схема, помноженная на схему! Схематизм в квадрате. И трудно что-либо поделать, ибо не каждый день приносит нам наука новые и вполне достоверные открытия – дверь истории распахнута лишь в одну сторону.

Схематизм же приводит нас к однобокости и черно-белому видению мира: или так, или эдак! или только по схеме номер один, или только по схеме номер два! или норманизм, или антинорманизм! и т. д. до бесконечности. Школы и схемы воюют друг с другом, не желая уступить ни пяди. И тем самым проигрывают! В жизни не бывает "только так" или "только эдак". В жизни бывает "и так и эдак", говоря попросту. "Родина индоевропейцев – в Малой Азии!"- утверждает один исследователь. "Нет, только на Балканах, и нигде в ином месте!" – твердит свое другой. "Все не так, – утверждает третий, – в Центральной Европе!" И каждый находит неисчислимое множество аргументов для доказательства именно своей схемы.

Нам же, взявшимся обобщить некоторые данные по индоевропеистике и этногенезу славян, а также пытающимся в свою очередь высказать некоторые соображения и предположения, хорошо бы придерживаться мудрого совета Ф. М. Достоевского, сказавшего как-то, что жизнь значительно сложнее даже самой умнейшей из схем, в которую мы пытаемся ее втиснуть.

Но это вовсе не означает, что мы оттолкнем от себя проверенные временем модели человеческой истории, нет. Без учета накопленного опыта поколений, без знаний, которыми одарили нас предшественники нет пути вперед. Другое дело – отделить знания подлинные от голых, чисто умственных конструкций и ложных стереотипов. Непростое это дело! Вот, к примеру, ну как доказать современнику, что первобытный человек никогда не жил в пещерах, что пещеры эти были капищами, хранилищами, убежищами на время, но ни в коем случае не жильем? Как сделать это, если ложный стереотип о "пещерном человеке" вбивался в мозги поколений десятилетиями и продолжает вбиваться и поныне?! И на таких вот ложных стереотипах строятся ложные обобщающие схемы. Серьезные исследователи время от времени пытаются протестовать против подобной профанации. Но где им тягаться со средствами массовой информации и с учебниками, излагающими из года в год представления столетней давности!

Не будем говорить о постановке исторического образования в нашей стране, это безнадежная затея. Не из учебников и не на лекциях узнает наш современник об открытиях и находках, причем не то что новых, новейших, а десяти-, двадцати-, сорока- и шестидесятилетней давности, а из малотиражных научных да научно-популярных книг и брошюрок, из редкой исторической периодики. И потому он, современник, находится по сию пору не просто в неведении, а по большей части в плену ошибочных или устаревших представлений, облегчающих, разумеется, восприятие некоторых исторических процессов, но бесконечно далеких от подлинных событий истории.