Загрузка...

АэроХобби 1994 3


СОДЕРЖАНИЕ

Санитарный самолет К-4 «Пролетарка Украини»

Норфолк 94

Самолет Ли-2В (высотный)

Жаркое небо Афганистана. Часть I

АНТОНОВ-38 - пример плодотворного сотрудничества украинских и российских авиастроителей

Двадцать лет в боях

Огонь над Вьенамом, чась IV

Предшесвенники Ту-160

Билли Бишоп, кавалер «Креста Виктории»

"Трехтрубный гигант" непосредственной поддержки войск


Вячеслав С. Савин/ Харьков


Санитарный самолет К-4 «Пролетарка Украини»

С именем Константина Алексеевича Калинина связано немало интересных страниц в истории отечественной авиации. Изучением его жизни и деятельности уже много лет занимается известный харьковский автор B.C. Савин, чью статью, посвященную многоцелевому самолету К-4, мы помещаем в этом номере. В августе этого года вышла в свет его книга «Планета Константин», открывающая новые факты в судьбе знаменитого конструктора и машин с маркой «К».

В 1926 г. К.А.Калинин возглавил конструкторское бюро при авиационном заводе акционерного общества воздушных сообщений «Укрвоздухпуть»(УВП), которое находилось в тогдашней украинской столице Харькове. Первые два года работы здесь выдались нелегкими. Не смотря на то, что были созданы К-2 и К-3, в УВП продолжали делать ставку на хорошо знакомые и надежные в эксплуатации самолеты немецкой фирмы «Дорнье». Между главным конструктором и правлением общества возник острейший конфликт, закончившийся вмешательством высших партийных инстанций. В итоге кадровый состав руководящего звена «Укрвоздухпути» претерпел кардинальные изменения. Положение Калинина упрочилось, но интриги приверженцев прежнего руководства не прекращались вплоть до конца июля 1928 г., когда председателем правления УВП стал И.И. Касьяненко-авиатор с дореволюционным стажем и старый друг Константина Алексеевича.

В этих непростых условиях в начале 1928г. Калинин приступил к созданию К-4. Собственно говоря, работа состояла в дальнейшем совершенствовании уже созданных образцов. Она велась по договору с ЦК Российского Общества Красного Креста (РОКК), который предусматривал постройку трех санитарных аэропланов типа К-3 в улучшенном варианте. Однако результатом работ явилась фактически новая машина. Ее схема повторяла предыдущие самолеты Калинина, а размеры почти соответствовали К-3. В конструкции широко использовались детали, узлы и даже целые агрегаты ранних самолетов КБ. Вместе с тем имелся ряд новых решений: стабилизатор с изменяемым в полете углом установки, что дало возможность эксплуатировать самолет с большим диапазоном центровок; универсальная моторама, позволявшая без особых переделок устанавливать моторы близкой мощности разных типов. Главное же отличие заключалось в том, что у К-4 могла быть как металлическая, так и смешанная конструкция, когда на изготовление крыла и горизонтального оперения шло дерево. При этом на одном и том же самолете допускалась полная взаимозаменяемость металлических и деревянных частей. Еще одной особенностью новой машины являлось то, что изначально предполагалось создание не только санитарного варианта, но еще двух: аэрофотосьемочного и пассажирского.

В работе по К-4 КБ Калинина тесно сотрудничало с учеными Харьковского технологического института и ЦАГИ, откуда поступали нормы и методы расчетов, данные по аэродинамическим продувкам и прочностным испытаниям материалов. Это помогло маленькому коллективу, в котором насчитывалось только 10 штатных работников и 10 временных, завершить проектирование самолета всего за два с половиной месяца.

3 мая 1928 г. у сборочных стапелей Харьковского авиазавода собрались на митинг рабочие, мастера, представители украинского правительства. Звучали слова приветствия, пожелания новых успехов в деле создания отечественной авиации: типичное для той эпохи торжество ознаменовало начало производства опытной серии (4 машины) самолетов К-4 с двигателями BMW-IV.

Аэрофотосьемочный вариант

«Громадье» советских планов требовало гигантского объема топографических работ, выполнить которые в сжатые сроки без помощи авиации не представлялось возможным. Опыт аэрофотосьемки в СССР уже имелся, он показал высокую эффективность этого метода, а также целесообразность создания специального самолета. В апреле 1928 г. российское общество «Добролет» заказало своему украинскому собрату «Укрвоздухпути» изготовление двух аэропланов для фотосьемок. Заказчик брал на себя обязательство поставить моторы для этих машин и уплатить за каждый готовый самолет по 53 тыс. руб.

Заключение этого договора изменило приоритеты в планах УВП. Хотя работа над всеми модификациями К-4 шла параллельно, теперь постройка двух «фотографических» самолетов предусматривалась в первую очередь. Для выполнения заказа «Добролета» требовалось внести некоторые изменения в конструкцию машины. С этим удалось справиться довольно легко: в полу кабины сделали специальный люк под две фотокамеры; оборудовали рабочие места штурмана и бортоператора, а в хвосте - темную кабину с сиденьем и столиком, предназначенную для перезарядки аппаратуры.

По плану сборку первой машины должны были завершить к 1 мая. Однако эти сроки оказались абсолютно нереальными-на заводе не хватало квалифицированных кадров, оборудования, площадей, возникли проблемы со снабжением необходимыми материалами.

И все же задержка оказалась непродолжительной. Уже в июне шеф-пилот М.А. Снегирев приступил к заводским испытаниям. В их ходе обнаружились кое-какие недоработки, в частности, при посадке расходились в стороны стойки шасси и лопались покрышки колес. С этими проблемами справились быстро, после чего самолет предъявили на испытания специальной комиссии во главе с командующим авиацией Украинского военного округа Ф.А. Ингаунисом. Полеты проходили в целом успешно, а однажды произошел случай, подтвердивший высокую надежность самолета. Выполняя полет на достижение максимальной высоты, Снегирев вошел в облака, потерял ориентировку и заблудился. Топливо заканчивалось, и летчик совершил вынужденную посадку прямо на распаханное поле возле деревеньки Кобеляки. При этом самолет не получил ни единого повреждения! А вот экипаж прямо на месте попал под арест - излишнюю бдительность проявили местные крестьяне, которые с большим недоверием отнеслись к неожиданным визитерам и доставили их в свой исполком. Там быстро разобрались в ситуации. Вскоре К-4 заправили топливом, авиаторы заняли свои места, и машина уверенно взлетела с пашни. После непродолжительного полета она благополучно приземлилась в Харькове.

Изображение к книге АэроХобби 1994 3

К.А. Калинин и летчик-испытатель С.А. Косинский у самолета К-1. Киев, аэродром Пост-Волынский, июль 1925 г.

Проведенные испытания подтвердили пригодность К-4 для аэрофотосьемки. Отсутствие вибрации в кабине давало возможность получать четкие и рельефные снимки. Условия работы экипажа оказались весьма комфортными, а семичасовый запас горючего позволял значительное время находиться над объектом. В августе эту машину передали в аэрофотосъемочную службу общества «Добролет». Принимал ее вХарькове известный летчик К. Арцеулов, который дал положительное заключение о самолете.

Серийные К-4, сведенные в аэро-фотосъемочные отряды, с успехом использовались при картографировании районов Средней Азии, Западной Сибири, Урала, Центрально-Черноземной области, Волги, Дона, Удмуртии, Азовского моря.

Санитарный вариант

Опытная эксплуатация созданного в 1927г. К-3 подтвердила правильность калининской концепции санитарного самолета. С машиной ознакомились в высших эшелонах советских медицинских инстанций, где она в целом получила весьма высокую оценку. Однако обнаружились и недоработки. Так, в акте комиссии Исполкома Союза Красных Крестов и Полумесяцев* отмечалось плохое уплотнение окон, из-за чего в салоне сильно дуло, неудобная конструкция люка для погрузки больных, высказывался ряд мелких замечаний.

Учтя предложения специалистов, конструкторы перекомпоновали санитарную кабину: люк расположили с правого борта; сиденье сопровождающего врача переместили к изголовью носилок; более рационально разместили санитарное оборудование, одновременно улучшили обогрев кабины. Все это создавало повышенный комфорт и удобства для оказания срочной медицинской помощи.

В апреле 1928 г. стало известно, что Харьковскому заводу поручается к осени подготовить санитарный самолет для демонстрации на III Международной авиационной выставке в Берлине. Задание было чрезвычайно важным, поэтому к его выполнению подошли с максимальной ответственностью. Москва поставила Калинину условие: машину необходимо изготовить исключительно из отечественных материалов и комплектующих изделий. Поэтому вместо немецкого двигателя BMW-IV установили новый советский мотор М-6 в 300 л.с.