Дельвиг Антон
А А Дельвиг - об авторе

А.А.ДЕЛЬВИГ

Антон Антонович Дельвиг носил баронский титул, но ни имеиий, ни даже достатка, который можно было бы назвать приличным, его родители не имели. Его отец происходил из прибалтийских дворян, почти всю жизнь прослужил в русских губерниях, принял православие и совершенно обрусел. Мать была из семьи адъюнкта Академии наук астронома Красильникова, солдатского сына. Антон Антонович Дельвиг родился в 1798 году в Москве. Друг А. С. Пушкина поэт и критик П. А. Плетнев вспоминал, что Пушкин и Дельвиг "всегда гордились этим преимуществом, утверждая, что тот из русских, кто не родился в Москве, не может быть судьею ни по части хорошего выговора на русском языке, ни по части выбора истинно русских выражений". Первоначальное образование Дельвиг получил в частном московском пансионе. 12 августа 1811 года, в один день с Пушкиным выдержав вступительный экзамен, Дельвиг становится воспитанником Царскосельского лицея. Вспоминая об этом периоде жизни Дельвига, Пушкин пишет: "Способности его развивались медленно. Память у него была тупа; понятия ленивы. На 14-м году он во знал никакого иностранного языка и не оказывал склонности ви к какой науке. В нем заметна была только живость воображения". Эта живость воображения, по-видимому, и сделала Дельвига поэтом. Спокойный, уравновешенный, Дельвиг не мешал товарищам считать себя безмятежным ленивцем; между тем в нем постоянно шла напряженная работа ума. Пушкин рассказывает, как проявлялась у Дельвига "живость воображения": "Однажды вздумалось ему рассказать нескольким из своих товарищей поход 1807-го года, выдавая себя за очевидца тогдашних происшествий. Его повествование было так живо и правдоподобно и так сильно подействовало на воображение молодых слушателей, что несколько дней около него собирался кружок любопытных, требовавших новых подробностей о походе. Слух о том дошел до нашего директора А. Ф. Малиновского, который захотел услышать от самого Дельвига рассказ о его приключениях. Дельвиг постыдился признаться во лжи столь же невинной, как и замысловатой, и решился ее поддержать, что и сделал с удивительным успехом, так что никто из нас не сомневался в истине его рассказов, покамест он сам не признался в своем вымысле". Но, передавая этот случай, Пушкин делает оговорку, характеризующую нравственный облик лицейского друга: "Дельвиг... никогда не лгал в оправдание какой-нибудь вины, для избежания выговора или наказания". Пушкин рассказал и о первых шагах Дельвига в поэзии. "Любовь к поэзии,-пишет Пушкин,-пробудилась в нем рано. Он знал почти наизусть Собрание русских стихотворений, изданное Жуковским. С Державиным он не расставался. Клопштока, Шиллера и Гёльти прочел он с одним из своих товарищей, живым лексиконом и вдохновенным комментарием (здесь речь идет о В. К. Кюхельбекере.- Вл. М.); Горация изучил в классе под руководством профессора Кошанского... Первыми его опытами в стихотворстве были подражания Горацию. Оды: "К Диону", "К Лилете", "Дориде" писаны им на пятнадцатом году и напечатаны в сборнике его сочинений безо всякой перемены. В них уже заметно необыкновенное чувство гармонии и той классической стройности, которой никогда он не изменял". В 1814 году Дельвиг первым из лицеистов напечатал свои стихи. Талант молодого поэта не получил тогда особого призвашш, Пушкин отмечает с горечью, что "никто не приветствовал вдохновенного юношу". Сам Пушкин уже з те годы отдал должное поэтическому дарованию Дельвига. В 1817 году, оскорбленный тем, что три его стихотворения, посланные в "Вестник Европы", были отклонены редакцией, Пушкин в своем послании "Дельвигу" в запальчивости отрекается от поэтической деятельности:

Нет, нет, ни счастием, ни славой, Ни гордой жаждою похвал Не буду увлечен! В бездействии счастливом Забуду милых муз, мучительниц моих; Но, может быть, вздохну в восторге молчаливом. Внимая звуку струн твоих.

Поэтическое чутье позволило Дельвигу, одному из первых:, оценить пушкинский гений; еще в 1815 году он предрек юному поэту бессмертие:

Пушкин! Он и в лесах не укроется; Лира выдаст его громким пением, И от смертных восхитит бессмертного Аполлон на Олимп торжествующий.

По окончании Лицея Дельвиг, как и все лицеисты, поступил Hа службу вначале в Департамент горных и соляных дел, поюм перешел в канцелярию министра финансов. Жалованье, получаемое Дельвигом, было недостаточным, он бит вынужден поселиться на петербургской окраине вместе со своим другом поэтом Евгением Баратынским. Современник рассказывает об образе жизни двух друзей: "Оба поэта жили самым оригинальным, самым беззаботным и потому беспорядочным обрном, почти не имея мебели в своей квартире и не нуждаясь в подобной роскоши, почти постоянно без денег, но зато с неистощимым запасом самой добродушной, самой беззаботной веселости". Между тем эго было время большого творческого подъема, Дельвиг много пишет, с успехом разрабатывая жанры оды, элегии, сонета, романса; некоторые стихи, написанные им в духе русских народных песен, популярны и поныне: тут можно назвать песню на музыку М. И. Глинки "Что, красотка молодая..." или "Соловей мой, соловей...", положенную на музыку А. А. Алябьевым. Некоторое время Дельвиг служил в Петербургской публичной библиотеке под непосредственным началом у Ивана Андреевича Крылова, занимавшего там должность библиотекаря. В 1825 году Дельвиг вышел в отставку, так и не сделав карьеры: все его пптересы сосредоточивались на литературе. В 1818 году он стал членом Вольного общества любителей словесности, наук и художеств, в следующем - литературно-политического дружеского кружка "Зеленая лампа", который объединял передовую дворянскую молодежь. Цель кружка состояла в пропаганде декабристских идей посредством литературы и искусства, его руководителями были будущие декабристы - С. П. Трубецкой, Ф. Н. Глинка, Я. Н. Толстой. В заседаниях кружка, помимо Дельвига, принимали участие Пушкин, Гнедич, Долгоруков, Всеволожский и другие.

Для нас, союзники младые, Надежды лампа зажжена,

писал Пушкин о "Зеленой лампе". Несмотря на то что Дельвиг в своих убеждениях был близок к декабристам, дружил с Рылеевым, А. А. Бестужевым, Кюхельбекером, членом тайного общества он не стал. Но до конца дней своих находился под тайным надзором полиции. С конца 1824 года Дельвиг начинает издавать альманах "Северные цветы", в который привлек лучшие литературные силы того времени. Главным в альманахе был отдел поэзии, в нем опубликованы многие произведения Пушкина, в том числе отрывки из "Евгения Онегина" и "Бориса Годунова", стихотворения Н. М. Языкова, В. А. Жуковского, Е. А. Баратынского, К. Н. Батюшкова, Ф. И. Тютчева. После разгрома восстания декабристов, когда самыми распространенными периодическими изданиями стали журнал "Сын отечества" и газета "Северная пчела", издававшиеся реакционными дельцами Булгарииым и Гречем, Дельвиг, Пушкин и другие близкие к ним литераторы решили противопоставить им свое издание, которое проводило бы прогрессивные идеи и в какой-то степени было продолжателем декабристской периодики начала двадигних годов. С 1 января 1830 года стала выходить "Литературная газета", редактором-издателем которой стал Дельвиг. В "Литературной газете" печатались А. С. Пушкин, П. А. Вяземскил, Н. В. Гоголь, Е. А. Баратынский, Ф. Н. Глинка, А. В. Кольцов, в ней были анонимно напечатаны произведения некоторых декабристов "государственных преступников", находящихся в ссылке, тайно пересланные в Петербург. В то время как Булгарину и Гречу правительство разрешало помещать на страницах своих изданий материалы политического характера, Дельвигу изначально было запрещено касаться в его газете политики. Это условие Дельвигом соблюдено не было, за что его неоднократно в грубой форме распекал шеф жандармов Бенкендорф: один раз за то, что поместил в газете выражение "аристократов к фонарю", взятое из французской революционной песни, в другой раз - за упоминание о жертвах июльской революции 1830 года во Франции. Племянник Дельвига сообщает, что Бенкендорф грозил "троих друзей: Дельвига, Пушкина и Вяземского" - "если не теперь, то вскоре" упрятать в Сибирь. Дело кончаюсь тем, что Дельвиг был отстранен от редактирования "Литературной газеты". Это произошло в конце 1830 года, а в январе 1831 года Дельвига не стало: здоровье его было подорвано, как полагали современники, свалившимися на него неприятностями, он умер внезапно от случайной простуды. Смерть Дельвига потрясла Пушкина. В письме к Плетневу он писал: "Грустно, тоска. Вот первая смерть, мною оплаканная. ...Никто на свете не был мне ближе Дельвига. Изо всех связей детства он один оставался на виду - около него собиралась наша бедная кучка. Без него мы точно осиротели..."