Александр Михайлович Кондратов
Атлантиды моря Тетис

«Вполне вероятно, что крупная система средиземных морей Атлантического океана, в которую входит и Черное море, представляет остатки древнего моря Тетис, лежащего в глубокой геосинклинали, бороздившей весь земной шар от восточных берегов Атлантического океана через южную Европу, Северную Африку, Индийский океан и Центральную Америку до западных берегов Атлантического океана. Непрерывные изменения этого обширного бассейна начиная с кембрийского времени сопровождались то его увеличением, то сокращением и распадением на отдельные части. В настоящее время трудно заглянуть в глубь времен и нарисовать последовательный ход распределения суши и воды в различные геологические эпохи. Такие попытки при отсутствии необходимых данных неминуемо содержат некоторую долю фантазии, и если по указанным выше соображениям их трудно опровергнуть, то по той же причине нельзя и доказать.»

А. К. Леонов. «Региональная география»

Пролог:
Века и воды

Изображение к книге Атлантиды моря Тетис

Первобытный человек передавал информацию изустно. События прошлого, включая происхождение рода людского и всего мира, представали в его рассказах как мифический «Вечный период сновидений», столь ярко изображенный в мифологии австралийских аборигенов. По их представлениям, различные животные, растения и люди в тот период не имели своих нынешних форм и были аморфными существами — а затем всемогущие «предки» положили начало всему, что существует ныне.

Первобытные представления о сотворении мира трансформировались в религиях. Любая из них создавала собственную космогоническую систему, которая на свой лад объясняла происхождение, строение мира и его распорядок, установленный свыше. Для христианской Европы в течение полутора тысяч лет непререкаемым авторитетом была священная Библия. Согласно ей, мир был сотворен 7000 лет назад… Однако космология и космогония наших дней говорят о том, что та часть Вселенной, в которой мы живем, существовала и миллион, и миллиард, и 10 миллиардов лет назад. Нашей планете около 4,5 миллиарда лет. Более миллиарда лет назад появилась на ней жизнь. Облик Земли менялся, рождались и разрушались грандиозные горные хребты, уходили под воду обширные пространства суши… Но события эти еще сравнительно недавно казались «делами давно минувших дней», не затрагивавшими судьбы человечества. Развитие его цивилизаций, миграции народов, расцвет и гибель городов и культур изучали науки о человеке, а не о Земле. Однако сейчас мы все больше начинаем понимать, насколько история рода людского тесно связана с историей планеты. Ибо науки о Земле значительно «омолодили» события, менявшие лик планеты. Последние же открытия антропологов и археологов, наоборот, значительно «состарили» как самого «хомо сапиенса», человека разумного, так и созданные им в древности цивилизации.

«Раскрытие древних письменностей и языков, осуществленное в течение девятнадцатого и двадцатого веков, относится к числу самых великих подвигов человеческого духа, — пишет известный немецкий специалист по древним письменам Иоганнес Фридрих. — …это позволило отодвинуть линию исторического горизонта далеко в глубь веков. К двум с половиной тысячелетиям истории человечества, которые были уже доступны знанию, теперь прибавилось по крайней мере еще столько же. Перед нашим взором предстали не только политические события отдаленных эпох, но и материальная и духовная культура древних народов; мы познакомились с их жилищем, одеждой и образом жизни, с их религиозным, правовым и научным мышлением. Расширяющиеся пространственные и временные перспективы позволяют нам с бóльшим правом судить о развитии жизни и мышления человека.»

Письменность появилась около пяти — пяти с половиной тысяч лет назад. «Бесписьменный» период истории человечества, уходящий в тьму тысячелетий, воскресила археология. Предоставим слово другому специалисту, выдающемуся английскому археологу Гордону Чайлду. «Археология произвела переворот в исторической науке, — пишет он. — Она расширила пространственный горизонт истории почти в той же степени, в какой телескоп расширил поле зрения астрономии. Она в сотни раз увеличила для истории перспективу в прошлое, точно так же, как микроскоп открыл для биологии, что за внешним обликом больших организмов скрывается жизнь мельчайших клеток. Наконец, она внесла такие изменения в объем и содержание исторической науки, какие радиоактивность внесла в химию. Прежде всего, археология имеет дело преимущественно с повседневными предметами практического применения, приспособлениями и изобретениями, такими, как дома, осушительные канавы, топоры и т. д., которые сами по себе оказали значительно более глубокое влияние на жизнь гораздо большего числа людей, чем любое сражение или заговор, но заниматься которыми ученые-историки прежде считали ниже собственного достоинства.»

Археология, эта «история, вооруженная лопатой», в наши дни пользуется не только лопатой землекопа, она привлекает себе в помощь достижения науки и техники XX столетия. Древние культуры и самобытные цивилизации найдены археологами на всех материках, кроме покрытой ледяным панцирем Антарктиды. С каждым годом растут наши знания еще об одном «материке» — если так можно назвать дно морей и океанов. Вслед за полевой археологией родилась археология подводная, ведущая поиск затонувших кораблей, затопленных поселений и путей миграции племен и народов по землям, которые ныне стали дном морским.

Где вести поиск археологам-подводникам? Ведь территория, скрытая под водой, в три раза обширнее территории суши. А поиски археологических объектов на дне вести труднее, вероятно, не в три, а в тридцать раз. И вслед за подводной археологией, занимающейся практическими исследованиями, родилась новая дисциплина, у которой нет даже общепринятого названия. Цель ее — показать, где и что следует искать на дне заливов, морей, проливов, озер, океанов археологам-практикам, вооруженным аквалангами, эхолотами, подводными лодками и другими эффективными средствами поиска.

«В археологии, древней истории, этнографии, лингвистике, антропологии и в других науках о человеке есть много «белых пятен», нерешенных проблем. Если данные океанографии, геологии и иных наук о Земле говорят, что в районе обитания «загадочных народов» или «таинственных культур» происходили опускания суши, землетрясения и тому подобные стихийные бедствия (иными словами — земная кора здесь весьма активна), мы вправе выдвигать гипотезу о том, что данные наук о Земле могут объяснить проблемы, не решенные науками о человеке. Разумеется, лишь гипотезу — подтвердить или опровергнуть ее и должны исследования археологов под водой…» Так писал автор этих строк в книге «Тайны трех океанов», вышедшей в 1971 году и открывшей серию публикаций, посвященных Пацифиде, Лемурии, затонувшим землям Атлантики, расселению первобытных людей по «мостам» суши, ныне не существующим.

Со времени выхода книги «Тайны трех океанов» и науки о Земле, и науки о человеке накопили множество интереснейших фактов, заставили отказаться от ряда гипотез и, наоборот, породили новые. Но общепринятого наименования для дисциплины, ведущей вероятностный поиск, намечающей полигоны для раскопок под водой, так и нет. Термин «теоретическая подводная археология» непригоден не только в силу своей громоздкости, но и потому, что безымянная дисциплина имеет дело лишь с гипотезами, которые могут оказаться и ошибочными. Термин «акваархеология» идентичен термину «подводная археология». «Гипоакваархеология» — «гипотетическая подводная археология» — название опять-таки слишком громоздкое.

Правда, есть еще один термин для этой дисциплины, уходящей в глубину времен, к зачаткам первых научных знаний, когда рождались геометрия, логика, астрономия, физика, ко временам Пифагора и Архимеда, Аристотеля и Евклида. Термин этот — «атлантология».

История поисков Атлантиды заслуживает особого рассказа. И не только потому, что она, по словам крупнейшего советского атлантолога профессора Н. Ф. Жирова, должна «читаться как захватывающий роман о заблуждениях человеческой мысли». Поиски Атлантиды, до сих пор не найденной, давали полезный стимул к развитию наук о Земле и наук о человечестве. Они-то в конечном счете и привели к созданию дисциплины, которая и по сей день не получила общепринятого наименования и — за неимением лучшего — вынуждена довольствоваться термином «атлантология»… А началась она с того, что в диалоге «Тимей», написанном эллином Аристоклом, известным человечеству под именем Платон, персонаж по имени Критий сообщает Сократу удивительную историю, которую поведали «мудрейшему из семи мудрых», Солону, египетские жрецы из города Саис, славившегося своими мудрецами.