Robert Ervin Howard
Английский язык с Р. Э. Говардом
(Книгу составил и адаптировал Олег Дьяконов)
(Метод чтения Ильи Франка)

Каждый текст разбит на небольшие отрывки. Сначала идет адаптированный отрывок — текст с вкрапленным в него дословным русским переводом и небольшим лексическим комментарием. Затем следует тот же текст, но уже неадаптированный, без подсказок.

Те, кто только начал осваивать какой-либо язык, сначала может читать текст с подсказками, затем — тот же текст без подсказок. Если при этом он забыл значение какого-либо слова, но в целом все понятно, то необязательно искать это слово в отрывке с подсказками. Оно еще встретится — и не раз. Смысл неадаптированного текста как раз в том, что какое-то время — пусть короткое — читающий на чужом языке «плывет без доски». После того, как он прочитает неадаптированный текст, нужно читать следующий адаптированный. И так далее. Возвращаться назад — с целью повторения — не нужно. Следует просто продолжать читать дальше.

Конечно, сначала на вас хлынет поток неизвестных слов и форм. Этого не нужно бояться: никто никого по ним не экзаменует. По мере чтения (пусть это произойдет хоть в середине или даже в конце книги) все «утрясется», и вы будете, пожалуй, удивляться: «Ну зачем опять дается перевод, зачем опять приводится исходная форма слова, все ведь и так понятно!» Когда наступает такой момент, «когда и так понятно», стоит уже читать наоборот: сначала неадаптированную часть, а потом заглядывать в адаптированную. (Этот же способ чтения можно рекомендовать и тем, кто осваивает язык не с нуля.)


Язык по своей природе — средство, а не цель, поэтому он лучше всего усваивается не тогда, когда его специально учат, а когда им естественно пользуются — либо в живом общении, либо погрузившись в занимательное чтение. Тогда он учится сам собой, подспудно.

Наша память тесно связана с тем, что мы чувствуем в какой-либо конкретный момент, зависит от нашего внутреннего состояния, от того, насколько мы «разбужены» сейчас (а не от того, например, сколько раз мы повторим какую-нибудь фразу или сколько выполним упражнений).

Для запоминания нужна не сонная, механическая зубрежка или вырабатывание каких-то навыков, а новизна впечатлений. Чем несколько раз повторить слово, лучше повстречать его в разных сочетаниях и в разных смысловых контекстах. Основная масса общеупотребительной лексики при том чтении, которое вам предлагается, запоминается без зубрежки, естественно — за счет повторяемости слов. Поэтому, прочитав текст, не нужно стараться заучить слова из него. «Пока не усвою, не пойду дальше» — этот принцип здесь не подходит. Чем интенсивнее человек будет читать, чем быстрее бежать вперед — тем лучше. В данном случае, как ни странно, чем поверхностнее, чем расслабленнее, тем лучше. И тогда объем материала делает свое дело, количество переходит в качество. Таким образом, все, что требуется от читателя, — это просто почитывать, думая не об иностранном языке, который по каким-либо причинам приходится учить, а о содержании книги.

Если вы действительно будете читать интенсивно, то метод сработает. Главная беда всех изучающих долгие годы один какой-либо язык в том, что они занимаются им понемножку, а не погружаются с головой. Язык — не математика, его надо не учить, к нему надо привыкать. Здесь дело не в логике и не в памяти, а в навыке. Он скорее похож в этом смысле на спорт, которым нужно заниматься в определенном режиме, так как в противном случае не будет результата. Если сразу и много читать, то свободное чтение на новом языке — вопрос трех-четырех месяцев (начиная «с нуля»). А если учить помаленьку, то это только себя мучить и буксовать на месте. Язык в этом смысле похож на ледяную горку — на нее надо быстро взбежать. Пока не взбежите — будете скатываться. Если достигается такой момент, что человек свободно читает, то он уже не потеряет этот навык и не забудет лексику, даже если возобновит чтение на этом языке лишь через несколько лет. А если не доучил — тогда все выветрится.

А что делать с грамматикой? Собственно для понимания текста, снабженного такими подсказками, знание грамматики уже не нужно — и так все будет понятно. А затем происходит привыкание к определенным формам — и грамматика усваивается тоже подспудно. Это похоже на то, как осваивают же язык люди, которые никогда не учили его грамматики, а просто попали в соответствующую языковую среду. Я говорю это не к тому, чтобы вы держались подальше от грамматики (грамматика — очень интересная и полезная вещь), а к тому, что приступать к чтению подобной книги можно и без особых грамматических познаний, достаточно самых элементарных. Данное чтение можно рекомендовать уже на самом начальном этапе.

Такие книги помогут вам преодолеть важный барьер: вы наберете лексику и привыкнете к логике языка, сэкономив много времени и сил.

Илья Франк, frank@franklang. ru

I. Jewels of Gwahlur
(Сокровища Гвалура)

1. Paths of Intrigue
(Пути интриги)

The cliffs rose sheer from the jungle (утесы поднимались из джунглей вертикально; to rise — подниматься), towering ramparts of stone (высокие каменные бастионы; tower — башня; вышка; to tower — выситься, возвышаться) that glinted jade-blue and dull crimson in the rising sun (которые сверкали нефритово-лазурным и серо-малиновым цветом в лучах восходящего солнца), and curved away and away to east and west above the waving emerald ocean of fronds and leaves (и изгибались дальше и дальше: «прочь и прочь» на восток и на запад над волнующимся изумрудным океаном листьев; frond — расчлененный, похожий на ветку лист /напр., папоротника, пальмы, бананового дерева и т. п./). It looked insurmountable (он казался непреодолимым), that giant palisade with its sheer curtains of solid rock in which bits of quartz winked dazzlingly in the sunlight (этот гигантский палисад с отвесными занавесами из твердой скалы, в которых кусочки кварца ослепительно мерцали на солнечном свете; to wink — подмигивать; мерцать). But the man who was working his tedious way upward was already halfway to the top (но человек, который утомительно продвигался вверх, был уже на полпути к вершине; to work one’s way — пробираться, продвигаться; tedious — нудный, скучный, утомительный; halfway — на полпути).


crimson [krɪmzn], quartz [kwɔ:ts], tedious [ˈti:dɪəs]


The cliffs rose sheer from the jungle, towering ramparts of stone that glinted jade-blue and dull crimson in the rising sun, and curved away and away to east and west above the waving emerald ocean of fronds and leaves. It looked insurmountable, that giant palisade with its sheer curtains of solid rock in which bits of quartz winked dazzlingly in the sunlight. But the man who was working his tedious way upward was already halfway to the top.


He came from a race of hillmen (он происходил из расы горцев; to come from — происходить из), accustomed to scaling forbidding crags (привыкший взбираться на неприступные скалы), and he was a man of unusual strength and agility (и он был человеком необычайной силы и ловкости). His only garment was a pair of short red silk breeks (его единственным одеянием была пара коротких красных шелковых штанов), and his sandals were slung to his back (а его сандалии были переброшены за спину; to sling — подвешивать /что-л./; вешать через плечо), out of his way, as were his sword and dagger (чтобы не мешать ему, как и его меч и кинжал; out of one’s way — не мешающий кому-л.).

The man was powerfully built, supple as a panther (человек был мощно сложен = мощного телосложения, гибкий как пантера; to build — сооружать, строить). His skin was bronzed by the sun (его кожа загорела на солнце), his square-cut black mane confined by a silver band about his temples (его ровно постриженная черная грива /была/ охвачена серебряным обручем на висках). His iron muscles, quick eyes and sure feet served him well here (его железные мускулы, наблюдательные глаза и уверенные ступни хорошо служили = очень пригодились ему здесь; quick — быстрый; острый, тонкий /о слухе, зрении/; to serve — служить; пригодиться), for it was a climb to test these qualities to the utmost (ибо это было восхождение для проверки этих качеств в высшей степени; to the utmost — в высшей степени, предельно). A hundred and fifty feet below him waved the jungle (в ста пятидесяти футах под ним волновались джунгли). An equal distance above him the rim of the cliffs was etched against the morning sky (на таком же расстоянии над ним кромка утесов отпечаталась на фоне утреннего неба; to etch — гравировать; запечатлевать; оставлять след).


accustomed [əˈkʌstəmd], quality [ˈkwɔlɪtɪ], equal [ˈi:kwəl]


He came from a race of hillmen, accustomed to scaling forbidding crags, and he was a man of unusual strength and agility. His only garment was a pair of short red silk breeks, and his sandals were slung to his back, out of his way, as were his sword and dagger.

The man was powerfully built, supple as a panther. His skin was bronzed by the sun, his square-cut black mane confined by a silver band about his temples. His iron muscles, quick eyes and sure feet served him well here, for it was a climb to test these qualities to the utmost. A hundred and fifty feet below him waved the jungle. An equal distance above him the rim of the cliffs was etched against the morning sky.


He labored like one driven by the necessity of haste (он продвигался с трудом, как человек, гонимый необходимостью спешить; to labor — трудиться, работать; подвигаться вперед медленно, с трудом; to drive — водить; гнать; haste — спешка); yet he was forced to move at a snail's pace (однако он был вынужден двигаться со скоростью улитки; to force — заставлять, принуждать, вынуждать), clinging like a fly on a wall (цепляясь подобно мухе на стене). His groping hands and feet found niches and knobs (его ищущие руки и ноги находили углубления и выступы; to find — находить;to knob — выдаваться, выпячиваться), precarious holds at best (в лучшем случае ненадежные опоры), and sometimes he virtually hung by his finger nails (а иногда он фактически висел на ногтях пальцев; to hang — висеть). Yet upward he went (тем не менее он поднимался; yet — однако, тем не менее; все же; to go up — подниматься), clawing, squirming, fighting for every foot (царапаясь, извиваясь, сражаясь за каждый фут). At times he paused to rest his aching muscles (временами он останавливался, чтобы дать отдых своим ноющим мускулам; to rest — отдыхать; давать отдых), and, shaking the sweat out of his eyes (и стряхивая пот из глаз = который застилал глаза; to shake out — вытряхивать), twisted his head to stare searchingly out over the jungle (крутил головой, чтобы охватить джунгли пристальным ищущим взглядом: «пристально высматривать над джунглями»; to stare — вглядываться, пристально глядеть; to stare out — высматривать; over — над, через), combing the green expanse for any trace of human life or motion (прочесывая зеленое пространство в поисках любого признака человеческой жизни или движения; to comb — прочесывать, тщательно искать /местность и т. п./).