Первым побуждением Лори было повернуться и уйти, но праведный гнев возобладал. Набрав в легкие побольше воздуха, чтобы совладать с предательской слабостью во всем теле и сдержать охватившую ее ярость, она вошла в комнату, с грохотом захлопнув за собой дверь.

- Я сказал, положите там.- На этот раз в тоне сказанного прозвучало неприкрытое раздражение.

Лори стояла, глядя на него сверху вниз. Надменное породистое лицо. Тонкие губы, лишь немного более полная нижняя нарушала идеальную гармонию, свидетельствуя о чувственности, скрывавшейся - она имела случай убедиться в этом - под внешней ледяной неприступностью. Черные, как смоль, волосы были зачесаны назад, лишь одна прядь падала на загорелый лоб, придавая его облику обманчивую видимость некой незащищенности. Подобную иллюзию создавали и пушистые черные ресницы вокруг необычно светлых опалово-серых глаз, взгляд которых - пристальный и равнодушный - был устремлен сейчас на Лори.

На какое-то мгновение что-то будто мелькнуло в ледяной глубине этих глаз - и тут же исчезло. Алекс Барези со своей необычайно ленивой грацией поднимался с кресла.

- Лорина, какой приятный сюрприз! - Откровенно ироничная интонация покоробила ее, и она сделала вид, что не заметила протянутой ей руки.

- Как ты посмел! - Лори метнула в его сторону гневный взгляд и услышала, как дрожит ее голос - не столько от закипавшей в ней ярости, сколько от давнего страха перед этим человеком, страха, что столько лет таился в ней и теперь прорывался наружу.- Убирайся!

Лори вскинула голову, тряхнув длинными светлыми волосами, и театральным жестом указала на дверь.

Но он лишь печально покачал головой.

- Знаешь, сага, а время не пошло тебе на пользу. По крайней мере,- он помолчал и дерзко оглядел ее с головы до ног, словно сняв с нее взглядом бирюзовое льняное платье и оставив ее обнаженной,- по крайней мере, в том, что касается твоих манер.

Лори стиснула кулаки так, что ногти впились ей в ладони, и, с трудом сдерживаясь, произнесла:

- Между прочим, ты находишься в кабинете моего отца и это - его кресло.

- Да неужели? - Алекс демонстративно плюхнулся обратно.

От бессильной ярости у Лори на глазах навернулись слезы.

- Убирайся с этого кресла - и из этой комнаты! Ты... ты еще не хозяин "Пэджет Кристал"!

- Нет,- с готовностью отозвался он. Приподняв манжет рубашки, бросил взгляд на изящные золотые часы.- До этой упоительной минуты осталось всего лишь сорок минут.

Лори с ненавистью смотрела на него. Раздался осторожный стук в дверь, и прежде чем она успела отреагировать, он ответил:

- Войдите.

Дверь растворилась, на пороге появилась миссис Джонсон, порозовевшая от смущения, прижимая к себе пачку комьютерных распечаток.

- Вот то, что вы просили, мистер Барези. А, здравствуй, Лори, я и не знала, что ты здесь.

У Лори перехватило дыхание. Двадцать лет секретарша верой и правдой служила отцу - и уже переметнулась в стан врага. Неужели такое возможно? Взгляды их встретились, и щеки миссис Джонсон из розовых превратились в бордовые. Кладя бумаги на стол,- Алекс при этом что-то пробурчал себе под нос в качестве благодарности,- она обратила на Лори взгляд, полный немой мольбы.

- Ничего, миссис Джонсон.- Лори коснулась ее руки.- Я все понимаю.- "Понимаю слишком хорошо",- с горечью подумала она. Когда требования Алекса Барези не исполнялись, мало нашлось бы людей, способных противостоять его гневу.

Когда дверь за миссис Джонсон затворилась, Лори снова резко обернулась к Алексу, но он, углубившись в бумаги, водил длинным пальцем по колонкам цифр и все более хмурился. Она шагнула поближе, чтобы заглянуть через его плечо в документы, и задохнулась от негодования:

- Что тебе здесь надо?

- Ваши текущие счета, естественно.- Он даже не потрудился оторваться от чтения.

- Дай сюда.

Лори протянула руку и попыталась вырвать бумаги, но не тут-то было. Когда она все же умудрилась завладеть ими, Алекс железными пальцами обхватил ее за запястье и лишь сильнее сжал их, когда она попыталась высвободиться. Он не произнес ни слова, только взглянул на нее исподлобья, но, разглядев выражение его светлых глаз, Лори разжала руку, и бумаги полетели на стол. Лори с ненавистью смотрела на него и яростно терла запястье, чтобы умерить боль.

- Ты не имеешь права. Это секретные документы.

- В течение...- Он снова взглянул на часы.- ...еще примерно тридцати двух минут. Но тогда всякая секретность будет ни к чему, а я бы хотел войти в новое дело соответственно подготовленным. В данном конкретном случае,- продолжал он, улыбаясь одними лишь губами, глаза его оставались абсолютно бесстрастными,- мне необходимо было убедиться, что я имел дело с реальными, а не с воображаемыми цифрами, что их не придумали для обмана ни в чем не повинного покупателя.

- Это ты-то ни в чем не повинен! - взорвалась она, вспомнив Джеймса, чья честность действительно не знала границ.- Подползаешь, словно змея, и обираешь людей до нитки!

На ее щеках опять появились пятна от гнева.

- На мой взгляд, сага, тебе меньше всего пристало читать мне лекции о честном поведении в бизнесе.

- Что ты имеешь в виду?

- Согласен, "Барези Интернешнл" может вести жесткую игру, но - в отличие от некоторых других фирм - мы всегда играем в открытую.

- Душите в открытую, ты хотел сказать?

- Если угодно, да,- сухо произнес Алекс.- Порой это даже гуманно по отношению к умирающему.- Он вновь опустил глаза на компьютерную распечатку.- Цифры весьма тревожные. Оказывается, дела обстоят еще хуже, чем меня информировали.

- А кто в этом виноват? - Голос Лори дрогнул.- Кто затеял всю эту безжалостную вендетту?

- Вендетту? - Он с любопытством приподнял одну бровь.- Что-то в этом есть от мелодрамы, не находишь?

- Не нахожу. И с каких это пор итальянцы, а тем более семья Барези, могут забыть или простить оскорбление?

- Что ж, ты права. Разумеется, кое-что прощать нельзя.- На мгновение их глаза встретились. Лори тут же залилась краской и опустила затрепетавшие ресницы.

- Но какое это имеет отношение к печальной участи "Пэджет Кристал"? - спросил он.

- Самое что ни есть прямое. Да за четыре года ни один наш шаг не обходился без того, чтобы не появился ты и не вставил нам лыко в строку. Мы подписали было контракт с международной гостиничной сетью, но тут выяснилось, что ты влез к ним с гораздо более выгодным предложением. А вспомни хотя бы переговоры о поставке стекла на тот туристический суперлайнер: ты запросил у них такую ничтожную сумму за подряд, что я до сих пор удивляюсь, как тебе удалось заработать на нем хоть пенни.

- Уверяю тебя, Лори,- вкрадчиво вставил он,- что я ни разу еще не заключал соглашения, в результате которого Барези остались бы в убытке.

- Верю-верю,- с горечью в голосе согласилась она.- А потом, когда курс наших акций упал до предела, ты скупил их подчистую - через подставных лиц, разумеется, так что мы даже не знали откуда исходит удар, хотя могли бы, конечно, догадаться. А теперь ты готов добить нас окончательно.

- Добить? Я бы сказал - кинуть вам спасательный круг, оказать первую медицинскую помощь.

- О да! Завел нас на рифы, лишил руля И ветрил, и теперь лживо рассуждаешь о спасательном круге. Сколько же в тебе лицемерия!

- Хватит!

В светлых глазах Алекса полыхнуло пламя гнева, и Лори невольно отступила назад, но он пружинисто вскочил на ноги и развернул ее лицом к себе.

- П-пусти...- Больше Лори ничего не удалось произнести, ибо он с силой прижал свои губы к ее рту. Она отчаянно стиснула челюсти, пытаясь противостоять непрошеному вторжению. Но Алекс отклонял ее голову назад до тех пор, пока из ее горла не вырвался слабый протестующий стон, и тут ее губы слегка разжались, и он протолкнул внутрь язык и завладел ее ртом полностью.

В глазах Лори металось бессильное зеленое пламя, она обмякла в его руках, чувствуя, как постепенно вкус его поцелуя, теплый, мужской запах его тела заполняют всю ее без остатка. В следующее мгновение она уже снова была в саду венецианской виллы. Ночной ветерок ласково шелестел ветвями кипарисов, а вдали раздавались смех и крики, несущиеся с террасы; в честь ее отъезда семья Барези устроила вечеринку.

Но здесь, в саду, они были только вдвоем. Алекс был в простых голубых брюках и белой рубашке с расстегнутым - прямо как сейчас - воротом, а Лори - в лучшем своем белом поплиновом платье без рукавов. Он сорвал две нежно-розовые розы и торжественно воткнул ей в волосы. Она робко улыбнулась, глядя на него, и тут он как бы невзначай обнял ее за плечи.

Лора сразу же напряглась, но вскоре успокоилась, прижавшись к нему. Алекс, наследник империи Барези и типичный плейбой, в свои двадцать семь лет выглядел ненамного старше. Его образ жизни служил неиссякаемым источником скандального материала для авторов колонок сплетен в итальянских газетах. Но с ней он неизменно вел себя так, словно был всего лишь заботливым старшим братом...