Тарас Мыкытовыч Вильнодум

Антинемецкий фронт УПА

14 Октября в Киеве прошел "Марш УПА", организованный украинскими националистами. Он собрал не менее 25 тысяч человек. Данная акция вызвала бурное слюневыделение у прокремлевских шавок, имперастов и евразийских подстилок мусульманского мира, выступающих за создание "Евразийского Союза" в котором русским уготована роль обслуживающего персонала для кавказских отморозков и азиатских баев.

Не удивительно, что независимая, национальная Украина вызывает у этих идейных последователей Константина Леонтьева бешеную ненависть и зубовный скрежет, а слово "бандеровец", которое они обычно пишут через букву "Е" – заставляет громко выпускать дым негодования из ушей, пар возмущение из ноздрей, и газы "оскорбленной гордости" из славянофобской, имперской попы.

Одним из главных символов ненависти имперастов, безусловно, является "Украинская Повстанческая Армия", которая в годы Второй Мировой Войны воевала на два фронта – как против советских партизан и советских карательных структур, так и против нацистов, и в течении десяти лет после ее окончания продолжала военное сопротивление советской оккупации.

Реабилитация УПА, которая произошла в Украине после Оранжевой Революции, способствовала колоссальному сдвигу в украинском национальном сознании, поскольку историософская революция предпринятая пришедшими к власти национал-демократическими политиками является неотьемлимым элементом революции политической, революции духа, которую продемонстрировал украинский народ в Ноябре-Декабре 2004 года.

В Кремле прекрасно понимают, что после такой переоценки ценностей, смены системы координат и перенастройке национального сознания – Украину никогда больше не удастся загнать под гэбэшный, имперский сапог, поэтому на демонизацию УПА были выделены нехилые средства из кремлевских закромов. На них снимались пошлые псевдодокументальные фильмы, напичканные советскими штампами и гнусной ложью, проводились акции в самой Украине местными прокремлевскими организациями.


Главной линией очернения УПА была попытка изобразить эту военно-политическую формацию как "коллаборационистскую", прислуживающую немцам. Этот миф, не имеющий ничего общего с реальностью, до сих пор крайне живуч в сознании многих людей, не знающих подлинной исторической правды.

Ниже я размещаю материал, в котором подробно разоблачается ложь кремлевских и евразийских азиопов. В этом материале, в наиболее полном обьеме, детально рассказывается о борьбе УПА против нацистского оккупационного режима.


Всем тем, кто интересуется историей Второй Мировой Войны, историей национализма, и историей национально-освободительных движений – будет весьма интересно его прочитать.


*********************************************************************************************************************


10 ноября в пресс-центре СБУ состоялись очередные общественные исторические слушания на тему “УПА и немцы: сотрудничество или противостояние”.


Во вступительном слове директор Отраслевого государственного архива СБУ, к. и. н. Владимир Вятрович отметил, что тезис о «сотрудничестве УПА с немецкими оккупантами» является центральным положением кампании против признания УПА, а вопрос отношений украинского освободительного движения и Германии остается наиболее политизированным:


“Как доказательства “коллаборации” приводят факты, которые не имеют отношения к УПА, а именно:


кратковременное сотрудничество ОУН и Абвера, которая вылилась в создание двух батальонов “Нахтигаль” и “Роланд”, хотя эти формирования были созданы в 1941 г., а УПА – в конце 1942 г.;


формирование СС в 1943 г. Дивизии “Галичина”, которая, хоть и состояла из украинцев, была структурой немецкой армии и не имела ничего общего с украинским освободительным движением;


“осуждение” УПА Нюрнбергским трибуналом.

Владимир Вятрович предложил всем присутствующим самостоятельно опровергнуть этот миф, полистав представленное на слушаниях полное англоязычное собрание материалов Нюрнбергского процесса.

С главным докладом, опирающийся на анализ немецких, советских и украинских документов, выступил к.и.н. Иван Патриляк. Он отметил, что период ситуативного сотрудничества между ОУН и Германией завершился вскоре после провозглашения Акта 30 июня 1941 г. Несогласие националистов отозвать провозглашение независимости привело к массовым арестам членов ОУН и их переходу к антинемецкой борьбе. В августе-октябре 1942 г. формируются первые крупные боевые группы ОУН(Б), которые станут основой Украинской Повстанческой Армии.


Первой атакой украинских повстанцев против немецкой оккупационной администрации стало нападение сотни Г. Перегиняка-“Башки-Коробки” на районный центр Владимирец ночью с 7 на 8 февраля 1943 г. Таким образом появился антигерманский фронт УПА, который в течение всего времени немецкой оккупации Украины был главным.


Иван Патриляк привел в своем докладе десятки фактов, почерпнутых из немецких и советских документов о боях между украинскими повстанцами и немецкими оккупантами: “В течении июля 1943 г. УПА совершила 295 атак на немецкие опорные пункты, 682 саботажные акции на железной дороге, 119 нападений на хозяйственные объекты. В следующем месяце активность националистов еще более усилилась – 391 нападение на немецкие гарнизоны, 1034 диверсии на железной дороге, 151 атака на предприятия. Летом 1943 антинемецкая борьба перекинулась на территорию Галичины. В целом же во время боев и столкновений с оккупантами в июне-сентябре 1943 г. погибло 1237 украинских повстанцев и более 3 тысяч гитлеровцев и их союзников. Следствием успешной борьбы УПА с немецкими оккупантами стало установление контроля над сплошными территориями, в том числе и захват районных центров. “Повстанческие республики”, в основном, возникали в сельской местности – там, где поблизости были большие лесные массивы. С целью подавления повстанческого движения немцы проводили масштабные военные операции с использованием тысяч воинов. Нацисты начали информационную войну против УПА, изображая ее в своих листовках большевистским образованием.


Иван Патриляк затронул в своем докладе и вопрос переговоров, которые пытались навязать немцы повстанцам во время отступления из Украины. Он разделил эти переговоры на две группы: договоренности, которых достигали отдельные командиры УПА с отдельными немецкими частями о нейтралитете и обмен оружия на продовольствие или разведывательную информацию, и переговоры между немецкими военными и полицейским командованием и руководством освободительного движения о достижениях нейтралитета и о сотрудничестве в борьбе с общим врагом – большевизмом.


Спонтанные контакты между командирами повстанческих отрядов и немцами строго запрещались повстанческим командованием. За самочинные переговоры был отдан под суд их первый инициатор П.Антонюк-“Сосенка”, которого 7 марта 1944 г., по приговору военно-полевого суда УПА, расстреляли. Также 15 апреля 1944 г., перед сотней воинов, по приговору суда УПА, был расстрелян В. Олийнык-“Орел”.


С украинской стороны к уполномоченным на переговоры на уровне руководства был Иван Гриньох. Руководство ОУН выдвигало немцам следующие условия для взаимопонимания: немецкая власть прекращает борьбу против украинского освободительного движения, освобождает из лагерей всех украинцев-политзаключенных, повстанцы получают свободу в приготовлениях к антисоветской борьбе. Взамен отделы УПА прекращают антинимецьку борьбу, останавливают атаки на немецкие коммуникации, готовы к взаимному обмену информации о советских партизанах и диверсантах.


Иван Патриляк процитировал впечатление немецкого офицера, уполномоченного для переговоров: “Особенно возмутительным фактом, по мнению немецкого переговорщика, было то, что в Прикарпатье и в Карпатах отряды УПА продолжают нападать на немецкие подразделения с целью их разоружения. Немецкий офицер делает вывод, что командование УПА и руководство ОУН ведет переговоры с целью достижения своих целей. У немцев остается два выхода – или уничтожить отряды УПА, или вести с повстанческим командованием переговоры, пытаясь тем самым смягчить конфликт с украинцами. В связи с отсутствием достаточных сил для ликвидации УПА, офицер рекомендовал продолжить переговоры с целью “сдержать УПА от диверсий на немецких линиях коммуникаций” и для получения от повстанцев разведывательной информации”. Переговоры между сторонами, наконец, завершились ничем: немецкая армия отступила, а повстанцы остались, продолжая борьбу с новым оккупантом.