Морковка
Семнадцатая

Изображение к книге Морковка Семнадцатая [с иллюстрациями]

Часть первая
МОРКОВКИНА НЕДЕЛЯ


Изображение к книге Морковка Семнадцатая [с иллюстрациями]

Жило-было одно Королевство. Королевство было таким маленьким, что даже не имело собственного названия.

И жила в Королевстве принцесса, которая тоже была маленькой, но не очень. Может быть, поэтому имя у неё было очень большое. Её звали Маргарита Жозефина Антуанетта Леопольдина Семнадцатая. Впрочем, так её называла только мама, которая работала королевой — Маргаритой Бенедиктой Августой Клементиной Шестнадцатой. Добрый папа-король Алоиз Третий при виде принцессы расплывался в улыбке во все усы, называл её не Маргаритой и даже не Марго, а Морковкой и очень любил, когда она забиралась к нему на колени и, щекоча ему нос рыжими кудряшками, рассказывала свои самые новые новости. В пятницу, например…

* * *

В пятницу, например, в её комнату залетела бабочка, и она ловила её чепчиком мадам Клотильды, засушенной долговязой учительницы французского. Мадам Клотильда прибегала к мсье королю, шмыгала остреньким носиком и жаловалась на баловницу, которая путает слова и охотится на бабочек. Её чепчиком! Алоиз Третий старательно хмурился и опускал голову пониже, чтобы мадам не увидела смешинки, прыгающие в его глазах.

— Так вы поговорите с её высочеством о том, что к учёбе нужно относиться серьёзно?! — настаивала мадам Клотильда.

— Конечно-конечно! — кивал король. — Я куплю ей сачок!

Это случилось в понедельник…

МОРКОВКИН ПОНЕДЕЛЬНИК


Изображение к книге Морковка Семнадцатая [с иллюстрациями]

— Я куплю ей сачок! Я сачок ей куплю! Ей куплю я сачок! Ей сачок я куплю! — напевал себе под нос Алоиз Третий рано утром в понедельник по дороге в сачковый магазин. Он любил сочинять всякие смешные песенки. — У вас есть сачок для бабочек? — спросил король у продавца.

— Есть, ваше величество! Вам для каких бабочек? У нас есть для бархатниц, махаонов, капустниц, пестрянок, желтушек, кавалеров, монархов…

— Сачок для монархов?! Стойте-стойте… Вы меня совсем запутали. Дайте мне сачок… для Морковки.

— Э… У нас нет такого сачка… А как он выглядит?

— Как чепчик мадам Клотильды, — ответил Алоиз Третий, и смешинки заплясали в его глазах.

Через десять минут король держал в руках сачок — подарок для Морковки Семнадцатой. Он был точь-в-точь как чепчик учительницы французского, только на палочке. Но тут Алоиз Третий обнаружил, что оставил свой королевский кошелёк во дворце. Какая неловкая история!

Продавец сачкового магазина широко развёл руками и также широко улыбнулся:

— Не стоит беспокоиться, в другой раз, ваше величество!

* * *

— Ваше величество! — Маргарита Шестнадцатая была дамой строгих королевских правил и устоев. — Наша дочь ведёт себя несообразно!

— Несообразно… чему?

— Всему! За день она умудряется нарушить все правила поведения королевских особ! Все! Ни мне, ни моей матушке, ни бабушке, ни даже прабабушке этого ещё ни разу не удавалось! — И королева налила сливок в свой утренний кофе. — Завтрак длится уже четырнадцать минут, а Маргариты Жозефины Антуанетты Леопольдины до сих пор нет за столом!

Алоиз Третий постучал ложечкой по скорлупе яйца всмятку. Тут дверь распахнулась, и в столовую на самокате въехала принцесса. В пижаме. Рыжие вихры торчали во все стороны, а на ногах едва держались огромные розовые тапочки с заячьими ушами.

— Ваше высочество, вы опять опоздали к завтраку! — сказала мама-королева тоном, не терпящим возражений.

— Пробки! — пожала плечиками принцесса, забралась с ногами на стул и принялась набивать рот печеньем.

«Как хорошо быть хомяком!» — подумала она.

* * *

«Как хорошо быть хомяком!» — думала Морковка, наблюдая через прутики клетки за Шлёпой. Шлёпа был белым и очень пушистым. По своим хомячьим соображениям он грыз всё, что попадало ему на зуб, поэтому пол клетки был устлан кусочками бумаги, древесной трухой и прочим совершенно необходимым для жизни мусором. Мусор, осознавая свою важность, налипал на длинную шерсть Шлёпы и таскался за ним, как мантия.

— Господин королевский хомяк! — сказала Морковка, доставая хомяка и пытаясь вытащить из его шерсти опилки. — Вы опять нарушили все правила и проспали завтрак! Вы ведёте себя… — Принцесса наморщила лоб, вспоминая любимое мамино слово. — Не-со-об-раз-но!

Королевский хомяк Шлёпа в ответ зевнул и потянулся. По утрам он не разделял бурной активности хозяйки и норовил уснуть прямо у неё на ладошке, задрав вверх свои розовые лапки.

— Просыпайся же! А то скоро начнётся урок математики.

* * *

— Начнём урок математики, — торжественно объявила фрау Берта, хотя, кроме математики, она ничего другого не преподавала. Фрау Берта, пышная блондинка, очень гордилась собой и своим умением умножать и вычитать. Морковке иногда казалось, что даже светлый пучок на голове учительницы был точно рассчитан: ни один волосок никогда бы не посмел отделиться от всех остальных. — Записываем задачу. По дорожке шли собака и её хозяин. Сколько всего у них было ног?

Не то чтобы Морковка не любила учиться, просто сегодня её ждал новенький сачок, и все её мысли были заняты бабочками.

— Шесть, — со вздохом произнесла она. Как долго тянется урок!

— Не верно. Подумайте ещё.

— А можно, я подумаю завтра?

— Завтра вы подумаете над другой задачей!

Морковка задумалась.

— У них было ног… ног… Две! — радостно воскликнула она. — У них было две ноги! И четыре лапы! А теперь решите мою задачу, фрау Берта.

Учительница удивлённо вскинула бесцветные брови и внимательно кивнула.

— Если десять бабочек встанут в хоровод и возьмут друг друга за лапки, сколько лапок будет занято?

На лице фрау изобразилась крайняя задумчивость.

— А пока вы решаете, я займусь делом! — И Морковка, схватив долгожданный сачок, выбежала в королевский сад.

* * *

Королевский сад благоухал на все возможные лады. Кусты жасмина, белые от цветков, были аккуратно подстрижены — как

и травка, зелёным бобриком заполнявшая пространство между цветниками и клумбами. Здесь были розы, гвоздики, ирисы, ромашки… Над садом порхали бабочки всех цветов, мастей и размеров.

Старый садовник Леопольд приходился на четверть тёзкой маленькой принцессе, чем очень гордился. Он любил Морковку, но её появление с сачком почему-то его опечалило.

— Вы собираетесь ловить бабочек? — И он грустно покачал головой.

— Да! Это же так весело! Хочешь — давай вместе?!

— Нет, они слишком красивые. Я не хочу причинить им боль.

Изображение к книге Морковка Семнадцатая [с иллюстрациями]

— Им будет больно?.. — Морковке это как-то не приходило в голову.

Она стояла посреди сада, растерянно глядя на Леопольда, и вертела в руках ненужный больше сачок. И вдруг большая красивая бабочка с оранжевыми крыльями доверчиво села ей на руку…

— Двадцать! — раздалось со стороны дворца. Морковка и Леопольд вздрогнули от неожиданности. — Лапок будет двадцать! — высунувшись по пояс из дворцового окна, кричала своей ученице фрау Берта.

Морковка улыбнулась и кивнула. А чудесная бабочка взмахнула крыльями и полетела по своим бабочкиным делам.

* * *

— И полетела по своим бабочкиным делам! — радостно закончила рассказ Морковка, болтая под столом ногами.

— Правильно, гоняться за бабочками — это не по-королевски, — похвалила её Маргарита Шестнадцатая.

— А что ты будешь делать с сачком? — прищурился папа.

— Об этом я подумаю после ужина.

* * *

После ужина Морковка постучала в дверь мадам Клотильды. Заспанная мадам в шёлковом халате и бигуди открыла дверь и сонно-вопросительно уставилась на принцессу.

— Разве у нас урок?

— Мадам Клотильда, я хочу подарить вам… чепчик. — Морковка протянула удивлённой учительнице сачок. — Только его придётся придерживать за палочку.

* * *

О том, что ответила мадам Клотильда, история умалчивает. Зато не умалчивает она о том, какие вкусные мандарины растут в Южном Соседнем Королевстве.

Это случилось во вторник…

МОРКОВКИН ВТОРНИК


Изображение к книге Морковка Семнадцатая [с иллюстрациями]

— Маргарита Жозефина Антуанетта Леопольдина, не болтайте ногами! — сказала Маргарита Шестнадцатая и аккуратно взяла миниатюрную золочёную чашечку с кофе. — Настоящие принцессы, особенно когда им уже семь лет, никогда не болтают ногами за завтраком!

— А за обедом? — спросила Морковка и хитро прищурилась.

— Никогда. А также они не болтают глупостей.

— Совсем-совсем никогда? Значит, они болтают только умности?

— А также лепости и нелепости, — улыбнулся в усы папа-король.

— А ещё они болтают интересности, весёлости и смехости! — подхватила Морковка. Потом чуть-чуть подумала, наморщив веснушчатый нос, и добавила: — И любопытности!

* * *

— «Любопытности» у вас — хоть отбавляй, а вот серьёзности… — Назидательно сдвинул седые брови пан Тадеуш, высокий и худой учитель природоведения. Шевелюра его топорщилась, как метёлка, а на самом кончике длинного носа совершенно непонятным образом держались круглые очки. — Взять, к примеру, деревья. Только серьёзная принцесса отличит вечнозелёную пальму от… от… берёзы.