- Нет, ты этого не сделал. В этом и проблема, - в словах Аза была сокрыта печаль, хотя голос не выражал никаких эмоций. Ни один из ангелов никогда не показывал своих чувств.

Ни любви. Ни страха. Ни ненависти. Только долг.

Кроме тех случаев, когда Кинан смотрел на нее, он... чувствовал.

- Искушение может уничтожить всех нас. - Аз окинул его своим всевидящим ярко-синим взглядом. - У тебя был шанс выполнить приказ. Ты знал, когда ей следовало умереть, но убил того, кого не было в нашем списке.

- Это был Вампир! - Гнев был для него чем-то новым. Тем, что родилось, когда он увидел, как Николь страдает от боли. - Он пытал, убивал. Он заслужил…

- Мы все получаем то, что заслуживаем. - Аз вздернул подбородок. - Берегись, мой друг - будет больно.

- Что?

- Я слышал, что это огонь, который заставляет тебя кричать громче всех.

Не было никакого огня.

Ветер снова подхватил Кинана, окружая его, но на этот раз хватка была подобна сотни острых лезвий.

Азраель решительно смотрел на него. Без эмоций. Возможно, их никогда и не было.

- Думаешь, мы не знаем о похоти, что поселилась в твоем сердце?

Что ангелы могут знать о похоти? О чем они знают, кроме отданных им приказов и защиты слабых, живя в этом огромном пустом небытие?

- Почему, как считаешь, ее поручили тебе? - спросил Аз.

И Кинан, наконец, понял. Испытание. Он потерпел поражение, потому что не смог наблюдать, как угасает Николь.

- Ты нарушил наши правила, Кинан. Взял душу, которую не должен был забирать, - донесся до него холодный голос Аза. - И не выполнил свой долг.

Забрать жизнь Николь. Но нет, Азраель сказал, что она не жива, он сказал...

- Где она?- Кинану пришлось кричать сквозь яростные порывы воздуха.

Но ответа не было. Только вой ветра. А потом пришел огонь.

Он взорвался в теле, начиная с ног, поднимаясь все выше и выше, как только Кинан полетел вниз, стремительно падая с небес.

Изгнанный из своего дома.

Кинан взмахнул крыльями, пытаясь справиться с ветром, но…

Закричал от боли, так как пламя распространилось и на них. Это был не какой-то призрачный огонек - реальный огонь, пожирающий его кожу и плоть. Сжигающий крылья. Его крылья!

- Нет!

Он никогда не знал боли, но после этого дня, навсегда запомнит ее.

Его тело зависло в воздухе, а плечи и крылья горели. Кинан пытался пошевелить ими, пытался…

Но падал, и падал прямо вниз на землю, и горел. Горел. Горел.

Азраель был прав. Пламя заставило его кричать, поскольку теперь он стал тем, кем всегда боялся быть.

Падшим.

Николь Сент-Джеймс закричала, вскакивая на ноги. Ночь вокруг была тихой. Слишком тихой. Над ней сверкали звезды, и несколько мгновений невозможно было понять, где же девушка находится. Не известно.

Переулок.

Аллея Пиратов. Она срезала путь к своему дому. Хотела зайти в эту церковь. Узнав новости от своего врача, Николь проплакала весь день, ей необходимобыло попасть внутрь.

Но двери оказались заперты, и она решила срезать путь домой.

Рука взметнулась к горлу. При попытке сглотнуть, оно горело. Пальцами Николь коснулась чего-то мокрого и липкого - кровь. Но она не чувствовала раны. Кожа была гладкой.

Сердце девушки забилось быстрее, когда она огляделась вокруг. На нее напали. Николь помнила это. Мужчина. Он толкнул ее к стене переулка, а потом…

Около нее лежало бездыханное тело.

Николь, закричав, быстро попятилась, отползая от него. Глаза парня были широко распахнуты, а горло основательно и глубоко порезано - вот, черт - стеклом, лежащим рядом с ней.

Это сделала я.

Она смутно помнила, как схватила стекло. Подняла его и…

Убила его.

Убила человека. Николь закрыла глаза, пытаясь справиться с подступившей к горлу тошнотой.

Мужчина пытался меня убить. Воспоминания ворвались в ее сознание. Она просто защищалась, вот и все.

Парень укусил ее. Он разорвал ей горло. Николь отбивалась, и он умер.

Но... но у нее больше не было раны.

Николь поднялась на дрожащих ногах. Горло горело, но не столько от боли, как от жажды. Оно казалось таким сухим. Пересохшим. Сколько времени она кричала?

Николь внимательно осмотрела переулок, на этот раз заметив на земле темную жидкость. Кровь. Ее ноздри затрепетали. Запах меди был сильным. Она облизнула губы, понимая, что проголодалась.

- Мэм? - раздался голос из темноты.

Николь повернула голову на звук. В дальнем конце переулка стоял мужчина. Она видела его длинную высокую тень. Прищурившись, Николь рассмотрела темные волосы, жесткие черты лица и блестящий значок на груди.

Коп. Наконец-то.

Она подняла руку, закрываясь от яркого света, когда в нее ударил луч фонарика.

- Дерьмо. Мэм, это кровь?

Да, руки Николь были в крови. Ее ли это кровь? Его? Возможно, обоих.

- На меня... напали, - несмотря на сухость в горле, голос звучал нормально. На самом деле, даже слишком спокойно. Возможно, она была в шоке, так как спокойной себя, точно, не чувствовала. Ее внутренности скрутило узлом, сердце пустилось вскачь и, что действительно странно, зубы начали болеть.

Коп подобрался поближе.

- Куда вас ранили?

- Никуда.Я убила его. – Николь и раньше не лгала полицейским. Зачем начинать сейчас?

Молчание. Она заметила, как луч фонарика медленно прошелся по земле, останавливаясь на мертвом мужчине.

- Он укусил меня... - Но на Николь не осталось следов от укуса. И, конечно, ей просто привиделись его слишком длинные зубы. - Он был таким сильным. Не хотел меня отпускать, и я… Воткнула осколок стекла ему в горло.

Ветер, прошелестевший у ее щеки, принес с собой запах крови. Крови и... слабый цветочный аромат.

- Здесь был кто-то еще. – Николь это точно знала. Она попыталась возродить в памяти другого парня, но помнила лишь темную тень. Большую сильную мужскую тень.

И... у него были синие глаза. Ярко-синие.

- Второй нападавший? - Полицейский подошел еще ближе. - Мэм, поднимите руки так, чтобы я их видел.

Николь подчинилась, чувствуя, как внутри все скрутило узлом. Почему она так голодна?

- Вот так, очень хорошо...

Пульс застучал в ушах быстрыми неконтролируемыми ударами. И тут она почувствовала все запахи - крови, цветов, пота, сигарет, алкоголя и даже фимиама [1] из собора. Слишком много.

- Я вызову подкрепление, и мы позаботимся о вас, хорошо? - Коп уже стоял перед ней. Теперь стало понятно, что звуки ударов, исходят от него. Взгляд Николь прошелся по его лицу, и опустился на мощную шею. Там.Его пульс ускоренно бился прямо под кожей.

Пульс. Кровь. Так близко.

Ее рука потянулась к нему.

- Это все его кровь, мэм?

Она покачала головой, чувствуя при этом небольшое головокружение.

- Думаю, там есть и моя. - Николь не могла оторвать глаз от его шеи. Когда ноющая боль во рту превратилась в нестерпимую, она закричала, и, прижав руку ко рту, попробовала кровь с пальцев. Она согнулась, волосы упали ей на лицо, скрывая от взора полицейского.

Кровь проскользнула в рот.

Больше.

Полицейский потянулся к ней. Девушка зарычала, прыгнув вперед. Что-то дикое и отчаянное в ней вырывалось на свободу. Николь схватила полицейского за горло и толкнула назад. Затем швырнула о стену переулка.

- Мэм, мэм, что за черт?

Стук стал еще быстрее.

- П-простите... - Это слово звучало смешно. Когда она начала шепелявить? И что такое творит? Он - полицейский, ей нельзя…

- Что случилось с вашими зубами? - потребовал он, сопротивляясь ей, толкаясь, вырываясь, но Николь едва чувствовала эту борьбу.

Она наклонилась ближе, так как томилась от жажды - нет, голода- и ей просто необходимо было укусить.

Зубы Николь погрузились в горло копа. Кровь полилась ей на язык. Как хорошо. Больше, чем просто хорошо - лучшее, что когда-либо было в ее жизни. Теплая и пряная жизнь, и это так…

Она попятилась назад, чувствуя тошноту и ужас, борясь со слепящим голодом. Нет, нет. Это неправильно.

Полицейский смотрел на нее карими глазами, полными ужаса.

Николь напала на него и толкнула к грязной стене, также как…

Так же, как тот ублюдок напал на нее.Даже укусила парня. Проведя языком по губам, девушка почувствовала слишком длинные и очень острые зубы. Нет!

Она укусила человека и пила кровь. Пила его чертову кровь!

Николь резко попятилась, пытаясь сбежать от вида и запаха крови. Это было искушением для нее, и больше всего на свете Николь хотелось укусить еще раз.

Споткнувшись о труп, девушка упала на землю. Тело нападавшего мужчины было таким жестким и твердым, словно, он умер пару часов назад. Но, нет, подождите, прошло же всего несколько минут. Она же не была без сознания столько времени, так что...

- Не двигайтесь.

Полицейский потерял свой фонарь, но она отлично видела его в темноте. Он нацелил на нее пистолет.

- Я не знаю, кто вы, черт возьми, такая мэм, но это не помешает мне пустить пулю вам в сердце, если снова ко мне приблизитесь.