Абстрактный мир. Ключ
Черкасова Галина

Воистину счастливой можно назвать ту мать, дети которой не знают, что такое война.

Эльма Келемано "История противостояний".
Ямар 2101 г. от окончания Великой ночи.
Хронология: события и даты

2065–2067 гг. — Первая Индустриальная война.

2067 г. — Эльфийский бросок: зачистка Ара-каза. Геноцид кевтов.

2068 г., ямар — Провозглашение независимости колоний Сешейской равнины. Основание Амадана — Свободной гоблинской республики.

2068 г., амар — Подписание двухстороннего соглашения о военном сотрудничестве Колгана Амадана и Совета Свободных Кланов.

2087 г. — Ультиматум Людворэль. Запрет на проведение испытаний ракет распада. Усиление дипломатической роли Ашрессшесса.

2089 г. — Трагедия на Агорской АЭС.

2092 г. — Апирское вторжение.

2105–2108 гг. — Болотные войны.

2109 г. — Образование автономной дворфийской области на территории Эрзамона.

2110 г. — Крупнейшая в истории эльфийского государства террористическая атака, осуществленная организацией "Дети теней". Взрыв завода про производству химического оружия Хат-20.

2118 г. — Аттирский мятеж. Возвышение Эзрех Хагонов.

2120 г. — Урановый союз — начало совместных оркско-гоблинских разработок урановых месторождений на территории южной границы Сешейской равнины.

Словарь

Времена года — зима (ямар, япир, янрус), весна (амар, апир, анрус), лето (имар, ипир, инрус), осень (эмар, эпир, энрус).


Великая ночь (В.н.) — исторически подтвержденный военный конфликт, захвативший все расы планеты, предположительно, с неизученной расой, имеющей неустановленное происхождение. В ряде летописей периода второго столетия после В. н., сохранившихся до наших дней, агрессоры именуются "демонами" (мифические существа, порожденные Тьмой, главные антагонисты в люксологии). Выбор подобного термина связывают с ведущей ролью религии Света в тот исторический период. По мнению ряда историков, "демонами" выступает одна из рас, поднявшая восстание против Жрецов. Так же приводится расшифровка самого термина "Великая ночь" — конец Света как религии, уничтожение Жрецов, отрицание основ люксологии.


Древние — Жрецы Света, религиозное объединение, организованное предположительно за двести пятьдесят-триста лет до начала Великой ночи, духовными вождями различных рас — людей, эльфов, негуров, орков, после, предположительно, природной катастрофы, приведшегйк многочисленным жертвам. Благодаря деятельности Жрецов началась активная ассимиляция культурных ценностей населявших планету рас, что привело к формированию единого языка, единого летоисчисления, единой религии. Предположительно, именно магия Жрецов привела к началу Великой ночи.


Криптская резня — первый после Великой ночи исторически подтвержденный и хронологически зафиксированный военный конфликт, в ходе которого гоблины, находясь в объединенной с эльфами армии, по неизвестным причинам обернулись против своих же союзников, уничтожив весь эльфийский авангард. Один из летописцев, описывающих последствия Криптской резни, указал, что мир разрушился тогда, когда "первый рожденный при Свете эльф получил разум". Разум эльфы "получали" по прошествии ста лет. Изучавший исторические факты, жрец Света Митрарх, предложил на основе данных о Криптской резне считать точкой отсчета окончание Великой ночи. Таким образом, Криптская резня произошла в 100ом году от окончания В.н.


Хилерство — использование исцеляющего свойства абстрактных полей, лечение посредством магии. Основные заклинания: обезболивание, остановка кровотечение, снятие нервного перенапряжения, лечение бессонницы, стресса, депрессии.


Протектеристика — использование магии для защиты. Основные заклинания: щит, блок, отражение, лассо, стена, искажение абстракций.


Изображение к книге Абстрактный мир

ПРОЛОГ

Азар протянул руку и дотронулся ладонью до испещренного именами наветренного бока скалы предков. На камне почти не осталось свободного места, разве что у самого низа, но сюда, в половодье, приходила река, которая сейчас узкой лентой блестела вдали. В середине весны, когда талые воды устремлялись с гор на равнину, Алгая, тихая и спокойная, превращалась в Ялугу, бешенную и дикую, как горный бизон. Она свирепела и, брыкаясь, сносила мосты, разрушала дамбы, несясь вперед, к морю, где, распадаясь на тысячи тонких речушек, образовывала самую обширную на планете дельту.

Азар оперся рукой о скалу и опустил голову.

— О чем думаешь, брат?

— О том, как распадается река, — произнес он и обернулся.

Она стояла у восточной стороны скалы, прижавшись плечом к уступу, и, придерживая одной рукой меховую шаль, другой водила по надписям, пальцем повторяя узоры имен умерших.

— Эраган, великий полководец, — тихо читала она. — Азатар, легендарный оружейник… Здесь нет ни одного женского имени.

— Женщины пишут историю клана сыновьями, им нет нужды выбивать свои имена на камне, — отозвался Азар, обходя уступ и приближаясь к старшей сестре, которая теперь, как оказалось, была на голову ниже него.

— Как он погиб? — внезапно спросила она, отдергивая руку от скалы.

— Ларан Аттир отдал приказ на воздушную бомбардировку корпуса, когда они остановились у переправы в ожидании переговоров. У наших бойцов не было шанса.

— Где был ты, Азар? — она презрительно посмотрела на него. — Или ты не воин? Где был отец?

— Мы остались в штабе…

— Штаб! Неужели ты ничего не понял? Наш старший брат, будущий глава клана, блестящий офицер, умелый тактик и политик, погиб лишь потому, что вздумал идти против отца! — Алтаннат ударила кулаком о камень с такой силой, что разбила руку. — Против них! Да кто они такие, чтобы отбирать у меня брата?! Их кости давно обратились в пыль, их имена помнят лишь летописцы! Вот так, направить наследника на верную смерть, лишь потому… Потому что воины клана любят его больше, и отец так и не смог смириться с этим.

Азар знал, что она придет, как знал и то, что, скорее всего, сестрица захочет его убить. Неважно, наняли ли её для этого, или она сама решила порушить отцовские планы, но удар будет нанесен сегодня.

Алтаннат отстранилась от скалы и, пройдя мимо брата, замерла в паре шагов за его спиной.

— Ты едешь на Прэн, в университет Миротворцев? — холодно спросила она.

— Да, я хочу в совершенстве овладеть магией, — Азар ответил спокойно, без тени напряжения, ни интонацией, ни движением не выдав, насколько опасным ему представлялось беседа с наемницей, притаившейся у него за спиной.

— Бессмысленная затея, — презрительно фыркнув, отозвалась Алтаннат. — Три года под копыта бизона. Или снова воля отца? Отослать любимого сына подальше, чтобы его, не дай предки, не задела шальная пуля.

— Отец хотел, чтобы я поступил в орден.

— Теперь он этого не хочет.

— Это только мое решение, — если сестра решит прикончить его, последним, что он увидит, будет вершина скалы предков. Как символично.

— Ты сам-то хочешь стать миротворцем?

— Прэн — это не только миротворцы, — глухо бросил он, опуская голову. — Это…

— Ну да, конечно, как я могла забыть, — резко перебила его сестра. — Свобода от клана! От традиций! Вы с Терзумом провели там всё детство, когда я…

— Когда ты взрывала эльфийские города.

Алтаннат зло расхохоталась, и скала предков отозвалась свирепым эхом, разнеся смех по долине. Азар приготовился к удару, но ничего не произошло.

— Помни, никогда не подниму я руки на брата. Придет время — и ты поймешь, — он резко обернулся, но нож, просвистев в воздухе, вонзился в землю у самых его ног. Алтаннат и след простыл, только ветер еще носил среди гор её голос.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. КЛЮЧ

Глава первая. Остров миротворцев

Пора бы разучиться плакать.

Отец ненавидел истерики, а слезы доводили его до бешенства.

Сейчас мне ничего так не хотелось, как вскочить с дивана и, сломя голову, броситься в комнату, но разговор был не окончен, и подобное неуважение вполне могло грозить выбитой дверью.

Отец стоял у окна, повернувшись ко мне спиной, и созерцал свое главное, как он считал, жизненное достижение — идеальную лужайку перед домом.

Гребаная трава, всю жизнь мечтала её спалить.

На журнальном столике тикали старые, спешащие на пять минут, часы в виде божьей коровки с длинными усиками-антеннами, которые покачивались из стороны в сторону из-за сквозняка, гулявшего по комнате. Часы когда-то давно купила мама в подарок отцу. Я помню, он долго разглядывал божью коровку, а потом бросил её к ногам жены, поджав губы.

— У тебя нет ни вкуса, ни ума, — жестко сказал он, наблюдая, как женщина поднимает игрушку.