Дядя Том
АНЮТА

1

Спуск с горы меня порядком утомил, и я, выбрав поляну поровнее, уселся на камень и закурил. Идти было еще часа четыре, не меньше. Вдруг сзади послышался шорох. Я оглянулся. Кто-то из наших, по-моему, Анюта. Где же это она своего ненаглядного потеряла? Вообще-то, мы все потерялись. Явно одна. Черт, мне только с ней не хватало возиться! Но она меня уже увидела, чего-то кричит. Придется ждать.

— Ой, слава богу, я тебя встретила! Я заблудилась совсем! Ты чего?

Видно, лицо мое не выражало радости от встречи.

— Ничего: — пробурчал я.

— Я тебе обуза? — она поразительно догадлива! Повисла пауза.

— Я тебе компенсирую, — подумав, сказала она.

— Чем это, интересно? — ухмыльнулся я. И тут произошло такое, чего я вряд ли мог ожидать. Она схватилась за края своей маечки и дернула ее вверх. Обнаженная грудь подскочила вверх, влекомая майкой, и опала, слегка заколыхавшись. Вот это да! Но дальше- больше: следующим движением она стянула шорты вместе с трусиками, и осталась совершенно голая, если не считать, конечно, кроссовок. Я шумно сглотнул слюну.

— Ну: и что дальше? — прохрипел я.

— Я: я отдаюсь тебе: — прошептала она. Боже, какая невинность! Я не двигался. Она сделала шаг в мою сторону. Я выжидал. Она подошла вплотную, так что ее живот оказался на секунду возле моего лица. Опустившись на колени, она положила руки мне на бедра, взялась за резинку шорт и потянула к себе. Я при-встал, позволив ей стянуть с меня шорты.

Член, уже стоящий, высвободился и громко шлепнул о лобок. Анюта обхватила член рукой и подняла на меня глаза. Я продолжал молчать. Плавное движение вниз рукой, и вынырнула бордово-красная головка с блестящей капелькой на конце. Она потянула вверх. Я прикрыл глаза. Она уже быстрее заводила рукой. Я мелко задрожал. И тут что-то влажное обхватило мой член. Рот! Анюта закачала головой вверх-вниз уже в быстром темпе- видимо, сама завелась- и придерживала член снизу рукой. Я тихо застонал сквозь зубы. Потом на-гнулся, протянул руку, нащупал ее влагалище и осторожно ввел палец. Она застонала и даже выпустила мой член изо рта. На своей руке, которая ласкала ее, я почувствовал ее руку. Она усиленно помогала мне возбуждать себя же. Я осторожно высвободил свою руку, предоставив ей мастурбировать самостоятельно, чем она и занялась. Сам я уже был близок к оргазму. Однако она кончила быстрее: не выпуская члена изо рта, замы-чала как-то удивленно, опять выпустила член изо рта и задергалась, как от удара током. Потом постепенно успокоилась и уткнулась лицом мне в колени. Вот класс: кто кого ублажал? Я-то еще не кончил! Но Анюта и не собиралась меня кидать: вздохнув, она приоткрыла рот и опять прильнула к члену. От силы через десять-пятнадцать фрикций я почувствовал, что ЭТО приближается неотвратимо. Я два раза громко сказал «а!» и за-стонал, подавшись тазом вперед. Как будто пробка выскочила из моего члена, и я физически почувствовал прохождение первой порции спермы. Анюта шумно сглотнула, и задергалась, изображая второй оргазм. Милая, кого ты дуришь? Мне что есть у тебя оргазм, что нет- как-то все равно. Хочешь изображать- пожалуйста.

Наконец и я успокоился. Анюта вопросительно смотрела на меня снизу вверх.

— Да выведу я тебя, выведу… — успокоил ее я. — Только ты пойдешь голая… И я тоже…

Глаза ее на секунду расширились, но она кивнула головой согласно.

— Только я потом оденусь, перед лагерем? — несмело спросила она.

— Конечно! — пожал плечами я. — Я же хочу себя ублажить, а не тебя позорить.

Мы поднялись.

— Нам сюда — показал я рукой. — Пошли. — мы подхватили свою одежду и пошли. Я галантно пропустил даму вперед. Черт, ну и фигурка у нее!

Где-то через минут пятнадцать я почувствовал, что постоянное наблюдение маячащей впереди голой Анюты меня возбудило. Член опять напрягся, хотя головка была уже не такая бордовая и как-то заострилась.

— Анюта! — окликнул я ее. Спереди наблюдать ее было еще интереснее. Увидев возбужденный член, она понятливо шагнула в мою сторону.

— Стой на месте, — приказал я…

2

Такое путешествие пробудило во мне воспоминания ранней юности, когда я, обуянный желанием, не на-ходящим выхода, шлялся по городу, цепляясь в хвост практически любой девчонке с одной мыслью: дойти с ней до какого-нибудь темноватого безлюдного местечка и там…

Если удавалось догнать ее в подходящем месте, я быстренько спускал штаны и доставал свой молодой невостребованный (вернее, не полностью востребованный) член и, если девчонка на меня не смотрела, окликал ее. Обычно это заканчивалось тем, что девчонка приглушенно вскрикивала и резко ускорялась, а я, на ходу застегивая штаны, ускорялся в другую сторону. Но однажды, под влиянием выпитого и полного отсутствия подходящих по возрасту девчонок, я увязался за женщиной лет 30-ти. Она несколько раз оглянулась на меня, потом, видимо, решив, что я для нее не опасен, спокойно свернула в темный школьный двор. Я, как привязанный, с трясущимися руками и пересохшим горлом, потопал за ней. Отойдя вглубь двора, она резко повернулась. От неожиданности я замер на месте.

— Ну, и что ты хочешь? — спросила она. Я пожал плечами. Если бы я сам знал!

— Ты эксгиби? — она нисколько не боялась.

— Чего? — переспросил я. Я и слов-то таких не знал.

— О господи! — взмолилась она. — Ну, ты подкарауливаешь девчонок и раздеваешься перед ними, так?

Я, пораженный, молча кивнул. Откуда она знает?!

— Ну давай, раздевайся! Можешь полностью, здесь никто нас не увидит.

Я, как кролик перед удавом, начал раздеваться.

— Ну-ну, милый, давай быстрее… — я буквально сорвал с себя остатки одежды. Она с интересом осмотрела меня.

— Хорошее тело — одобрительно кивнула она. — А что ты дальше намерен делать? А! — понимающе протянула она. — Обычно девчонки уже убегают к этому времени, да?

Я стоял перед ней голый, с торчащим членом, и крупно дрожал.

— Из тебя выйдет хороший любовник: Ты стараешься больше для женщины, чем для себя. — продолжала она. — Будешь мастурбировать? Дрочить это по-вашему называется. — Я совсем опешил. Она сама хочет, чтобы я дрочил! Господи, не сплю ли я?

Я взялся за член и начал вяло водить рукой взад-вперед. Впервые кто-то наблюдал за этим процессом.

— Так тебе будет интереснее, — сказала она и сбросила с плеча бретельку сарафана. Потом взялась за край декольте и отогнула его вниз. Упругая грудь вынырнула наружу. О, мама! Я задвигал рукой, как бешенный. Молодая потенция не заставила себя долго ждать, и я бурно кончил. Женщина удовлетворенно кивнула, и водрузила сарафан на место.

— У тебя хорошо получается, — опять приободрила она меня. — Мне понравилось. Только это не значит, что ЭТО понравится всем остальным, таким, как я, или твоим ровесницам. Поэтому давай так: — задумалась она. — Я с работы хожу этим маршрутом- ну там, где ты за мной увязался, не здесь, конечно! — каждый втор-ник и четверг. Так что если тебе еще захочется — а захочется! — поджидай меня там, у ларьков. Ну что, до встречи? — и она мило улыбнулась. Я кивнул. Она спокойно, как ни в чем не бывало, развернулась и пошла в темноту двора. Потом вдруг остановилась и окликнула меня:

— Эй! Ты уж проводи меня, что ли, раз по твоей милости я тут оказалась. — Я засобирался, быстро оделся (а я продолжал стоять голый, заворожено смотря ей вслед) и подошел к ней. Мы пошли, и по дороге болтали о том, о сем, но в основном на тему секса, эксгибиционизма, вуеаризма и прочего. Оказалось, что взрослые мужики, даже старше, тоже эксгибируют, и она не раз видела уже такое, и в юности, и сейчас, но впервые видит от мальчика, почти вдвое младше ее, и это ей нравится гораздо больше, и вообще я молодец: (Как будто я перевел старушку через дорогу, а не дрочил голый в темном дворе перед взрослой женщиной).

— У тебя: Ты с девчонкой-то трахался? — спросила она. Я кивнул. Если бы я мог ей объяснить, что не-умелое сование членом по трепещущему влагалищу малолетки не идет ни в какое сравнение перед тем, что я пережил благодаря ей!

— Верю, — сказала она. — Многие врут обычно, но тебе верю. Давай знаешь как: Ну его к черту этот школьный двор, рано или поздно нас там застукают. Сегодня муж у меня дома, но завтра он рано утром уезжает. Вот блин, никогда не становись таким козлом! У него весь секс- поставить меня раком и пару раз дернуться! Я представляю, если бы я предложила ему подрочить передо мной или, не дай бог, сделать мне кунилингус: Ну, это когда мужчина женщину языком возбуждает. Так что ты приходи завтра часам к девяти утра ко мне. А там посмотрим: (Да господи, я до этих девяти часов готов был у нее под подъездом стоять!) Конечно, эксгиби ты не бросишь — это как наркотик. Вам, мужикам, проще — женщина изначально вас будет бояться. А если бы я вот так разделась перед мужиком — да он бы сто процентов на меня бросился! Вот разве что ты: — она заинтересовано посмотрела на меня. За время разговора мы зашли еще глубже во двор. — Стой! — скомандовала она вдруг. Я замер. Она повернулась ко мне и: о боже! Схватившись за подол, быстро сняла сарафан через голову, оставшись в одних трусиках. Но и трусики моментально оказались у нее в руках. Гос-поди, ее тело было не просто великолепно, оно: Торчащие мослы моих ровесниц показались мне отвратительным зрелищем по сравнению с ЭТИМ! Мой член, казалось, сам вырвался наружу. Джинсы мягко упали на икры. Одной рукой приподняв майку над животом, второй я самоотверженно начал дергать член. Женщина чуть согнула ногу в колене и наблюдала за мной. Я попытался добавить артистизма в свое выступление, но времени у меня было маловато- кончил я чуть ли не быстрее, чем в первый раз. Она почему-то вздохнула, натянула сарафан (не одевая трусиков!!):