Кира Стрельникова
Последнее путешествие

Вероника стояла под прохладными струями душа, пытаясь прийти в себя после тяжёлого, совершенно не принёсшего отдыха, сна. Она не помнила, как ночью легла, и вообще, вчерашний вечер окутался туманом в памяти. Взбодриться не получилось даже с помощью водных процедур, но Ника упорно не вылезала из ванной, пока кожа не покрылась мурашками. Выключив душ, она растёрлась полотенцем и, натянув старый свитер мужа — в комнате было прохладно, — вышла на кухню, зевая и придерживаясь за виски — несильная, но назойливая боль раздражала. Включив кофеварку, Вероника подошла к столу.

— Что там я вчера наваяла?.. — пробормотала она, посмотрев на экран ноутбука.

Она его не выключала, потому как частенько случалось, что ночью её осеняла очередная идея, и приходилось срочно бежать и записывать. Веронику не покидало смутное ощущение, что вроде как она вчера даже закончила трудную и тяжело дававшуюся вторую часть своей единственной пока книги, но при попытке вспомнить о том, что конкретно писала, боль в висках усилилась.

— Что за чёрт?.. — Ника недоумённо нахмурилась, пробегая глазами строчки. Её лицо бледнело всё больше, а зрачки расширялись. — Нет, о господи, я такого не писала! — она в панике отступила, поднеся ладонь ко рту. — Всё по-другому должно быть!..

В глазах потемнело, женщина почувствовала, что задыхается. Голова закружилась, Вероника потеряла равновесие, и уже падая назад, попыталась нашарить, за что ухватиться, но спина не встретила жёсткое сопротивление пола. Комната завертелась и пропала, Ника даже не успела толком испугаться, и потеряла сознание.


И что это было? Не спеша открывать глаза, я прислушалась к себе: вроде, лежу на чём-то твёрдом и холодном, воздух пахнет как-то странно, ничего особо не болит — значит, показалось, что падала. Голова зато прошла, это плюс. И почему мне кажется, что я отнюдь не на собственной кухне?.. Осторожно приоткрыв один глаз, я тут же от удивления распахнула оба, плюс самым неприличным образом ещё и рот раскрыла.

Круглую мраморную площадку без крыши окружали белые колонны, за которыми шла галерея с дверьми. Посередине площадки возвышалась тумба из того же материала, а сверху неподвижно висел странный туман непонятного серо-бурого цвета, иногда в глубине мелькали звёздочки. Поднявшись и одёрнув свитер — он едва прикрывал бёдра, но до сих пор слабо пах любимой туалетной водой, напоминавшей о муже, — я загнала подкативший комок к горлу и сделала несколько шагов к тумбе. Что-то мне знакомо это место…

— Не трогай, — я резко обернулась, услышав незнакомый голос.

У одной из колонн стояла молоденькая девушка в простом белом платье, тёмно-рыжие волосы до плеч лежали в художественном беспорядке, а выражение миловидного лица было не слишком приветливым. Я неожиданно почувствовала себя неуютно в одном свитере, и попыталась натянуть его ниже.

— Ты кто? — вырвалось у меня.

— Не узнаёшь? — она подошла ближе, окинув меня взглядом. — А это место тебе не знакомо?

— Ну… Да, немножко, — вынуждена была признать я. — Вот сейчас как раз пытаюсь понять, откуда.

— Меня Сэнди зовут, — представилась девушка. — Теперь вспомнила?

— А…

Ощущение нереальности происходящего словно кирпичом ударило по голове. Реальность опасно поплыла, я снова почувствовала, что задыхаюсь.

— Не может быть… — губы плохо слушались, а в коленях появилась слабость.

— Тихо, тихо, — Сэнди поддержала меня неожиданно крепкой рукой. — В обморок не надо падать, пожалуйста. Я тебя не удержу, а ударишься больно.

— К-как такое возможно? — зубы стучали, и я никак не могла унять дрожь, охватившую тело. То и дело подмывало истерично рассмеяться. — Я же придумала…

— Неужели не помнишь, что случилось в конце твоей книги? — Сэнди нахмурилась и поджала губы.

— Н-нет, — с каждой минутой становилось всё неуютнее, в голове вихрем проносились картинки из рукописи, оказавшейся на самом деле реальным миром. Я ж там такого наворотила, вспомнить страшно…

— О, — она недовольно поморщилась. — Временная потеря памяти? Не знала о таком побочном эффекте перемещения через портал.

— Я не писала того, что там появилось, — в душе поднялось глухое раздражение. Откуда я могла знать, что всё это существует на самом деле? И мои сны, которые описывала, на самом деле не просто сны?

— Тем не менее, ты должна знать, что случилось с Альмарис и где она сейчас, — Сэнди прошлась.

— Ну… — щекам стало жарко от румянца. — Знаю. Может, перейдём ближе к делу? Зачем я здесь?

— Это тебе сейчас объяснят, пойдём.

Я вышла за Сэнди на галерею, в голове пока как-то не очень укладывалось, что вокруг мир, который родился у меня в голове. Или нет?.. Я ведь помнится, сон увидела, который зацепил настолько, что захотелось записать. Мы зашли в одну из дверей и оказались в небольшой комнате с одним окном, узкой кроватью в углу, столом и двумя стульями.

— Сядь пока, — бросила моя собеседница, подойдя к столу — там стояла миска с водой.

Что-то тихо прошептав, Сэнди плеснула на стену, и к моему удивлению вода зависла тонкой серебристой плёнкой. Стул оказался очень кстати, поскольку я просто плюхнулась на него, ноги не держали. Фокусы фокусами, но перед глазами имела место быть самая настоящая магия. На стене проступило изображение, и по спине побежали мурашки: прекрасно знакомый кабинет, сколько раз я его видела в мыслях… Только на сей раз в кресле сидела Альмарис, а за её спиной стоял Ринал. Я избегала прямо смотреть на них, блуждая взглядом по стенам, потолку, полу. А вот они похоже пристально рассматривали меня. По крайней мере, я чувствовала на себе чей-то взгляд.

— Вот она, — Сэнди отошла в сторонку. — Вы обещали рассказать, что делать с Артефактом.

— Обещали, — голос Альмарис, негромкий и немного хриплый. — Сэнди, я хочу поговорить с ней с глазу на глаз. Выйди, пожалуйста.

— Рили! — Неумирающая вскинулась, на её лице отразилось недоумение и обида.

— Так надо, милая, — мягко ответила Рили. — Пожалуйста.

Сэнди мгновение молчала, потом стремительно вышла из комнаты, хлопнув дверью. Я поёжилась. Темпераментная особа, несмотря на временно надетое белое платье. Покосившись на зеркало — вроде так называлось это заклинание, — я заметила, что Альмарис смотрит на Ринала. В кабинете царил полумрак, и я не очень хорошо могла разглядеть его лицо. Впрочем, а надо ли? Меня мужчины вообще уже давно не интересовали… Стоп. Не буду об этом думать.

— Ты тоже оставь нас, любимый, — тихо попросила Рили.

— Ты уверена? — от его низкого голоса я невольно вздрогнула: чёрт, воображение сыграло злую шутку, моё солнышко разговаривал так же… — Рили, что я не должен знать?

— Я тебе всё скажу, только позже, ладно?

Ринал помолчал, потом нехотя согласился.

— Хорошо, милая. Как скажешь.

Из кабинета донёсся звук закрывшейся двери, и мы остались с Альмарис вдвоём.

— Давай познакомимся, а? — меня несказанно удивил дружелюбный тон голоса. — И можешь не бояться смотреть на меня, я не такая страшная.

— В-вероника, — представилась я, наконец преодолев неловкость и подняв на неё взгляд. — Можно просто Ника.

— Замечательно, — Рили улыбнулась. Я невольно отметила усталость на её лице, лихорадочно блестевшие глаза, и тени под ними. — У нас немного времени, поэтому сразу приступлю к делу. Я не держу на тебя зла, Ники, не думай, ты подарила мне самое чудесное, что может быть. Свободу идти своей дорогой и любимого мужчину. Спасибо за это.

— Да ладно, чего уж там, — стало приятно, что хоть кто-то доволен.

— Только есть один момент, — Рили вздохнула. — Артефакт. Он должен быть уничтожен.

— Эм… я тоже об этом думала, — осторожно ответила я. — И даже собиралась это сделать в третьей части…

— Ты знаешь, как? — её пристальный взгляд не отрывался от моего лица.

— Ну… — я замялась. — Вообще-то не думала ещё.

— Я знаю, — Альмарис кивнула. — Только пожалуйста, не перебивай меня, ладно? — после моего согласного кивка она продолжила. — У Ринала в книге написано, что полуразумные магические вещи может уничтожить только их создатель, или его потомок. В нашем случае это ты, Ники. В каждом случае способ свой, с Артефактом же надо поступить следующим образом. Придать ему форму и в зависимости от неё, просто избавиться от этой вещи. Расплавить, сжечь, ну в общем ты поняла, да? — я снова кивнула. — Ну а теперь подробности. Форму может придать только тот, с кем Артефакт связан, то есть сейчас это я. Но поскольку он держит меня через магию, то к сожалению теперь это не работает, — на губах Альмарис мелькнула грустная улыбка, а меня неожиданно охватило дурное предчувствие. — Он сам может принять форму, только если прикоснусь к нему. Это я выяснила, когда вернулась из Толеан Серта. А я не испытываю ни малейшего желания больше это делать, как ты понимаешь, поскольку придётся вернуться в мой мир. Ну и потом, уничтожить его должна всё-таки ты, Ники.