— Джарт и Оливия Ленмор, — Сэнди подошла к ним. — Судя по всему, именно они займут когда-нибудь трон Нимелии.

О да. Альмарис же в любом случае не вернулась бы домой никогда. А Джарт старший сын. Боже, как всё запуталось. Интересно, этот вопрос уже обсуждался, или Сэнди впервые озвучила его? Судя по растерянному личику Оливии, она-то точно слышала первый раз, что может стать королевой. У камина, позади остальных, стоял мужчина неопределённого возраста, ему можно дать как тридцать, так и на десять лет старше. Лицо выражало задумчивость, взгляд, как и у остальных, не отрывался от меня. На некотором расстоянии, чуть в тени, я увидела женщину с отстранённым выражением, простое платье светлого цвета чем-то напоминало наряд Сэнди.

— Линнер, мама, — девушка повернулась к ним.

На того, кто стоял у окна, я очень не хотела смотреть. Чертёнок, прежде чем позвать его, бросила на меня пристальный взгляд.

— Дориан! — окликнула она.

Мужчина вздрогнул и развернулся.

— Думаю, вас не надо знакомить, — в голосе Сэнди проскользнули язвительные нотки.

Против воли, я во все глаза рассматривала этого человека, и чувствовала, что краснею. Хмурое выражение не портило притягаќтеќльного обаяния лица, под рубашкой угадывались крепкие мускулы треќниро-ванного тела, и вообще, он будто сошёл с обложки мужского журнала. Тёмная прядь небрежно падала на лоб, и у меня просто руки зачесались от желания откинуть её. Чёрт, такие мужчины, не обладая яркой, смазливой красотой голливудских звёзд, но сражая женщин наповал настоящим мужским обаянием, попадались в родном мире достаточно редко. А у ж на моём пути и подавно. До замужества с такими случались исключительно краткосрочные, но бурные романы.

Сколько же у меня не было мужчины?.. Тело немедленно отреагировало на такой прекрасный образчик, но разум отрезвил: таким надо соответствовать, а я не могла похвастаться какими-то выдающимися признаками. Обычная, на мой взгляд, даже заурядная внешность, средний ум, ничего более. Уверения мужа, что я настоящая красавица, не в счёт — влюблённые всегда ходят с розовыми очками на глазах. Удивительно, но впервые за последние полтора года от воспоминаний не сжалось сердце. Выздоравливаю?.. Нет, ничего не светило рядом с таким мужчиной, как Дориан Кендалл. Да и, наверное, не очень и хотелось. Ну может, совсем немножко, и ненадолго — с чисто женской точки зрения, не более.

— Добрый вечер, — негромкий, приятный голос вызвал дрожь вдоль позвоночника, от неожиданности я чуть не подскочила, а Сэнди издала странный сдавленный звук.

Скосив на неё глаза, я заметила удивление на лице Неумирающей. Собственно, да, Дориан единственный, кто поздоровался со мной.

— П-привет, — пискнула я, чувствуя себя не в своей тарелке.

Вроде бы он должен ненавидеть меня, за то, что я якобы сделала с его жизнью в книге?

— Собственно, можно приступать к обсуждению, — Сэнди остановилась посередине между мной и остальными.

— Как уничтожить Артефакт? — прямо спросила Кристен, глядя на меня чуть прищуренными глазами.

Меня снова охватила нервная дрожь.

— Дать ему форму и уничтожить, — осторожно ответила я. Надеюсь, не проговорюсь, если только не начнут спрашивать слишком уж подробно.

— Это надо сделать в Херим Серте, — добавила Сэнди. — Там меньше всего вероятность, что он в последний момент ускользнёт, изменив форму.

— Он же не может самостоятельно этого делать, — Кристен прищурилась. — Или уже может?..

— Ники не в состоянии полностью его контролировать, он будет стремиться вернуться в естественный облик, — спокойно ответила Сэнди, метнув на меня предупреждающий взгляд.

— Путешествие длинное, — заметил Линнер. — Если мы хотим успеть, то надо выезжать как можно скорее.

— С моей помощью оно сократится, — отозвалась Сэнди. — Ей нельзя прямо сейчас никуда ехать. Если вы забыли, мы не собирались устраивать коллективный поход, а отпускать Ники одну, толком не научив хоть немножко ориентироваться в этом мире, мне не хочется.

— И когда ты хочешь отправиться? — поинтересовалась Эллинора.

— Думаю, двух недель будет достаточно, а там посмотрим. У нас есть около месяца точно, — твёрдо ответила Сэнди.

— Прошу прощения… — я решила всё-таки вмешаться, пристальный взгляд Кендалла, не принимавшего участия в дискуссии, нервировал ужасно, и хотелось куда-нибудь спрятаться побыстрее. — Если я уже не нужна, можно, я пойду? А вы обсудите необходимые детали…

Все замолчали, и снова уставились на меня. О боже, ну что такое! Чувствую себя насекомым, наколотым на булавку, которого рассматривают юные натуралисты. Несмотря на то, что для меня прошло всего несколько часов, они были настолько насыщенные, что тело охватила усталость и резко захотелось спать.

— Простите, — пробормотав это нелепое извинение — за что, почему? — я почти выбежала из залы, не в силах больше там находиться.

И плевать, что они про меня подумают, всё равно, самое худшее уже свершилось: меня считают чудовищем, поломавшим их жизни просто по прихоти собственной фантазии, и никакие оправдания не изменят такого отношения. Та же Сэнди, ну неужели не понимает, что со смертью Альмарис она получит возможность быть с Рейком?! Пусть и таким жестоким способом… И у Альмарис тоже был выбор, остаться в Тол Эммере, и рисковать жизнью, но быть рядом с любимым, или никуда не уходить, пожертвовать любовью, но остаться живой. Не бывает безвыходных ситуаций, любимая фраза мужа, через какое-то время ставшая и моим девизом по жизни… Я опомнилась только, осознав, что ушла довольно далеко от центральной залы.

— Ники! — резкий окрик заставил меня оглянуться. По коридору быстрым шагом шёл Берт Ленмор. Не скрою, я удивилась. Меньше всего ожидала, что он отправится за мной. — Подожди, — он остановился рядом. — Пойдём, поговорим, — он свернул в ближайшую гостиную. — Садись.

Послушно опустившись в кресло, я сложила руки на коленях, не поднимая взгляда на собеседника.

— Я не люблю ходить вокруг да около, — начал он. — И я далёк от Артефакта и всего, связанного с ним. В своё время мне порядком досталось из-за него, — в его голосе послышались весёлые нотки, и я с удивлением вскинула на Берта взгляд. Он улыбался! — Но знаешь, несмотря на то, что рассказали про тебя Сэнди и Эллинора, то, что ты вроде как создала наш мир, и придумала наши жизни, для меня всё это было реальностью. И мне кажется, если бы кто-то за меня принимал решения, я бы это почувствовал, — его внимательный взгляд стал серьёзным. — Ники, я говорю сейчас только за себя, но я не считаю тебя виноватой в том, что произошло с моей дочерью. Рили сама выбрала путь, и не нам осуждать её.

— Я ни за кого ничего не придумывала, — тихо ответила я. — Просто… просто мне однажды приснился сон, который не отпускал, который назойливо лез в мысли, я постоянно видела, что там дальше, как развиваются события. В какой-то момент это стало совершенно невыносимым, и… — на моём лице мелькнула улыбка, — надо было избавиться от этой маленькой вселенной в голове, иначе я бы точно сошла с ума.

— Не надо оправдываться, — Берт наклонился и коснулся моей руки. — И не веди себя так, будто ты действительно виновата. Они люди, со своими недостатками, обидами, и мечтами. Как бы ты вела себя на их месте, узнав, что твою жизнь кто-то придумал?

У меня вырвался невесёлый смешок.

— Будешь смеяться, но в моём мире так считается, — ответила я. — Что наши реальные жизни — затянувшийся сон, а настоящая жизнь начинается после смерти. Ну и кто-то думает, что нашими действиями и поступками управляет судьба, рок, карма, в общем, названий много, а суть одна.

— Ну вот видишь, — Берт кивнул. — Значит, ты должна понимать их.

— Понимаю, — вздохнув, я опустила голову. — Но чувствую себя ужасно беспомощно и неуютно, потому что ничего здесь не знаю, и приходится всё время оправдываться.

— Не оправдывайся, — повторил Берт и покачал головой. — Это бесполезно. Найди для каждого те слова, которые он услышит. Я не знаю, как у тебя это получится, но почему-то верю, что ты справишься. А теперь пойдём, покажу, где будешь жить, пока гостишь у нас.

Немного озадаченная этим разговором, я поднялась за ним на второй этаж, и мы свернули направо — комнаты Сэнди находились в левом крыле.

— Я завтра еду в город, еженедельные встречи с главами гильдий, — Берт оглянулся через плечо. — Хочешь со мной? Заодно посмотришь Ферр.

— Ну… — предложение было неожиданным. — Можно, конечно, если мне не придумают какое-нибудь занятие.