Авиация и космонавтика 2005 09


СОДЕРЖАНИЕ

АВИАЦИОННЫЕ КРЫЛАТЫЕ РАКЕТЫ

РАКЕТНЫЙ КОМПЛЕКС К-20

РАКЕТНЫЙ КОМПЛЕКС К-22

РАКЕТНЫЙ КОМПЛЕКС К-26

РЛС.

КСР-5.

РАКЕТЫ ТИПА Х-15

РАКЕТЫ ТИПА Х-55

ОСНОВНЫЕ ЛТХ РАКЕТЫ Х-55*



АВИАЦИОННЫЕ КРЫЛАТЫЕ РАКЕТЫ


В.Марковский, К.Перов


Изображение к книге Авиация и космонавтика 2005 09

Чертежи И.Приходченко Фото из архивов авторов, Е.Арсеньева и О.Подкладова



РАКЕТНЫЙ КОМПЛЕКС К-20


Изображение к книге Авиация и космонавтика 2005 09

Создание в Советском Союзе к началу 1950-х гг. ядерного оружия и тяжелых бомбардировщиков с межконтинентальной дальностью на деле еще не означало достижения реального стратегического паритета. Причинами являлась не только разница военно-промышленных потенциалов СССР и США, выражавшаяся в соотношении авиационной ударной мощи (напомним, что в ту пору именно ВВС являлись главной стратегической силой). При рассмотрении вопроса в Президиуме ЦК КПСС в начале 1958 года приводились красноречивые цифры: против 1800 тяжелых бомбардировщиков, которыми располагали США, наши ВВС могли выставить 22 самолета Ту-95 и М-4. Американская сторона имела также много большее число ядерных боеприпасов, перевалившее за 5500. Положение не очень изменилось и в последующие годы - советская дальняя авиация получила полсотни Ту-95 и около 100 бомбардировщиков Мясищева, в то время как выпуск стратегических самолетов потенциального противника исчислялся сотнями и тысячами, дав 1590 В-47, 744 В-52 и более двухсот британских бомбардировщиков V-ce-рии («Виктор», «Вулкан», «Вэлиант»). В то же время обеспокоенный угрозой

* - о самых первых крылатых ракетах КС-1, КСР-2 и КСР-11 рассказано в АиК №8/2005 г.

противник существенно усилил ПВО, разворачивая ЗРК и сверхзвуковые истребители, вооруженные ракетами.

В этих условиях возможность решения стратегических задач с поражением целей на американской территории ставилась под сомнение - тем более что США такой возможностью обладали, располагая сетью авиабаз стратегического командования в Европе и Азии, несколькими тысячами ядерных боеприпасов, и открыто обсуждали в печати планы ударов по СССР. Подтверждением тому были регулярные масштабные учения SAC, в которых до тысячи бомбардировщиков отрабатывали варианты ядерных атак рядом с советскими границами.

Было очевидно, что дальние бомбардировщики должны либо преобразиться, либо окончательно сойти со сцены, уступив место ракетам (последние выглядели все более привлекательным видом оружия и, в первую очередь - стратегического). Создававшиеся баллистические и крылатые ракеты наземного и морского базирования обладали колоссальной дальностью, могли нести мощнейший ядерный заряд и, при этом, были практически неуязвимы для тогдашних средств ПВО. К счастью, далеко не все в правительстве тогда выступали сторонниками поголовной ракетизации; к числу защитников сбалансированности вооруженных сил, в которых должная роль отводилась ВВС и их ДА, относился и один из создателей «ракетного щита», будущий министр Обороны Д.Ф. Устинов.

Перспективным направлением являлось оснащение тяжелых бомбардировщиков авиационными ракетами большой дальности, которые обеспечили бы возможность удара по удаленным стратегическим целям, оставаясь при этом за пределами досягаемости ПВО противника.

Использование Ту-95 в таком качестве планировалось уже при его проектировании (благо, что опыт работы с управляемыми самолетами-снарядами на Ту-16 у ОКБ-156 уже имелся, и «Кометы» подтвердили свою эффективность и перспективность этого пути). Ту-95 обладал всеми необходимыми качествами для превращения в ракетоносец: большой дальностью, грузоподъемностью, вместительным грузоотсеком и фюзеляжем, где могла разместиться аппаратура, и, не в последнюю очередь, - компоновкой, подходящей для подвески самолета-снаряда (это обстоятельство, в конечном счете, впоследствии сыграло свою роль в соревновании с ОКБ-23 Мясищева, получившим аналогичную задачу, так и не решенную из-за проблематики размещения крупногабаритного крылатого снаряда под мясищевским самолетом, где велосипедное шасси и низкий просвет буквально не оставляли ракете места).

1 1 марта 1954 года вышло Постановление Совмина СССР о создании авиационной системы ракетного оружия (слово «комплекс» тогда еще не было в ходу) К-20, которым туполевско-му ОКБ-156, назначенному ведущим исполнителем, предписывалось разработать самолет-носитель Ту-95К на базе бомбардировщика Ту-95МА (носителя ядерных боеприпасов). Этим же документом назначались организации-разработчики составляющих комплекса. В их качестве выступали предприятия, уже имевшие опыт совместной работы по противокорабельной «Комете». Систему наведения К-20 поручалось разработать КБ-1 Министерства среднего машиностроения под руководством В.М.Шабанова, самолет-снаряд Х-20 - ОКБ-155 А.И.Микояна, в котором главным конструктором выступал М.И. Гуревич, с 1948 года возглавлявший все работы по тематике «Б» (беспилотным летательным аппаратам).

Наименование системы «К-20» («Ко-мета-20») восходило к первым разработкам по крылатым снарядам, а индекс «20» относился к предполагавшемуся обозначению туполевского самолета Ту-20, под которым он должен был поступить на вооружение. Однако в ходе испытаний за машиной укрепился фирменный шифр ОКБ «Самолет 95», принятый и военными, а первоначальный индекс «20» сохранился только за ракетным комплексом.

Требованиями к системе оговаривалась возможность поражения крупных стратегических целей с дальностью порядка 600 км при полете носителя на высотах до 12-13 км. Скорость X-20 должна была быть сверхзвуковой, не менее 1700-2000 км/час, что опережало возможности существовавших истребителей.

Размерность ракеты определялась использованием оговоренной БЧ -ядерным зарядом, масса которого с необходимыми системами составляла примерно 4000 кг. Тяжелая и крупногабаритная БЧ с полутораметровым поперечным размером существенно усложняла задачу, но выбора тогда практически не было - при требуемой мощности заряда удовлетворял лишь недавно созданный КБ-11 Минсредма-ша. Можно сказать, что создание первого сверхмощного термоядерного заряда фактически и стало основанием форсированных работ по средствам его доставки - баллистическим, авиационным и наземным крылатым ракетам.

Для заброски тяжелого боеприпаса служила первая в мире межконтинентальная баллистическая ракета Р-7 - гигант массой в 275 т. Не менее колоссальными выглядели и опытные крылатые ракеты - лавочкинская «Буря» в 130 т и мясищевский 200-тонный «Буран». Под стать им в своем классе была и Х-20, чья проектная масса уже в первом приближении переваливала за десять тонн, в несколько раз превосходя современные ей изделия.

Поступая с разумным консерватизмом («лучшее - враг хорошего!») и опираясь на опыт «Кометы», инженеры ОКБ-155 избрали надежный ТРД. Использование турбореактивной силовой установки упрощало вопросы энергоснабжения ракеты - коробка приводов ТРД обеспечивала работу электрогенератора и насосов гидросистемы. С учетом требований по скорости и прикидкам массо-габаритных характеристик ракеты, требовалась тяга порядка 10-11т. Подходящим и единственным по тяге и размерности двигателем был АЛ-7Ф - новейший ТРД, только что прошедший отработку на истребителе И-7У. Впрочем, и эта силовая установка весила под 1700 кг, а полет на сверхзвуке требовал использования форсажного режима с соответствующим расходом топлива, запас которого для достижения расчетной дальности должен был составить около 4000 кг.

При разработке Х-20 использовался опыт проектирования и постройки микояновцами сверхзвуковых истребителей (подобно тому, как в конструкции «Кометы» нашли отражение многие решения МиГ-15). Самолет-снаряд строился по самолетной схеме с лобовым воздухозаборником, конструктивно заимствуя многие черты того же И-7У, не вышедшего из опытной стадии, и в ходе проектирования на столах конструкторов постоянно находились чертежные "синьки" с узлами И-7 и МиГ-19. Вероятно, сходство и послужило поводом для имеющей хождение версии о переделке опытного перехватчика И-7У в первый прототип Х-20; на деле И-7У продолжал испытываться до февраля 1958 года, когда уже были собраны первые образцы самолетов-снарядов.

От истребителя позаимствовали лишь общую компоновку, геометрию крыла со стреловидностью 55 град, и сверхзвуковым профилем. Вместе с тем особенности Х-20 как однорежимного ЛА, не предназначенного для маневрирования и малых скоростей при взлете и посадке, позволили уменьшить площадь крыла и его хорду, отказавшись от закрылков и тормозных щитков. Ввиду отсутствия взлетно-посадочных режимов удельную нагрузку на крыло снаряда довели до 470 кг/м2 (в полтора раза больше, чем у МиГ-19), однако по требованию дальности этот параметр был выбран существенно меньшим, чем у "ближней" и скоростной К-10, где он составлял 640 кг/м2. Во избежание реверса элеронов, с которым столкнулись на сверхзвуковых самолетах, особенно при малой жесткости легкой конструкции крыла ракеты, элероны разместили ближе к корню крыла