Т.Ю. Ирмияева
ИСТОРИЯ МУСУЛЬМАНСКОГО МИРА ОТ ХАЛИФАТА ДО БЛИСТАТЕЛЬНОЙ ПОРТЫ

Предисловие

Изучая творения древних, мы делаемся их современниками; размышляя над их жизнью, мы словно становимся ее свидетелями и переживаем ее сами. И так долгие годы можно было провести за этим занятием, когда бы смерть не отрывала нас от него столь внезапно.

Абу Шама из Дамаска, ум. в 1267 г.

Историку следует доискиваться до вечного, постоянного в текущих явлениях жизни народа. Это неизменное и необходимое хорошенько усвоить, признать и оценить по достоинству для уяснения истинного развития мусульманского мира.

Август Мюллер

Написать историю мусульманского мира не такое уж простое дело, прежде всего потому, что требуется основательный пересмотр сложившихся в исторической науке стереотипов. С европейской точки зрения, событие - это результат борьбы интересов различных политических группировок, находящихся у власти или стремящихся эту власть захватить. Сложилась традиция рассматривать народ как некую инертную массу, которую политики волнуют, раскачивают и затем направляют куда им нужно, словно у самого народа нет собственных интересов или они так ничтожны, что ими можно пренебречь. Современные исламоведы, европейские и американские, демонстрируют именно такой подход - все внимание они концентрируют на политической стороне событий, и поэтому история мусульманского мира, которую они воссоздают, имеет тенденцию походить на некую историю, которая могла бы быть, если бы мусульмане были "разумнее" и "просвещеннее". Нежелание видеть реальные вещи - самая заметная черта европоцентризма.

Современные ученые плохо переносят тот факт, что история мусульманского мира содержит парадокс, свойственный только ей: это история превращения арабской религиозной общины в универсальное религиозное сообщество, которое играло определяющую роль в политических событиях, оказывая тем самым заметное влияние на другие культуры. Иными словами, не физическое господство, а духовная мощь нового учения, не географический и не интеллектуальный факторы, но внутренне присущий исламу универсализм были решающими в его развитии. Очень скоро отошло на второй план и отождествление ислама с арабским народом, главным оказалось новое представление о Божественном.

На сегодняшний день мусульманские страны занимают обширную территорию в Азии и Африке от побережья Атлантического океана до Гималаев, Тянь-Шаня и Алтая. Помимо арабских стран, Турции, Ирана, Ирака, Афганистана и Пакистана, к мусульманскому миру относится Индонезия. В ряде других стран мусульмане составляют религиозное меньшинство - в Югославии, Болгарии, Индии, России, Китае. Ислам нашел широкое распространение в странах тропической Африки, куда он начал проникать из Египта и Магриба еще в средние века, - в Эритрее, Сомали, Эфиопии, Западной Африке, Нигерии.

Доисламская Аравия

Прежде чем приступить к изложению истории мусульманского мира, необходимо остановиться на существенных особенностях Аравийского полуострова и его населения, поскольку доисламская Аравия представляет собой весьма важную часть этой истории.

С самого начала арабо-мусульманское понимание прогресса базировалось на достаточно высоком культурном уровне Аравии, а именно ее центральной и западной части. Расположенная на стыке Азии, Африки и Средиземноморья, Аравия, которую арабы называют "Джазират ал-араб" ("Остров арабов", сокращенно "Ал-Джазира"), а персы и турки - "Арабистан", представляет собой плоскогорье, окаймленное с запада и юга вулканическими горами, отлого спускающееся к Персидскому заливу и долине Евфрата. По природным условиям ее делят на две части: Тихаму (прибрежные районы) и Неджд (центральное плато, окруженное пустынями).

В Западную Аравию входят две основные области: Хиджаз и Йемен. Хиджаз ("Преграда"), прибрежная зона между Красным морем и горами, тянется от Синайского полуострова до области, лежащей к югу от Мекки. В самой северной части Хиджаза, от Синая до Табука, в древности жили набатеи, контролирующие важные торговые пути. Один такой путь пролегал вдоль Красного моря до Акабского залива к Медине, пересекая русла нескольких сезонных речек. Оазис Ясриб (старое название Медины) расположен на вулканической почве между двух харр - залитых лавой пустынь. На плодородных землях севернее Медины высится гора Ухуд. От Медины до Мекки можно было добраться в два дня. Южнее Медины, среди гор, располагается цветущий оазис Таиф. На границе с Йеменом горная цепь расширяется: самую плодородную, восточную, часть Хиджаза - Сарат - населяет племя кахтан , которое считается родоначальником всех племен Йемена.

Йемен (букв, "страна, лежащая справа"), или Южная, а еще - Счастливая Аравия, во все времена отличался своим богатством. Его древняя столица - город Сана. Южный берег Аравии - Берег ладана - называется Хадрамаут. В древности Хадрамаут являлся крупнейшим поставщиком благовоний. Эту горную страну окружают пустыни. На востоке Йемена лежит область Махра, которая славится своими верблюдами-мехари.

На юго-востоке Аравии находится Оман, еще одна горная страна, с очень плодородными землями. Вдоль его побережья расположено много портов. страна является родиной тех арабских лоцманов, имена которых вписаны в историю мореплавания. Столицу Омана (в древности ею был город Сохара) один арабский географ назвал "дверью в Китай".

Вдоль Персидского залива тянется низменная страна Бахрейн, называемая в наши дни Лхаса (Ал-Хаса), страна фиников, моряков и ловцов жемчуга. Лхаса отделена от Западной Аравии обширными пустынями: на юге это Дахна (Красная), на севере - Нефуд (Дюны). В Дахне совсем нет воды, но после зимних ливней в ней появляется зеленая растительность. Тогда бедуины ( бадауин - люди бадии, пустыни, называемые так в противоположность оседлым людям хадара , откуда происходит название Хадрамаут) поселяются здесь на три-четыре месяца вместе со своими стадами. После наступления жары они вновь возвращаются к границам пустыни. Такова же и Нефуд. Дальше к северу лежит изборожденная руслами дождевых потоков Сирийская пустыня, простирающаяся до Евфрата.

Арабы обжили полуостров примерно в IX веке до н.э., и за шестнадцать столетий доисламской истории бедуины не создали никаких государственных образований, Набатейское царство и город-государство Пальмира находились в пределах полуострова, но были основаны не бедуинами. Столицей Набатейского царства была Села (или Петра, как называли ее греки). При Царе Харисе III в I веке до н.э. набатеи захватили Дамаск. В 106 году Набатейское царство было покорено Римом и превращено в римскую провинцию Аравия. Другой значительный центр сирийской государственности - Пальмира (Тамдор) - был захвачен римлянами и разрушен в 272 году, когда царица Зейнаб (Зиновия) попыталась противодействовать Риму.

У арабов была племенная организация. Территория племени четко обозначалась и охранялась. Нарушение границ не оставалось безнаказанным: ответным действием был набег. Основное ядро племени составляла семья с большим количеством сыновей. Такая семья (род) пользовалась авторитетом у других родов племени, которые сплачивались вокруг нее. Глава племени, сейид, проявлял гостеприимство и заботился о соплеменниках, командовал своим племенем, хотя и не в обязательном порядке, во время стычек с соседними племенами. Сейиды, как правило, происходили из одного рода.

Законы ( дин ал-араб ) существовали в виде права, освященного древностью обычая. При разрешении споров, хакам (арбитр) мог опираться только на собственный авторитет и весомость своего мнения. У бедуинов одним из особо тяжких преступлений считалось нарушение обязательств, налагаемых узами кровного родства. Близкими понятиями были честь ( ирд ) и родство ( насаб ). Родство различалось так: близкие, двоюродные и остальные родственники, затем родство по браку и родство по клятве. Родословная понималась как цепь рождений. Хишам ал-Калби приводит предание о том, что древние языческие верования в Аравии возникли из почитания предков-прародителей, символами которых арабы считали камни, деревья или животных.

Понятия отдельной личности, индивидуума, не существовало. Человек ощущал себя прежде всего членом своего рода, который он был обязан защищать и под защитой которого находился. Преступление, совершенное в отношении кого-либо, рассматривалось как преступление против рода, который имел право отомстить. Посягательство на жизнь расценивалось как бесчестье и смывалось кровью убийцы или его родственника. Самым тяжелым наказанием для провинившегося являлось отлучение его от племени, что было равносильно смертному приговору, поскольку за убийство отлученного мщения не предусматривалось. К такой мере бедуины прибегали крайне редко.