Джин Лорра
«Амбров Кеон»

Посвящение

Вся моя работа в серии «Саймы-джены» посвящается Жаклин Лихтенберг, которая любезно позволила мне поиграть в ее вселенной. Это удивительно возбуждающая и привлекательная вселенная, она вызвала появление трех фэнзинов, которые публикуют письма и предложения читателей, а также рассказы, стихи и другое произведения искусства. Если вам понравилась вселенная саймов-дженов и вы хотите высказать свои замечания или узнать больше, с нами можно связаться через издателей или с/о «Sime~Gen Inc.» РОВ 1244, Murray, KY 4271. Можете быть уверены, что ваши соображения будут прочитаны с большим интересом. Если ваше письмо требует ответа, пожалуйста, вложите конверт с маркой и вашим адресом.

Мы с Жаклин много лет активно действуем в фантастике и верим в необходимость контактов между писателями и читателями. Ваши замечания будут встречены с радостью!

Джин Лорра

Глава первая

Охваченная летним спокойствием, гладко текла река Мизипи. Ее ровную поверхность не шевелил ни один ветерок. Тяжело груженый плот почти не требовал управления.

Река повернула и снова потекла на юг. Насколько могли видеть мужчина и женщина на плоту, водная поверхность отражала только солнце. Плот шел по самой середине реки, и Морган Тиг опустил шест.

— Дальше спокойное плаванье, Райза, — сказал он.

Райза уравновесила свой шест, вдвое длиннее ее самой, и положила рядом с шестом отца.

— Рада вернуться домой, — сказала она, садясь на покрытый брезентом ящик. — Торговать мне понравилось, но везти назад товары скучно.

Тиг рассмеялся — добродушным смехом человека, который радуется жизни, несмотря на ее тяготы.

— Радуйся скуке, Ризи: ты ведь не хочешь столкнуться с Пограничной службой дженов!

Райза не возразила против своего детского прозвища, хотя, кроме отца, никому не позволяла называть себя так. Отец учил ее семейному бизнесу, и это была ее первая поездка за пределы саймской территории и самая успешная торговая вылазка Тигов. Плот был нагружен бочонками гвоздей, мотками проволоки, плужными лемехами, ножами и головками топоров — возможно, все это было награблено на территории дженов, но Тиги купили его на огромном Восточном рынке в Найвете, на территории саймов. Единственный товар выгодней металлических изделий — это джены… но Морган Тиг не был охотником на дженов и не хотел, чтобы им стала его дочь.

Райза знала, что неприязнь отца к охотникам на дженов объясняется не только опасностью этого занятия и его полулегальным статусом. У него — и, следовательно, у нее — есть родичи среди дженов по ту сторону границы. Конечно, такие родственники есть у многих, но не все сохраняют такие прочные семейные узы, как Тиги. Морган Тиг провел собственного брата до границы, когда тот установился как джен. И Райза должна будет так же поступить со своим братом Крегом, если…

Нет. Она отказывается думать об этом. Крег будет саймом, как Райза и их отец. Райза благополучно прошла через переход, вопреки всем своим опасениям и тревогам. Так же будет и с Крегом!

Словно уверяя себя, Райза вытянула руки и концами хватательных щупальцев коснулась кончиков пальцев. Щупальца, появившиеся при переходе, обычно лежат в кожаных сумках на предплечьях. Теперь они высунулись из отверстий у запястий, облегчая давление на латерали, которые остаются скрытыми по обе стороны каждого предплечья.

— Завтра к утру будем дома, — сказал отец; его селиновое поле — его жизненная энергия — смешалось с ее полем: он с помощью специфических саймских чувств определял степень ее потребности. — Вскоре снова достигнешь максимума, — сказал он, не в состоянии скрыть свою озабоченность. И Райза поняла невысказанное: «как твоя мать».

— Со мной все в порядке, папа, — решительно ответила она, сознательно подавляя свою тревогу. Еще не прошло года с ее перехода; со временем ее цикл, несомненно, нормализуется. К тому же поездка была очень активной; неудивительно, что она затратила больше селина, чем обычно.

Чтобы не думать о своих опасениях, она осмотрела свои руки, покрывшиеся на солнце веснушками. Голые ноги снова покраснели; она натянула чулки и мокасины, чтобы защитить их от солнца.

Соломенная шляпа с широкими полями бросала тень на ее лицо. Следовало бы надеть рубашку с длинными рукавами, чтобы укрыться от полуденного солнца, но сейчас так жарко. На горизонте появилось небольшое рваное облако, за ним еще два.

— Смотри, папа, ниже по реке начинается ветер.

— Хорошо, — ответил он, прислонившись к большой корзине. — Буду рад оказаться дома.

— Крег заботится о хозяйстве.

— Он хороший мальчик, — согласился отец. — Растет, как дикая трава. — И снова невысказанное: Райза знала, что ее отца тревожит возможность превращения Крега в джена; возможно, это даже произошло, когда они были далеко, и некому было предупредить его или проводить до границы. Она снова постаралась отбросить эту мысль, потом подумала, не предчувствие ли это.

— Оба брата твоей матери стали дженами, — словно отвечая на ее мысль, сказал отец. — И мой брат Джерро.

Соответствует вероятности: Райза благополучно миновала переход, и Крег минует. На каждого джена в семье саймов приходится два сайма.

«В среднем», подумала Райза. Но в семьях происходит и самое необычное; что если для их семьи характерно большее количество дженов? В конце концов джены необходимы, чтобы могли жить саймы.

— Было бы неплохо знать заранее, — сказала Райза. — Тогда можно было бы подготовиться…

— Подожди, пока у тебя будут свои дети, Ризи. Все-таки лучше не знать. Просто люби свою семью — это важно. Вы с Крегом вырастете, найдете любимых и дадите мне множество внуков. У нас будет много малышей, как в семье, в которой я вырос.

Ребенком Райзе нравились рассказы отца о его четырех сестрах и брате, но теперь эти рассказы приобретали новый смысл. Одна из его сестер умерла при переходе, другая — во время родов. Одна стала дженом и во время бегства к границе была поймана и убита. И последняя из сестер отца, единственная тетя, которую помнила Райза, погибла при нападении дженов… а его браг, даже если он еще жив… тоже все равно что мертвый. Райза много лет все это знала, но после перехода эти факты тяжело легли ей на душу.

— Что хорошего в семье, если теряешь всех? — спросила она и тут же об этом пожалела: с помощью своих саймских чувств она злиннила боль, которую причинил этот вопрос отцу.

— Ты не нрава, — сказал он немного погодя. — У меня есть ты и Крег… и я десять лет прожил с твоей матерью. Утрата — часть жизни, Райза… нельзя отказаться от любви к людям из-за того, что когда-нибудь ты их потеряешь.

Ветер догнал их. Плот начало поднимать и опускать на легких волнах. Райза встала, легко удерживая равновесие, и позволила воздуху охладить обожженную кожу. Теперь, когда она стала саймом, ее кожа легко залечивала небольшие повреждения во время сна; утром у нее будет более глубокий загар — и больше веснушек.

Она благодарна даже за такие небольшие преимущества, потому что ребенком солнце означало для нее боль, ожоги и шелушащуюся кожу. В пятнадцать лет, еще не пройдя переход, она вместе с другими ровесниками убежала на реку. И не отставая от своих друзей-саймов, так сильно обгорела, что несколько дней пролежала с высокой температурой. Она могла бы умереть — нелепой смертью. Если у нее когда-нибудь будут дети…

Она полагала, что когда-нибудь будут, но не могла представить мужчину, которого полюбила бы так же, как ее мать любила отца, и не могла увидеть себя с детьми. Поэтому она сменила тему.

— Может, в этом году прибыль будет достаточно, чтобы купить дом, который ты так хочешь, папа.

— Мы не будем вечно жить за магазином, — ответил он. — Но вначале вложения — теперь, когда ты выросла, бизнес нуждается в расширении. Вы с Крегом когда-нибудь будете богаты.

Маленькими Райза и Крег не сознавали, что они не богаты. Большинство родителей учили детей читать, писать и считать — и это все до перехода, после которого ребенок мог получить специальную подготовку или стать учеником в каком-то ремесле. Но Райза и Крег посещали занятия небольшой частной школы в Норлее, где их учили истории, географии, музыке и правилам этикета.

Морган Тиг считал, что вести себя, как богатый, так же важно, как быть богатым. Их магазин мог продавать безвкусные украшения и дешевые товары обычным покупателям, но квартира за магазином была обставлена с большим вкусом. Семья одевалась в одежду из лучших тканей и носила костюмы консервативного покроя, который остается в моде долгие годы. Перед смертью мать Райзы сама шила их одежду; теперь их обшивал портной, который получал за это право первым выбрать импортируемые Тигом товары по оптовой цене.