Васильев Василий Ефимович
И дух наш молод

Васильев Василий Ефимович

И дух наш молод

{1}Так помечены ссылки на примечания. Примечания в конце текста

Аннотация издательства: Автор книги - старый большевик, член КПСС с 1918 года, участник штурма Зимнего, человек, знавший В. И. Ленина, рассказывает о своих встречах с Ильичем, о тех значительных и интересных событиях, непосредственным участником и очевидцем которых он был, о людях высокого нравственного облика, живших и боровшихся за светлое будущее более полувека назад. Печатается по тексту 1-го издания (Издательство "Молодь", 1978) с незначительными исправлениями.

Содержание

В Таврическом дворце

Далекое - близкое

Инструктажи

"Военка" и наша группа

У истоков

Первомай семнадцатого

Ленин на митингах

В казармах Измайловского полка

В Михайловском манеже

На Путиловском заводе

На Обуховском заводе

Как я попал в анархисты

Живи, "Солдатская правда"

Ходоки-солдаты

У Горького

"Есть такая партия"

Всероссийская конференция

Рубеж (июльские события)

Петропавловка

"Готовьтесь к новым битвам"

Трое на фотографии

Поездка на фронт

Корниловщина

Накануне

Ленин в Октябре

Восемь ночей Великого Октября

Уроки Ильича

Станция Дно

23 февраля

На X съезде

Примечания

Мы - кузнецы, и дух наш молод,

Куем мы счастия ключи.

В Таврическом дворце

Комментарий к одной фотографии. Приезд Ленина. Апрельские тезисы. "Я так хорошо понимаю его..." Годы и судьбы. "Пора приступать к делу..."

...Беломраморный зал. Внимательные лица людей. На трибуне - Ленин. Все: и докладчик, и слушатели - не замечают, что их фотографируют.

Вот солдат, подперев голову рукой, ловит каждое слово Ильича. Его сосед тоже повернулся лицом к Ленину. Он чем-то явно взволнован. Ворот расстегнут. Сидит, так и не сняв с головы лихо сдвинутую набекрень военную фуражку.

Справа от него - еще один солдат. Совсем молодой. Шинель накинута на плечи. В руках какой-то журнал. Молодой солдатик - автор этих строк.

Я очень долго не знал о существовании столь редкого снимка. А несколько лет назад мне его прислал мой давний друг, бывший рабочий петроградского завода "Розенкранц" Павел Семенович Успенский, в первые дни после свержения самодержавия избранный депутатом Петроградского Совета. Он тоже узнал себя: на снимке стоит во втором ряду, позади меня.

...Кто же автор этой фотографии? Почему снимок оставался неизвестным?

Поиски привели меня в Центральный партийный архив Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС.

Оказалось, 43 года отделяют первую публикацию этой фотографии от того дня, когда вездесущий земляк мой, питерский фотограф П. И. Волков, оказался в главном зале Таврического дворца.

П. И. Волков вряд ли осознавал, какое важное историческое событие ему на этот раз удалось запечатлеть. Дома, проявив пленку, он, как потом выяснилось, промыл ее без особого старания. На кадре остались соли фиксажа. Фотография была обречена на гибель.

Шли годы. Изображение слабело. Словно в тумане растворялись лица людей. Время навсегда уносило бесценную реликвию.

Фотограф не запомнил даты съемки. Человек, принесший фотографию в ИМЛ, утверждал, что она была сделана 3 апреля - в день приезда Ленина в Петроград. Эту версию сразу же отвергли: поезд с Ильичем прибыл на Финляндский вокзал ночью, а кадр снимался при дневном свете.

Подняли все сохранившиеся в партархиве позитивы, сделанные самим автором. На одном контрольном, размером 6X9, удалось обнаружить надпись: "С натуры, 4 апреля 1917 года. В. И. Волков".

Началось восстановление редкого снимка. Оно продолжалось около года. О том, как реставраторы подбирали специальный режим съемки, определяли экспозиции, характер пластинок, можно написать целую повесть.

Восстановленный снимок впервые появился в "Известиях" 26 февраля 1960 года. Затем неоднократно публиковался. Но до недавних пор оставался не полностью расшифрованным.

Сравнительно несложным оказалось узнать тех, кто на снимке находится справа от Ленина. На объединительном собрании большевиков и меньшевиков (кстати, последнем "объединительном" в истории нашей партии) присутствовали лидеры меньшевиков. Они занимали места справа от Ленина и отчетливо видны на снимке.

Не до конца расшифрованной оставалась группа слева от Ильича. Наша группа.

Рядом с Лениным - видна только голова - на трибуне А. Е. Васильев. Мой дядя, токарь Путиловского завода, профессиональный революционер, член Петербургского комитета РСДРП (б) и один из партийных организаторов Нарвского района в годы подполья. До революции - 12 арестов, ссылки. С мая 1917 года он председатель заводского комитета путиловцев, а затем и первый красный директор. Слева от меня, в фуражке набекрень, унтер-офицер, кавалер трех Георгиев. С ним - об этом рассказ впереди - связан драматический эпизод во время доклада В. И. Ленина. Позади нас стоят члены полковых комитетов Попов, Успенский; слева от нас сидят Волокушин, Семенюк, Судаков. Впереди стоит мой старший брат Дмитрий, большевик, тоже председатель полкового комитета.

Смотрю на бесконечно родное лицо Ильича, на все еще не остывшее от волнения лицо моего соседа в фуражке набекрень, на лица моих товарищей - и час за часом восстанавливаю незабываемый для меня день 4 апреля 1917 года.

4 апреля 1917 года Ленин в Таврическом дворце выступал дважды: в полдень - на собрании большевиков, участников Всероссийского совещания Советов рабочих и крестьянских депутатов, с докладом, в котором огласил и разъяснил свои Тезисы о задачах революционного пролетариата (Апрельские тезисы); после небольшого перерыва вторично с этим же докладом - на объединительном собрании большевиков и меньшевиков с участием крестьянских депутатов и ряда делегаций с фронта. На втором собрании присутствовал и я.

Накануне произошли следующие события.

Днем 3 апреля вся партийная организация Нарвской заставы собралась в помещении старой Путиловокой церкви, где после Февральской революции обычно проводились собрания, митинги. Пришли и мы, бойцы и командиры районной дружины рабочей милиции.

Выступление очередного оратора было прервано для чрезвычайного сообщения. Его сделал наш путиловец Э. Петерсон (Иван Гайслис), ответственный организатор Нарвского района.

- Только что нам позвонили из Петербургского комитета. Сегодня возвращается из эмиграции товарищ Ленин, непоколебимый борец за социализм.

Зал под церковными сводами загудел. До прихода поезда оставалось всего несколько часов, и собрание решили прервать: надо было оповестить как можно больше людей. А заводы в этот день не работали, газеты не выходили. Собрание поручило Ивану Гайслису организовать путиловскую колонну. Тут же было решено собрать дружину рабочей милиции и поставить в голову колонны, чтобы Ленин видел: его лозунг "Вооружение пролетариата - единственная гарантия!" начинает осуществляться.

Вечером около трех тысяч путиловцев с развернутыми красными знаменами двинулись к Финляндскому вокзалу. Мы, члены районной дружины рабочей милиции, - во главе колонны.

Ночь была темная. Шли с факелами. По дороге к путиловцам стали присоединяться рабочие других заводов - "Треугольника", "Тильманса", Химического.

В первых рядах кто-то громко запел: "Вихри враждебные веют над нами, темные силы нас злобно гнетут..." Звонкий молодой голос подхватил, а за ним и вся колонни: "В бой роковой мы вступили с врагами. Нас еще судьбы безвестные ждут".

Удивительное, незабываемое зрелище. Настроение у всех приподнятое, праздничное. Вот так бы, кажется, с песней, со знаменем в бой с врагами революции! К приходу нашей колонны вся вокзальная площадь была заполнена рабочими, солдатами, матросами. Нашу путиловскую колонну поставили слева от вокзала. По соседству с нами все пространство у самого выхода на площадь из парадных, "царских", комнат вокзала занял броневой дивизион. Рыжеусый, в кожаной куртке солдат-водитель, показывая на свою грозную машину, сказал, улыбаясь: ("Вот какую трибуну подготовили мы для товарища Ленина".

В напряженном ожидании многотысячная толпа то замирала, то вновь взрывалась говором, песней, переливами гармошки. На огромных вокзальных часах десять, одиннадцать. Томительно тянулись минуты. Мы, путиловцы, с особым нетерпением ждали приезда Ленина. После Февраля насмотрелись, наслушались всякого. Претендентов на "истинных вождей" революции хватало: Керенский, лидеры меньшевиков, эсеров, кадеты и те щеголяли с огромными красными бантами. Произносились длиннейшие речи, сыпались, как из рога изобилия, обещания, клятвы в верности народу. Случалось, и рабочие попадались в ловко расставленные сети, в паутину словоблудия.