Келер Владимир Романович
Алиса в антимире

Владимир Романович Келер

Алиса в антимире

Эту маленькую шутливую сказку я сочинил как-то с серьезными намерениями. Меня попросили рассказать о последних физических идеях ребятам, очень далеким от них. Задача была явно невыполнимой, и я решил при

думать какую-нибудь форму, чтобы рассказать хотя бы только о существовании новых понятий в физике, не раскрывая их сути: антимир, аннигиляция, обратимость времени и так далее.

Важно было, чтобы эти понятия не выветрились мгновенно из сознания. Надо было чем-то возбудить воображение моих слушателей, поразить его. Намекнуть на удивительные загадки современной физики.

Вот я и воспользовался сюжетом своей любимой сказки "Алиса в Зазеркалье" английского писателя Льюиса Кэррола. Тем более что антимир, существование которого предсказывается современной физикой, как раз в некотором смысле является Зазеркальем окружающего нас обычного мира.

Я рассуждал так: "Если воображение ребят будет поражено, они уже не успокоятся: найдут статьи и книжки, из которых постепенно узнают о том, чем живет современная физика и чего нельзя ребятам объяснить за сорок пять минут".

Короче говоря, я написал сказку специально для раздумий.

Было совершенно ясно: во всем виноват белый котенок. Черный в течение последних десяти минут был занят: старая кошка умывала ему мордочку, и, надо сказать, он вел себя при этом довольно хорошо: сидел и поглядывал на своего братца.

Так что, сами видите: черный котенок не мог участвовать в этом преступлении.

Алиса, свернувшись калачиком, полудремала в большом кресле, а белый котенок гонял по полу клубок шерсти, который забыла бабушка.

"Надо прекратить это возмутительное безобразие", - подумала Алиса, но вслух не произнесла ни слова: так хорошо было сидеть, ощущая со всех сторон нежную тесноту кресла. И совсем не хотелось раскрывать рта. Во-первых, это потребовало бы огромного усилия, во-вторых, разрушило бы очарование уюта. И, внутренне вся кипя от гнева, Алиса тем не менее не делала ничего, чтобы пресечь отвратительную выходку белого котенка.

"Сейчас же оставь клубок в покое!" - вне себя воскликнула Алиса.

Но так как это было произнесено молча и ни один звук или жест не выразил этих слов внешне, белый котенок продолжал катать клубок шерсти, как ему этого хотелось. И только разве слепой мог бы не заметить, что клубок постепенно разматывался и грозил вскорости превратиться в бесформенные петли путаной шерсти.

Когда же от большого клубка остался комочек величиной со сливу, котенок так ловко поддал его лапой сбоку, что тот стремительно полетел к огромному зеркалу, украшавшему стену комнаты как раз напротив Алисы.

"Ну, это уж слишком! - воскликнула Алиса (молча). - Это способно вывести из терпения каменную статую. На этот раз тебе не отвертеться от наказания. Вот сейчас же спрыгну и задам тебе так, что ты навсегда запомнишь, что значит не слушаться старших".

Алиса напрягла все силы, рванула себя (мысленно, конечно) за косички, еще раз натужилась и - спрыгнула...

БЫ, если бы не одно небольшое, но довольно странное обстоятельство, несколько отсрочившее выполнение этого намерения. Дело в том, что как раз в ту самую секунду, когда Алиса уже почти, можно сказать, спрыгнула, ее внимание было отвлечено другим - отраженным в зеркале - белым котенком.

Вы скажете, что тут особенного - в отражении котенка? И будете правы. Но лишь до известной степени. Алиса тоже сначала так и думала: "Что тут особенного"? Каждый котенок имеет свое изображение в зеркале, и не один котенок. Алиса, например, тоже.

Что удивительного было в том, что, когда этот котенок, преследуя разматывающийся клубок шерсти, бежал к зеркалу и, следовательно, удалялся от Алисы, тот котенок, преследуя свой клубок, бежал навстречу этому котенку и, понятно, приближался к Алисе. Все это было естественно, и Алисе не пришло даже в голову обращать внимание на такие вещи.

Как вдруг произошло нечто странное. В то время, когда этот котенок еще бежал к зеркалу, тот вдруг остановился, затем повернулся и, наконец, побежал прочь от этого котенка, вместо того, чтобы бежать ему навстречу.

В какой-то момент казалось, что этот белый котенок преследует того и что они оба удаляются от Алисы.

В первую минуту, правда, девочка даже почему-то не удивилась (а потом, вспоминая события, всегда поражалась этому). Свое намерение спрыгнуть и наказать котенка она отложила не из-за удивления (которого, как видите, вовсе не было), а из любопытства, потому что первой ее мыслью было: "Догонит этот котенок того или не догонит?"

Удивилась Алиса в следующий момент, когда увидела такую картину (сама девочка, как мы сказали, не пошевельнула еще и пальцем): та - отраженная, зеркальная Алиса вдруг соскочила со своего места и, сверкнув глазами в сторону этой, схватила своего котенка и быстро подбежала к своей стене. Затем она закрыла лицо одной рукой, другой еще плотнее, словно защищая, прижала к себе своего котенка, и в тот же миг произошла катастрофа: оба летящих друг другу навстречу клубка встретились на зеркальной поверхности. Вспыхнуло яркое пламя, и белый дым заполнил обе комнаты: ту, в которой находилась Алиса, и другую зеркальную.

Оцепенения Алисы как не бывало. Она быстро соскочила с кресла и тоже прижалась к стене.

Прошло несколько секунд, и дым стал рассеиваться.

Алиса, которая была не столь испугана, сколько удивлена, решила подойти к зеркалу и посмотреть, что сталось с ее котенком, у которого клубок взорвался под самым носом. Но едва она сделала шаг, как из-за зеркала раздался испуганный крик:

- Стой, стой на месте! Или ты тоже хочешь аннигилировать и превратиться в фотоны?

- Хочу, что? - спросила Алиса, которая никогда в жизни не слыхала таких непонятных слов. - Превратиться во что?

- Не разговаривай, пока не примешь мер предосторожности, - продолжал голос, и сквозь пленку рассеивающегося дыма Алиса увидела испуганное лицо своей двойницы.

Взяв пульверизатор, зеркальная девочка стала молча опрыскивать Алису какой-то жидкостью, похожей отчасти на ртуть, а еще больше на эфир, но, впрочем, совершенно не имевший запаха.

- Теперь все в порядке, - сказала зеркальная девочка. - Теперь ты можешь безопасно перейти через Зеркальную Поверхность и поцеловать меня.

Алиса с опаской подошла к раме зеркала и протянула руку. Рука не ощутила знакомого сопротивления стекла, и после небольшого колебания девочка перешагнула через нижнюю рамку зеркала и очутилась в комнате, удивительно похожей на ту, из которой она только что вышла.

- Где я? - спросила Алиса, с изумлением разглядывая часы, висевшие на стене, с какими-то странными значками вместо цифр и со стрелками, движущимися налево.

Зеркальная девочка стояла несколько правее Алисы и уже не испуг, а тень улыбки мелькала на ее лице.

- Ты в Антимире, - ответила незнакомка, - и можешь сделать то, что я тебе сказала: подойти и поцеловать меня.

Алиса двинулась было к странной девочке, но вдруг убедилась, что удаляется от нее.

- Почему ты идешь направо, - спросила зеркальная девочка, - когда я стою налево от тебя?

- Как ты можешь стоять налево, - сказала Алиса, - когда ты по эту руку от меня, а эта моя рука - правая?

- Какая ты смешная, - сказала девочка, - не понимаешь самых простых вещей. Ну, где это видано, чтобы правые вещи находились тоже направо! Ты верно показала свою правую руку. Но в Антимире она находится слева. Старайся идти налево, и ты тотчас окажешься около меня.

Алиса сделала усилие, которое в обычном мире отдалило бы ее собеседницу, и с удивлением увидела, что действительно приблизилась к ней. В следующий момент она обняла ее и поцеловала.

- Ты славная девочка, - сказала незнакомка. - Давай с тобой дружить. Хочешь, я угощу тебя вот этим?

С этими словами она протянула Алисе большое румяное яблоко, которое та смущенно взяла.

- Спасибо, - произнесла Алиса, - а нет ли у тебя чем-нибудь его разрезать?

- Изволь, - ответила зеркальная девочка, доставая нож. - А на сколько половин тебе его разрезать: на две или на три?

- Но разве яблоко можно разрезать на три половинки? - удивилась Алиса.

- Конечно, - сказала девочка, - все зависит от того, куда резать - направо или налево. Должна же правая сторона чем-то отличаться от левой.

Алиса задумалась. Все это как-то не укладывалось в ее сознании. Потом, что-то сообразив, она вдруг сказала:

- Можешь не говорить, как тебя зовут. Тебя зовут Асилой - моим именем наоборот.

- Вот и не угадала! - расхохоталась зеркальная девочка. - Вовсе я не Асила, а Анти-Алиса. А это нечто совершенно другое.